Король Гарлема - Саша Южный

вообще, но лишний раз плюнуть в душу этому засранцу Боте не откажусь. Так что я помогу, но при условии, что везде будет фигурировать только твоя белая физиономия. Мне не хотелось бы чтобы Бота в чем-то заподозрил меня. Я дам тебе троих белых ребят. Они прикроют тебя, пока ты будешь беседовать с Нурет. Если тебе потребуются еще люди, чтобы освободить Морозника, я их пришлю. Но действовать тебе придется оперативно. Если мусульман успеют предупредить еще до того, как ты у них появишься, они перепрячут Морозника или просто перережут ему глотку, что вернее всего. Жди, к тебе придут.

Кью подмигнул мне, сверкнул на прощание верхним рядом золотых зубов и исчез за дверями пивной.

* * *

Через три дня ко мне постучали.

– Войдите! – крикнул я.

Дверь распахнулась, и в комнату один за другим вошли три крепыша. Они были светловолосые и почти одного роста. Поначалу я принял их за братьев.

– Мы от Кью, – сказал тот, кто вошел первым, голубоглазый и конопатый, что не мешало ему выглядеть весьма внушительно. – Ты Вечер?

Получив утвердительный ответ, он протянул мне руку.

– Стен номер один.

Потом мне пожал руку второй из этой кампании. От первого он отличался цветом глаз и отсутствием конопушек.

– Стен номер два, – произнес он.

– Стен номер три, – протянул мне руку третий.

Он был чуть выше первых двух, с широкими скулами и легкой небритостью.

– А всех вместе нас называют Троицей, – подмигнул мне Стен номер один.

– Располагайтесь, джентльмены, – сказал я.

– Какой у тебя план? – спросил Стен номер один, опускаясь в кресло.

– Плана никакого нет, – ответил я. – Заходим в бар, я беру девчонку за горло, а вы в это время держите на мушке всех присутствующих. Я узнаю, где держат Саню Морозника, мы едем туда и освобождаем его.

– Как вооружаться?

– На ваше усмотрение, – пожал я плечами. – Во всяком случае…

– Ладно, – прервал меня Стен номер два. – Мы снарядимся как надо. Скажи лучше, этот Морозник действительно содержится у Боты?

– Насколько мне известно, он находится у черных мусульман.

– Значит, у Боты, – подытожил Стен три. – Бота их главарь.

Все три Стена при этом переглянулись. Похоже, такое положение дел их устраивало.

– Чтобы ты знал, – сказал один из них. – Мы влезли в это дело не из-за бабок. У нас свои счеты с Ботой, но этот сукин сын окопался в своем Гарлеме и его не достать. Когда Кью предложил нам это дельце и свое содействие, мы сразу согласились. Если не достанем самого Боту, то, по крайней мере, устроим хорошую взбучку его людям.

– Ну и отлично, – сказал я, думая, что на этот раз мне прислали стоящих людей.

– Ты когда оклемаешься? – спросил Стен номер три.

– Завтра.

– Тогда завтра и начнем. Когда за тобой заехать?

– В девять вечера.

– Насколько нам известно, девчонка работает до десяти. Почему бы нам не взять ее сразу после работы, где-то на улице? – спросил первый Стен.

– После работы у нее могут оказаться сопровождающие, – сказал я. – Они будут идти себе где-то незаметно в сторонке, а при нашем появлении засадят в спины по пуле. Так что лучше в баре.

* * *

На другой день они заехали за мной на спортивном «Форде», за рулем которого сидел чернокожий, вероятно, человек Кью.

Возле бара мы оказались в двадцать один сорок пять.

Стен номер два пинком отворил его двери, и мы вошли. У немногочисленных посетителей вытянулись лица. Нурет стояла за стойкой. Ее взгляд блуждал где-то в пространстве и был совсем не таким, каким она всегда смотрела на меня. Я быстро прошел к стойке, схватил ее за волосы и резким движением подтянул голову к себе. В первый момент женщина просто онемела от такой дикой выходки, но через миг ее лицо исказила гримаса злости. Она открыла рот, собираясь что-то сказать, но в это время я сунул туда ствол «бульдога». В результате у девчонки вместо гневной тирады получилось какое-то невнятное мычание.

– Вот так, милочка, – сказал я, доставая из ее рта ствол. – Если ты не скажешь мне, где Морозник, то на этом твоя распрекрасная жизнь оборвется. И не сверли меня так глазами, в этом деле до наших русских сук тебе еще расти да расти. Понятно?

Нурет попыталась вырваться, но я прижал ее голову к стойке, и с силой ткнул пистолетом в висок.

– Говори!

За моей спиной было удивительно тихо. Я на миг оглянулся и увидел, что Троица одними лишь жестами деловито сгоняет всех посетителей в угол бара.

– Зачем он тебе? – прошипела Нурет.

– Ты не поймешь или не поверишь. Я хочу услышать от него то, что никто другой мне сказать не сможет. Наверное, для тебя это смешно и неправдоподобно, но это так. Мне нужны только его слова. Пара десятков фраз.

Нурет какое-то время размышляла, потом попыталась повернуть голову, но я крепко держал ее за волосы. Тогда она скосила на меня карий глаз и сказала:

– Как раз наоборот. Я верю тебе. Ты бы мог привести десяток правдоподобных объяснений. Я бы не поверила ни одному из них. Но я все равно не скажу, где Морозник. Он жив, пока я молчу. Если узнают, что я проболталась, его убьют.

– Мы освободим его до того, как они узнают.

– Не успеете. Видишь тех двух здоровых типов в майках? Ты еще в прошлый раз начистил им рожи.

– Вижу. Одного из них зовут Пенс.

– Да. Как только ты выйдешь из бара, они кое-кому позвонят, и тебя прирежут где-нибудь в переулке. К тому же вас только четверо. Этого мало, чтобы освободить Саню.

– Если потребуется, у нас найдутся еще люди, – сказал я, очень надеясь, что это так. – А этих двух придурков мы прихватим с собой. А может, они знают, где он?

– Они пешки, чтобы много знать.

– Так где Морозник?

– Он в Каабе, – немного поколебавшись, ответила Нурет.

– В каком еще Каабе?

– Так называется дом, где его содержит. Это что-то вроде базы Боты. Там всегда есть народ. Даже ночью.

– А где именно в Каабе? В каком месте?

– Не знаю.

– Это далеко отсюда?

– Нет. На машине минут пять езды.

Я отпустил волосы Нурет.

– Извини, но по-другому ты не хотела ничего понимать. И не делай глупостей.

Нурет дернула щекой.

– Я-то не сделаю, а вот вы… Если вам не удастся вызволить сегодня Морозника, то его убьют. Хотя бы для того, чтобы больше не было таких заварух, которую вы собираетесь устроить. И еще, – Нурет схватила меня за рукав. – Если Морозник умрет, то