Зарубежный детектив 2026-5 - Марк Эдвардс

– Вам лучше смириться! – воскликнул он.

– Я хочу поговорить с Джо.

– Специальный агент Мартинес сейчас слишком занят, чтобы разговаривать. Вам лучше уйти. Тут могут находиться только уполномоченные лица.

Торрено пошел по дорожке из примятой высокой травы, вытоптанной людьми, снующими взад и вперед от брезентовой палатки.

Рэйчел вышла из машины. Она тихонько закрыла водительскую дверь, не запирая ее, и прошла несколько ярдов за Торрено, стараясь ступать по его следам. Скрежет генератора заглушил звук ее шагов, когда она последовала за ним к группе людей, работающих у брезентового навеса.

Агент Мартинес сидел на корточках на земле. Он поднял голову и посмотрел в сторону приближающегося к нему агента Торрено.

Именно Мартинес первым заметил Рэйчел. Торрено все еще не знал, что Рэйчел не уехала и шагала по траве позади него. Рэйчел была слишком далеко, чтобы расслышать слова Мартинеса, но она догадалась, какую фразу он сказал. По его перекосившемуся лицу было понятно, что он не рад был ее видеть. Он резко встал и направился к ней.

– Разве агент Торрено не сказал вам, что вы можете идти?

– Вы нашли ее? – спросила Рэйчел, игнорируя его вопрос.

Она шагнула в сторону, чтобы лучше разглядеть место происшествия у брезентового шатра. Криминалисты работали вокруг грязной ямы, оцепленной лентой с изображением места преступления.

– Мы нашли кого-то, – ответил он.

– Это Мэддисон?

– Пока не знаем. Большая часть тела утоплена в густой грязи. Криминалисты вряд ли успеют вытащить ее до того, как стемнеет. Поэтому мы устанавливаем прожекторы и генератор.

– Вы сказали «ее». Значит, это женщина?

Он кивнул.

– Пока рано утверждать, что это Мэддисон. Мы уверены, что это женщина, скорее всего молодая, судя по фотографиям, которые сделал полицейский, нашедший ее, прежде чем тело затянуло в грязь. Умерла она недавно. Возможно, в течение дня или двух.

Логика подсказывала, что тело действительно принадлежало Мэддисон. Ее нашли всего в нескольких милях от места ее исчезновения.

– Когда вы узнаете наверняка?

– Это займет некоторое время, – вздохнул он. – Грязь во многом схожа с зыбучими песками, так что тело трудно будет вытащить. Единственный опознавательный признак, который у нас есть на данный момент, – это небольшая татуировка в виде змеи на ее руке. Она довольно необычная. Надеемся, она поможет нам с опознанием.

Он оглянулся через плечо на команду, извлекающую тело.

– Мне пора возвращаться. У нас впереди много работы.

– Вы сказали, что у жертвы была татуировка в виде змеи, – сказала Рэйчел. – Татуировка была похожа на эту?

Она порылась в сумочке в поисках своего репортерского блокнота, нашла нужную страницу и протянула ее Мартинесу, чтобы тот мог хорошенько рассмотреть набросок татуировки Теренса Бейли, который она сделала, пока была в машине. Это была змея, свернувшаяся в символ бесконечности и поедающая свой собственный хвост.

– Откуда вы узнали?

Мартинес выхватил у Рэйчел блокнот и внимательно изучил рисунок.

– У Бейли была повязка на руке. Он продолжал ее чесать. В конце концов повязка сползла и открыла эту татуировку. Эскиз татуировки я нарисовала уже потом, когда записывала свои впечатления от встречи.

– Подождите здесь, – приказал он.

Мартинес унес блокнот Рэйчел с собой под брезент, рядом с которым криминалисты устанавливали деревянный настил вокруг грязевого бассейна, где было найдено тело.

Минуты шли. Рэйчел ждала, пока Мартинес совещался со своими коллегами. Он вернулся с планшетом в руках. Подойдя к Рэйчел, он увеличил изображение татуировки на руке жертвы, размером не больше монеты. Он объяснил, что снимок был сделан полицейским кинологом незадолго до того, как тело погрузилось в грязь. Затем он показал Рэйчел эскиз татуировки Теренса Бейли для сравнения.

– Полное совпадение, – сказал он.

Глава 20

Вдалеке залаяла собака. Повернувшись, Рэйчел заметила команду кинологов с собаками, параллельными линиями прочесывающих окрестности болот в поисках улик.

Рэйчел изучала Джо Мартинеса, который разговаривал по телефону, повернувшись к ней спиной. От нее не укрылось, как едва уловимо изменилось его настроение с тех пор, как они разговаривали в тюрьме. Там всеми его действиями руководила срочность. Он быстро ходил. Быстро говорил.

Теперь же он был созерцателен и методичен. Все проверял и перепроверял. Рэйчел догадалась, что в этом и заключалась разница между поисками пропавшего человека, где время имело решающее значение, и расследованием убийства, где была важна тщательность.

По правде говоря, Мартинес, вероятно, с самого начала знал, что судьба Мэддисон была предрешена, как только ее выкрали из фургона.

– Что это за предложение, которое вы выделили в своих записях? Я не могу разобрать вашу стенограмму, – спросил Мартинес, закончив разговор.

Он протянул Рэйчел ее блокнот репортера.

Рэйчел посмотрела через его плечо на блокнот. Он указал на ее каракули над эскизом татуировки Теренса Бейли в виде бесконечной змеи.

– Здесь написано: «Самый страшный монстр всегда прячется у всех на виду», – сказала она, расшифровывая свои каракули.

– Откуда, черт возьми, вы это взяли? – спросил Мартинес.

– Теренс Бейли сказал это, когда его вели обратно в камеру.

– Звучит как угроза.

– Мне тоже так показалось.

– Вам пора идти, Рэйчел, – решительно сказал Мартинес. – Это место преступления. Мы не можем допускать сюда гражданских. Уверен, вы понимаете.

– Значит, в тюрьму к Теренсу Бейли меня привезти можно было, а теперь я гражданское лицо и не могу находиться на месте преступления?

Рэйчел раздражало, что ее сразу же отстранили от дела.

– Расследование перешло в новую фазу, – сказал Мартинес, не отвечая на риторический, как он справедливо полагал, вопрос. Он пошел рядом с ней по дорожке к ее машине. – Мы ценим ваше время, которое вы потратили на то, чтобы приехать сюда, и всю вашу помощь. Очень ценим.

«Черта с два», – подумала Рэйчел.

Когда они дошли до машины, Мартинес дал ей указания, как быстрее всего вернуться на главное шоссе.

– Счастливого полета домой, Рэйчел.

Он на мгновение приостановился, словно пытаясь решить, стоит ли говорить что-то еще. Это было странное, неловкое движение, которое казалось нехарактерным для столь решительного мужчины. В конце концов он услужливо открыл перед Рэйчел дверцу машины. Когда она забралась в салон, пристегнулась и завела двигатель, он дважды похлопал по крыше, прежде чем отойти, чтобы дать ей возможность уехать.

Этот жест взбесил Рэйчел почти так же сильно, как и то, что ее отстранили от расследования ФБР. Она заглушила двигатель, отстегнула ремень безопасности и вылезла из машины.

– Что еще? – спросил Мартинес.

– Бейли не убивал Мэддисон. Он не мог. Он находится в тюрьме строгого режима. Кто-то другой совершил убийство и бросил ее тело здесь, на этом