Полное собрание рассказов - Майкл Коннелли

Босх кивнул. Он понял, что предсмертная записка Лизбет Грейсон не была прощальной. Наоборот. Это была часть усилий молодой женщины, направленных на процветание и успех.

Он оглядел актерскую студию. Ему стало не по себе, как будто он что-то упустил в разговоре. Затем он вспомнил. Снимки, которые он видел в ящике бюро в квартире Лизбет Грейсон, были не новыми. Он изучил мертвую женщину на кровати, и ни на одной из фотографий в ящике не было такой же прически. Они были старыми.

Босх посмотрел на наставницу по актерскому мастерству.

— Вы сказали, что у нее новые фотографии. Вы уверены?

Палович выразительно кивнула и указала Босху поверх головы.

— Абсолютно. Она чувствовала себя настолько хорошо в этой работе, что не сдерживала себя ни в чем. Она стремилась к этому на каждом уровне.

Босх повернулся и посмотрел на доску, которая тянулась по всей длине стены позади него. Она была покрыта метелью из снимков. Все ученики Палович, предположил он. Он нашел снимок Лизбет Грейсон, и это был действительно недавний снимок. Ее светлые волосы, загнутые под подбородок, и легкая улыбка.

Босх почувствовал, что начинает злиться. Кто-то сорвал этот цветок как раз в тот момент, когда он должен был распуститься.

Он подошел к доске и потянул за скобу, прикреплявшую фотографию. Он изучил снимок в своей руке. В квартире не было ни одной копии этого снимка. Он был уверен в этом.

— Когда она это сделала, не знаете? — спросил он.

— Думаю, на прошлой неделе, — ответила Палович. — Она принесла стопку и дала мне первую сверху для доски.

— Там была целая стопка?

— Да, обычно они приходят в стопках по сто экземпляров. Слишком много фотографий не бывает. Вы должны иметь свои снимки, иначе вам не будут звонить.

Босх кивнул. Он достаточно долго проработал в Голливуде, чтобы знать, как это работает. Он перевернул фотографию. На обороте был список актерских заслуг Лизбет Грейсон. Также были указаны ее контактные телефоны через агента по имени Мейсон Рич.

Он снова перевернул фотографию и посмотрел на нее.

— Почему фотографии, которые у вас, всегда черно-белые, а все, что делают в наши дни, — цветные? — спросил он.

— Думаю, потому что черно-белые лучше передают контраст, который улавливает кинокамера, — ответила Палович.

Босх кивнул, хотя не понял ее ответа и ничего не знал о контрасте и фотографии.

Снимок обрезался на груди Грейсон. На ней была блузка с открытым воротником, и Босх мог разглядеть цепочку на шее. Фотография обрывалась, прежде чем на ней появлялся кулон в виде капли, который он помнил с прошлой ночи.

Он обернулся, чтобы посмотреть на экран. Фотография осталась на паузе, и его взгляд сразу же привлекло изображение цепочки на шее Лизбет Грейсон. Она была одета в свободную рубашку поверх простой белой майки с надписью CRUNCH[28]. Но кулон, который был хорошо виден в нижней части цепочки, не был бриллиантовым. Это была одна жемчужина.

Босх указал на экран.

— Вы видите жемчужину?

— Да, она всегда её носила.

— Всегда?

— Да, она принадлежала ее бабушке. Она верила, что кулон приносит ей удачу. Однажды в классе мы делали биографические зарисовки. Тогда она нам все рассказала. В нашем классе у всех есть альтер-эго с альтернативными именами. Ее звали Пёрл[29]. Когда я обращалась к ней, если я использовала имя Пёрл, она отвечала как альтер-эго. Вы понимаете?

— Думаю, да. У вас есть записи с Пёрл?

— Думаю, да. Я могу поискать.

— Я не знаю, важно это или нет. Я дам вам знать. Вы когда-нибудь видели, чтобы Лизбет носила кулон с бриллиантом?

Палович на мгновение задумалась, а затем покачала головой.

— Нет, никогда.

Босх кивнул и поблагодарил ее за уделенное время. Он спросил, можно ли ему взять снимок, и она ответила, что можно. У двери в студию она остановила его вопросом.

— Вы же не думаете, что она сделала это сама, детектив Босх?

Босх долго смотрел на нее, прежде чем ответить. Он знал, что должен держать свои предположения и теории при себе. Но он мог сказать, что ей нужен ответ.

— Нет, не верю.

Она покачала головой. Альтернатива самоубийству казалась ей еще более ужасной.

— Кто мог бы это сделать? — спрашивала она. — Кто мог бы это сделать?

— Я не знаю, — сказал он. — Но я собираюсь это выяснить.

В отделе анализа преступлений Босх сидел с офицером по имени Кизмин Райдер. Он уже работал с ней раньше и знал, что она одна из самых быстрых полицейских в работе на компьютере, которых он когда-либо видел. Она явно занимала видное место в отделе, и он знал, что ее быстро прочат в администраторы. Но в последний раз, когда они работали вместе, она призналась, что очень хочет стать детективом.

Когда она освободилась, Босх рассказал ей, что ему нужно.

— Я ищу самоубийства за последние пять лет, — сказал Босх. — Молодые женщины.

— Это будет много.

Она поработала с клавиатурой и вошла в базу данных департамента. Меньше чем через минуту она получила результат.

— Восемьдесят девять самоубийств женщин в возрасте от двадцати до тридцати.

Босх кивнул, пытаясь придумать, как сузить поиск.

— У вас есть данные по методам? — спросил он.

— Да. Что ты ищешь?

— Таблетки.

— Это будет передозировка.