Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

вином? Не могу вспомнить имя, но если уж умирать, то лучше способа не придумаешь. Я делаю глубокий глоток и наслаждаюсь мягким, приятным вкусом. Чувствую, как алкоголь один за другим притупляет нервные окончания.

— Что происходит, Кейт? — спрашивает Пол. — Хочешь об этом поговорить?

Нет, не хочу. И никогда не захочу.

— Все нормально, — отвечаю я и тянусь за бутылкой, чтобы налить еще вина. — Ты прав, опохмелиться никогда не помешает. Так, курицу ты нарежешь или мне самой?

— Ладно, — обеспокоенно говорит Пол. — Просто чтобы ты знала, и больше об этом ни слова — мне можно доверять. Ты ведь знаешь, что всегда можешь на меня положиться?

— Да, знаю, — коротко отвечаю я. — Так, где-то в этом жалком подобии кухни должен быть электрический разделочный нож. Помнишь такие? Если найдем его, сможем поесть.

Час спустя мы сидим в гостиной на зеленом диване с обшивкой из кожзама и допиваем вино. Мы выпили слишком много и оба слегка навеселе.

— Не знаю, как ты, но я буду рад избавиться от этого дома, — говорит Пол, окидывая взглядом неуютную комнату. — Мне всегда здесь не нравилось. Боже, звучит, как размышления о твоей давней подружке, как там ее?

— Александра Уэйтс, — отвечаю я и щекочу его сзади по шее. — Смотри, она здесь. Похоже, ты ей нравишься.

— Ну-ка хватит, — смеется он, отталкивая мою руку. — А то опять меня испугаешь, и я оставлю тебя тут одну с Александрой.

— Прости, не смогла удержаться, — смеюсь я в ответ. Приятное ощущение. — Но я понимаю, о чем ты. Эти стены словно пропитаны скорбью и жестокостью.

— Если бы стены могли говорить… — замечает Пол.

— Они бы сказали: пусть ваш отец, пожалуйста, перестанет бить нас головой той женщины. Он портит штукатурку. — Я снова смеюсь, на этот раз уже не от радости.

Пол поглаживает меня по плечу.

— Мне жаль, — мягко говорит он. — Сколько тебе всего пришлось пережить.

Его лицо как-то уж слишком близко к моему, поэтому я встаю и протягиваю руку за вином.

— Ладно, хватит обо мне, — говорю я, разливая вино по бокалам. — Как прошло твое детство? Ладил с родителями?

— Детство как детство, — отвечает он. — С отцом мы не больно ладили, но мне сложно об этом судить. Такова жизнь — просто со временем взрослеешь и учишься с этим жить.

Я улыбаюсь.

— Мудрые мысли, — говорю я, потягивая вино. — Нужно взять на вооружение.

— По крайней мере, мне всегда помогало, — говорит он.

— К слову о родителях, — говорю я, поставив бокал на стол. — Что тебе известно о наших соседях, твоих арендаторах? Фиде и ее муже.

— А в чем дело?

— Просто любопытно.

— Нормальные люди, — отвечает он. — Не самые общительные, но за аренду платят исправно.

— А дети у них есть?

— Да вроде нет, — говорит он. — Вообще-то, я с ними никогда особо и не общался. Всем занимается агент по недвижимости. Думаю, женщина откуда-то с Ближнего Востока.

— Она из Ирака, — говорю я.

— А ты откуда знаешь? — спрашивает он. — Ты с ней разговаривала?

— Ага, видела ее в саду. Она спрашивала о маме. Похоже, они дружили.

— Правда? Не припомню такого, — говорит Пол. — К тому же сама знаешь свою маму — она с каждым была готова поболтать.

— Да, — отвечаю я. — Слушай, Пол, мне кажется, в их доме творится неладное.

— О чем ты? — спрашивает он, подаваясь вперед, его лоб морщится.

— Пару дней назад, прямо перед тем, как она со мной заговорила, я слышала в саду детский смех, но когда я об этом спросила, она сказала, что у нее нет детей.

— Странно. А ты уверена, что это именно детский смех? Может, собака залаяла или у кого-то в машине заиграло радио?

— Ой, да ладно, будто я не знаю, как звучит детский смех. Говорю тебе, в саду был ребенок.

— Тогда вообще непонятно, — говорит Пол. — Но это довольно оживленная улица, и я точно знаю, что в доме на противоположной стороне живут дети. Может, ты их слышала?

— Ага, может быть, — отвечаю я, подавляя зевок. Я знаю, что я слышала, но слишком устала, чтобы что-то доказывать, да к тому же, судя по всему, Полу известно о наших соседях ровно столько же, сколько и мне.

— Знаешь, что тебе нужно? — спрашивает Пол, откинувшись на спинку дивана.

— Что же?

— Свежий воздух, — отвечает он. — Взгляни на себя. Ты выжата как лимон. Целыми днями сидишь взаперти в этом пыльном старом доме. А до этого сидела в каком-то вонючем подвале в Сирии. Тебе нужно развеяться. Как насчет поехать в какое-нибудь приятное место, а? Только скажи, куда, и я тебя отвезу.

Я улыбаюсь, видя, как он пытается меня приободрить. Я опять слишком много выпила, но этот легкий туман в голове действует на меня успокаивающе.

— Ну, так что? — спрашивает Пол. — Куда поедем?

Закрыв глаза, я слышу мамин голос: «Девочки, едем на пикник». Не знаю, вино на меня так подействовало или дело во мне самой, но на мгновение мне ужасно захотелось туда вернуться.

— Кейт?

Я открываю глаза и смотрю на Пола. Он сегодня какой-то другой, не такой изможденный, как обычно, почти привлекательный. Видимо, все-таки вино.

— Я бы хотела поехать в Рекалвер, — отвечаю я, удерживая на нем взгляд.

— На пляж или к башням?

— И туда, и туда.

— Хорошо, ловлю на слове, — говорит Пол. — Сто лет там не был. Мой отец почему-то любил эти башни, но он был больно уж впечатлительный. В них ведь обитают привидения, да?

— Говорят, что да, — сонно отвечаю я.

Глотнув еще вина, я закрываю глаза. Как же я устала.

— Рекалвер так Рекалвер, — приглушенным голосом говорит Пол. — Устроим пикник. Кейт? Ты спишь?

Он слегка толкает меня локтем, и я открываю глаза.

— Который час? — кряхчу я, вытягивая перед собой затекшие ноги.

— Почти полночь, — отвечаю Пол.

— Извини, — говорю я, приподнимаясь с дивана. — Мне, наверное, пора отдыхать.

— Точно пора, — отвечает Пол, вставая. — Так какой у нас план?

— Какой еще план? — спрашиваю я, ковыляя к двери. У меня в голове странное чувство, и я думаю, не заболеваю ли я. Когда я в последний раз пила снотворное?

— Рекалвер, — отвечает Пол, идя за мной. — В эти выходные.

— Ой, даже не знаю, — говорю я, жалея, что вообще заговорила об этом чертовом месте. — Некоторые вещи лучше оставить в прошлом.

— Да ладно тебе. Будет весело. — Он возится с молнией на куртке. — Всего на пару часов. Нам обоим это пойдет на пользу.

Я смотрю на него и думаю, что ему свежий воздух, возможно, даже нужнее, чем мне. В семействе Шевереллов эти