Жертва и другие - Николай Иванович Леонов

— А кто же тогда? — спросил Крячко.

— Может, это было ограбление, — сказал Степанищев. — Обычное, заурядное ограбление…

— Ну это вряд ли, — не согласился Крячко.

— Это почему же? — в свою очередь не согласился майор.

— Потому, что это ни с какого боку не похоже на ограбление, вот почему, — сказал Крячко. — Сам подумай, какое это ограбление? Ты когда-нибудь видел такие ограбления? Грабитель, понимаешь ли, прежде чем ограбить, для чего-то тащит жертву в лес, за три километра от города, там ее грабит, затем убивает, затем брызжет ей в лицо кислотой… Спрашивается, для чего грабителю такие драматические сложности? Грабить проще в городе, не так ли? Даже если это, допустим, ограбление с последующим убийством. Ограбил, убил — и растворился в каких-нибудь развалинах или кустах… Нет, это не грабеж. Просто-таки никоим образом это не похоже на классический грабеж. В том-то и дело…

— И потом — флеш-карта в кармане, — добавил Гуров. — Для чего бы грабителю пихать ее в карман жертвы? Какая, спрашивается, тут логика?

— Вот именно! — поддержал Гурова Крячко.

— А может, грабитель эту чертову флешку и не пихал в карман? — возразил Степанищев. — Может, он просто не обратил на нее внимания? Пренебрег ею? Для чего грабителю какая-то флешка? Какой с нее навар? Лежала себе и лежала… Допустим, завалялась там случайно.

— Ну… — Крячко в задумчивости почесал затылок. — Учитывая то, что на флешке изображено… вряд ли она попала в карман случайно. Знаете, что я по этому поводу думаю? А думаю я, что эту флешку кто-то специально сунул жертве в карман. Да, специально! Вот только, спрашивается, зачем? Какой в этом смысл? Тут уж вы меня не спрашивайте — ибо не знаю я…

— Ты говоришь — специально? — переспросил Гуров.

— Именно так я и сказал, — подтвердил Крячко. — Потому что именно так я думаю. Иного объяснения сему факту я просто не нахожу.

— Значит, специально… — повторил Гуров. — А что такое «специально»? Что оно означает, это самое «специально»? А означает оно — для отвода глаз. Вот что оно означает. Чтобы, понимаешь, сбить со следа. Запутать следы…

— Кого сбить со следа? — спросил Крячко.

— Получается, что нас с тобой, — ответил Гуров. — Кого же еще? Следствие, одним словом. Сбить с толку, направить по ложному следу, затормозить… Ведь вот сколько времени мы бьемся над этой загадкой! Как флешка оказалась в кармане убитой, почему на ней обозначена всякая ахинея… Топчемся мы вокруг этой флешки и топчемся. И не находим ответа…

— А ведь и правда! — сказал Крячко, усмехнулся и хлопнул себя по лбу. — Ведь и впрямь! Во всяком случае, хоть какое-то более-менее внятное объяснение. А то что получается: что за флешка, почему, как…

— А может, все это дело рук какого-нибудь маньяка? — вдруг осенило Степанищева. — Нет, и вправду. Тогда многое становится понятным. И то, как убили женщину, и флешка в ее кармане с бессмысленными чертежами… От маньяка всего можно ожидать, на то он и маньяк.

— А что, в вашем городе водятся маньяки? — усмехнулся Крячко. — Ты что-нибудь о них слышал? Что-нибудь знаешь?

— Нет, но… Маньяк — дело такое. Тайное дело, хитрое. Вот ведь сколько времени их ловят — годами. Тому полно примеров. А что, если он у нас завелся совсем недавно? И эта женщина — первая его жертва? Может такое быть?

— В этой жизни все может быть, — философски заметил Крячко. — И уж тем более всякие разные маньяки. Но вот ведь какое дело… Это что же получается? А получается, что в вашем городе завелся не один маньяк, а целая, понимаешь, компания маньяков.

— Это почему же так? — не понял Василий Сергеевич. — С чего ты взял?

— А с того, — сказал Крячко. — Кажется, ты забыл о побеге из лечебницы гениального изобретателя Васи Рыжикова. Забыл о том, как ему помог бежать санитар Сергей Кривов, как Васю Рыжикова встретили какие-то личности в количестве то ли трех, то ли четырех душ, как они, эти личности, сняли копию с его гениальных чертежей… В итоге вырисовывается очень даже очевидная картина. Ну или спектакль со множеством действующих лиц. А маньяки — они, знаешь ли, компаниями не действуют. Маньяк — это всегда одиночка. Разве не так?

— Так, — вынужден был согласиться Степанищев. — Оно и хорошо, что так. Маньяков мне еще не хватало…

— Нет, это не маньяк, — с улыбкой подытожил Крячко. — Это что-то другое. Очень может статься, что и впрямь какая-то секта. Тут, понимаешь, тебе и таинственная татуировка, и бритые головы… Да и сама Зухра говорила, что свела знакомство с какими-то людьми. Не с маньяками же она познакомилась, в самом деле! А вот с сектантами — за милую душу. Женщины, я слышал, очень даже падки на всяких сектантов, гуру и прочих подобных личностей. Женщины — народ доверчивый. Точнее сказать, легковерный.

— Что ж, может быть, все так и есть, — без особой радости согласился Степанищев. — А значит, убийство каким-то боком связано с этой сектой, о которой мы понятия не имеем…

— Вот тут ты попал в самое яблочко! — сказал Крячко. — Мне представляется, что так оно и есть. Ну а ты отчего безмолвствуешь? — вопрос был обращен к Гурову. — Неужто тебе нечего сказать по данному поводу?

— Как так нечего? — усмехнулся Гуров. — Есть и мне что сказать. Надо бы нам позвонить в Москву. Срочно.

— Орлову, что ли? — спросил Крячко.

— А то кому же еще, — ответил Гуров.

— И обрадовать его тем, что мы с тобой задержимся в городе Новореченске на неопределенное время. Я правильно понимаю?

— Как всегда, — кивнул Гуров.

— Генерал Орлов — это наше непосредственное начальство, — пояснил Крячко майору. — Занудный, придирчивый, ужасный брюзга. Как, впрочем, и все генералы. Во всяком случае, других я не встречал. Откуда мы можем позвонить?

— С моего телефона и звоните, — сказал Василий Сергеевич. — Коль вам надо…

— Получается так, что надо, — сказал Гуров. — За один день мы, пожалуй, не управимся. Может, и за неделю не управимся. Ну-с, буду звонить…

Ответила Верочка.

— Это Лев Иванович? — спросила она. — Рада вас слышать? Откуда вы звоните?

— Издалека, — ответил Гуров. — Можно сказать, с другого края земли. Что, Петр Николаевич на месте?

— На месте, — ответила Верочка. — Вас соединить?

— Для того и звоню, — сказал Гуров.

— Одну минуточку, — сказала Верочка.

— Ну и где вы? — спросил Орлов, услышав голос Гурова.

— Все там же, — ответил Гуров.

— Насколько я понял, возвращаться в ближайшее время вы не намерены? — спросил генерал.

— Правильно понимаешь, Петр Николаевич. Не намерены. И рады бы, но…

— Я так и знал! — горестно вздохнул Орлов. — Предчувствовал! В то самое время, когда в Москве дел невпроворот,