Тетрадь князя Путятина - Елена Дорош

– Ты сказал, что у них нет знакомых в Париже.

– Зато они есть у тебя.

– Гризо?

– Он не опасен. Но за тобой могут следить британские агенты. Уверен: им известно, как ты выглядишь.

– Жаль, я не подозревала раньше.

– Перед нашей встречей все было чисто. Яков проверил. Но только потому, что твоему связному ушла информация, будто ты задержалась в Кракове.

– По какой причине?

– Простуда. В вагоне сильно сквозило.

– Смешно.

– Дело обычное. Ты всего лишь женщина. Впрочем, проверить они не смогут. Об этом позаботились.

– Яков?

– Я успел обзавестись полезными знакомствами. Правда, для того, чтобы обеспечить тебе алиби, пришлось признаться, что ты моя любовница, у которой очень ревнивый муж.

– Ты оригинал.

– Отнюдь. Но в подобных случаях все мужчины заодно.

– Мило. Но вернемся к фрау Дитрих. Мои натруженные руки мы спрячем, но как быть с тем, что она брюнетка. Или это вообще пустяк?

– Эта проблема в Париже решается легко. Здесь замечательные постижеры. Делают парики из натуральных волос.

С этими словами жестом фокусника Кама достал из-за кресла, на котором сидел, парик.

– Примерь.

– Разве встреча уже сегодня?

– Нет, конечно, но тебе стоит к нему привыкнуть.

– Успею. Давай лучше о деле.

– Не хочешь узнать, что нынче в Париже модно? Ты должна выглядеть настоящей француженкой.

– Эту докуку оставь мне. Разберусь сама.

– Как скажешь, – согласился Кама, чувствуя, как она снова напряглась.

Боится выглядеть нелепо? Неужели не понимает, что ее ничто не сможет испортить?

Ему вдруг стало так жаль ее, что пришлось встать и отойти к окну. Якобы для того, чтобы взглянуть, не начался ли дождь.

Во всех ее сомнениях, в этой неуверенности виноват он один. Если бы повернуть время вспять, смог бы он отказаться от нее тогда, в двадцать первом году, когда увидел впервые?

Возможно, теперь она была бы счастлива. Счастлива без него. Счастлива с другим.

От этой мысли ему стало еще хуже. Какой же он все-таки мерзавец и эгоист. Стоило только подумать о том, что Анна принадлежит другому, и уже застрелиться захотелось.

Между тем Анну занимали совсем другие мысли. То, что рассказал Кама, перечеркнуло вроде бы продуманный до мелочей план. Теперь придется или во всем довериться Егеру, или действовать по обстановке. И это пугает. У Камы свои подходы к работе, и она еще не забыла, какими шокирующими они могут быть. Он убедил, что цель у них общая, но так ли это? Ее задача предельно проста. Во всяком случае, такой она виделась издалека. Кама предлагает ей стать участницей игры, в которую она никогда не играла раньше. Даже не пробовала. Сможет ли она перестроиться, вернее, подстроиться?

Все, что сейчас кажется реальным, может обернуться катастрофой. Возможно, шпионские игры вообще не для нее. Она неплохой следователь, но тут другое. Понимает ли Кама, во что ее втягивает? Если да, то почему он так уверен, что она справится? За пять лет она могла растерять все то, что он видел в ней когда-то.

Глубоко вздохнув, Анна поднялась и подошла к стоявшему у окна Каме. Ей хотелось поговорить о том, что ее мучило. И о многом другом. Возможно, ей было бы легче, если бы можно было объясниться…

Она хотела дотронуться или, может быть, прижаться к его плечу, но Егер не позволил ни того, ни другого. Он повернулся так резко, что она не успела даже протянуть руку.

Мудрый Джокер поднялся и потрусил к двери. Она щелкнула, закрываясь.

А вот и он

Высокий и довольно видный мужчина первым спустился по вагонным ступеням на перрон вокзала Сен-Лазар и принял на руки девочку лет семи.

Женщина, стоящая наверху с чемоданом, смутилась.

– О, это лишнее, простите, она уже большая. Может спуститься сама.

– Мне совсем не трудно, а ступени слишком крутые даже для вас, – ответил мужчина, протягивая руку. – Давайте сюда ваш чемодан.

– Он тяжелый.

– Зато я налегке.

Спустив багаж, он помог сойти попутчице, и втроем они двинулись к выходу из вокзала.

– Я так благодарна вам за помощь, – щебетала женщина, держа девочку за руку. – Не знаю, как бы я управилась с Оленькой одна. Вы просто Песталоцци.

– Не стоит благодарности. Мне было приятно играть с ребенком. Моей дочери Ирине теперь было бы столько же.

– Я так сочувствую вашему горю, – заглядывая ему в лицо, негромко произнесла женщина. – Сразу видно: вы очень любили дочь.

Расставаясь у стоянки такси, она сказала:

– Моя сестра очень добра и будет рада принять вас у себя. Приезжайте, когда захотите. Она живет в Шайо.

– Да, я помню. Но это неудобно. Мы незнакомы.

– Ах, какое это имеет значение в наше время! Мне кажется, мы с вами успели узнать друг друга и даже подружиться. Сейчас это так важно.

– Даже не знаю.

– Мы с Оленькой будем рады. Посмотрите, как она смотрит на вас. Вы – ее любимец, это точно!

– Честно говоря, я тоже буду рад продолжению нашего знакомства, – признался мужчина, гладя девочку по голове.

– Тогда будем рады увидеть вас снова прямо завтра. Сестра дает обед для близкого круга. В честь нашего приезда. Будете?

– Постараюсь, – чуть поклонившись, ответил мужчина и, помахав попутчицам, вернулся на вокзал, чтобы взять билет на пригородный поезд.

Как удачно все вышло. Теперь у него в Париже есть две приятельницы. И, разумеется, завтра он будет в Шайо на обеде.

В вагоне было всего несколько человек. Две торговки с остатками непроданных овощей в корзинах, молодая женщина – по виду горничная – и неопрятного вида старик, который сразу устроился у окна и заснул, опершись на клюку.

Какая мирная картина! Спасибо тебе, боже!

Проснувшись, Анна обнаружила, что Кама лежит рядом. Поддавшись приливу чувств, она легонько провела пальцами по его волосам и удивилась, что они влажные.

Несколько мгновений она размышляла над этой странностью, а потом встала и подошла к окну. На кусты сыпал мелкий, совсем ленинградский дождик.

А ведь спросишь, скажет, что с собакой гулял.

Она вернулась в постель и посмотрела на лицо спящего мужчины. Странное лицо. Закрытое. Застегнуто на все пуговицы. Ей всегда нравились простые, открытые лица. Или ей только так казалось?

– Хочешь угадать, что мне снится? – не открывая глаз, улыбнулся Кама.

– Думаю о роли, которую придется играть, – залезая ему под мышку, возразила Анна.

– У тебя будет уйма времени порепетировать. Путятин уже приехал поездом из Варшавы, но сразу он никуда не побежит. Нужно успокоиться и собрать информацию. Он уверен, что в безопасности, поэтому торопиться не