Мы сотрем ваше прошлое - Анита Гамильтон

Генри спал. Его глубокое, ровное дыхание приятно щекотало ей лоб. Растрепанные темные волосы и легкая утренняя щетина делали этого пафосного лорда из Трайбеки предельно уютным.

Телефон в кармане брошенных на ковер брюк выдал очередную серию судорожной вибрации. Люси, стараясь не разбудить Сноу, аккуратно перекатилась, выудила гаджет и сразу же растеряла остатки утренней неги.

На экране победно мигала крупная надпись: «БАРАБУЛЬКА».

Прижав трубку к уху, хрипло Лю прошептала:

— Ба… Доброе утро. Я сейчас немного занята на объекте…

— Не свисти мне в ухо, Люси Спринг! — хриплый, прокуренный и громоподобный голос Слепой Эл ворвался в динамик так громко, что Генри Сноу за ее спиной уже открыл свои глубокие зеленые глаза. — Девять утра! На Бродвее уже таксисты друг друга матом кроют, а твоего барби-мобиля до сих пор нет у дома! Ты где шляешься, девчонка? Надеюсь, ты сейчас отмываешь последствия ядерного взрыва, а не просаживаешь наши честно заработанные котлеты?

Люси испуганно зажала микрофон пальцем, чувствуя, как лицо заливает пунцовый румянец. Генри, мгновенно оценивший масштаб катастрофы, сладко потянулся, и на его губах тут же расплылась улыбка.

— Бабуль, я же говорила тебе вчера, трассу на Манхэттен перекрыли из-за подтопления! — лихорадочно импровизируя, зашептала в трубку Люси, яростно соскакивая с кровати и пытаясь одной рукой вытащить из-под Сноу уползающее шелковое покрывало, чтобы прикрыться. — Блэйз забронировал мне номер при клубе из соображений… безопасности.

— Номер ей забронировали, ну надо же, какая щедрость и забота! — пренебрежительно фыркнула Эл, и в трубке отчетливо послышался характерный щелчок ее зажигалки. Старуха явно сделала утреннюю затяжку «ПэлМэл». — Слышь, мелкая. Твой похмельный голос я из тысячи узнаю. Ты вчера перебрала этого их пафосного шипучего пойла, так ведь? И только попробуй мне соврать. Твой британец рядом? Дай-ка мне этого лондонского выскочку к телефону. У меня к его расчетному отделу накопилась пара вопросов по поводу ночного дежурства моей внучки.

Люси закатила глаза, и Генри Сноу, забавляясь ситуацией на полную мощность, поднялся на ноги. С английской грацией, совершенно не смущаясь своего обнаженного торса, он сократил расстояние, наклонился к Люси и, бесцеремонно выхватив смартфон из ее онемевших пальцев, включил громкую связь.

— Доброе утро, мадам, — произнес он своим безупречным, бархатным баритоном, от которого у Люси внутри пронеслись картины предыдущей ночи. — Уверяю вас, репутация вашей внучки и тарифы за переработки находятся под моим полным и круглосуточным контролем. Дороги действительно заблокированы, но Люси вела себя как истинная леди. И… как отличный профессионал.

На том конце провода повисла тяжелая пауза. Было слышно, как Слепая Эл резко выдыхает дым.

— Ладно, британский лев, на первый раз прощаю. Но учти: если к обеду моя девчонка не привезет мне новый комод, а лучше шкаф, взамен того мебельного недоразумения от ИКЕА, я вспомню молодость, приеду в твою Трайбеку и лично устрою тебе и твоему Халку багровую жатву. Усек?

— Предельно четко, миссис Спринг, — рассмеялся Генри, глядя прямо в сверкающие злостью глаза Люси. — Выезжаем через час. Наша логистика работает безупречно. Обещаю лично доставить «эксклюзивный груз» и мебель на вашу кухню.

В трубке раздался короткий писк.

Люси тут же выхватила телефон из рук Генри.

— Сноу! Вы нарушили наши договоренности! — воскликнула она, лихорадочно натягивая штаны. — И вообще… отвернитесь, у вас напрочь отсутствует чувство приличия!

Она принялась собирать разбросанные по полу вещи. Ее жилет и пиджак валялись вперемешку с белой сорочкой Сноу.

Люси уставилась на весь этот бардак.

Нет. Просто нет.

Она схватила жилет.

Генри лениво оперся локтями о подоконник, совершенно не заботясь о своей частичной наготе. Он даже не думал отвернуться.

— О, Люси, помилуйте. Я всего лишь спасал вас от допроса с пристрастием. Так что запишите это на счет компании. Идемте завтракать, лав. Нас ждет долгая дорога в Квинс. А насчет приличий… после того, как вы с мясом выдрали пуговицы из моей лучшей сорочки, требовать от меня светских манер — это высшая степень лицемерия.

Люси остановилась, удерживая покрывало у груди, и сердито поправила волосы. Она перевела взгляд на ковер, где действительно сиротливо поблескивали оторванные пуговицы. Воспоминания о ночной страсти накрыли ее новой, обжигающей волной. Железная Люси попыталась вернуть контроль над ситуацией:

— За пуговицы вычтите из моего аванса, Сноу. А теперь я в ванную. Мне нужно ровно десять минут, чтобы привести себя в рабочий вид. Нас ждет закупка мебели, и, видит бог, если мы опоздаем к обеду, моя Бабуля Эл устроит нам такой прием, что портовая мафия Нью-Йорка покажется вам детским садом.

Генри снова рассмеялся, отталкиваясь от подоконника и направляясь к телефону, лежащему на прикроватной тумбе:

— Идет, любовь моя. Вы собирайтесь, а я пока предупрежу Блэйза о наших планах и попрошу найти мне рубашку, раз уж прошлую вы безвозвратно погубили.

— Сноу, левее! — ехидно крикнула Люси. — Коробка номер два! Спину держите ровнее, граф, аристократическая осанка не должна страдать от прессованного опилка!

Генри Сноу, закатав рукава новой сорочки и с трудом удерживая равновесие, подхватил длинную, невероятно тяжелую плоскую коробку весом добрых сорок килограммов. Его брюки за пару тысяч долларов и безупречные замшевые лоферы смотрелись в складской зоне строительного гипермаркета почти нелепо. На лбу Генри появилась складка.

Он сощурился, глядя на довольную физиономию Люси.

— Лав, уверяю вас, моя прошлая работа готовила меня ко многим вещам. Но тащить этот европейский конструктор ради умиротворения слепой старушки — это самое суровое испытание для моей выдержки. Запишем эту погрузку в прейскурант как форс-мажор высшей категории?

Блэйз Тини шел следом с оставшимися деталями. Он молча закинул вторую часть шкафа в просторный багажник «Эскалейда» и захлопнул тяжелую дверь.

Еще через сорок минут «Кадиллак» затормозил прямо у двухэтажного кирпичного дома семейства Спринг.

Едва Блэйз заглушил мотор, входная дверь со скрипом распахнулась.

На пороге стояла Слепая Эл с сигаретой в руке. На ней были старые джинсы-клеш и леопардовая блузка, бигуди были сняты и ее волосы лежали рассыпавшись по плечам, а глаза скрывали огромные очки-авиаторы. Выглядела она, как постаревшая рок-звезда из семидесятых и стояла грозно уперев руки в боки. Вся ее поза выражала непреклонное желание устроить прибывшим тотальный допрос.

— Ну что, похитители старческого спокойствия, вы привезли мебель? — скрипучим, прокуренным голосом пророкотала Эл, даже не повернув головы, безошибочно ориентируясь на звуки. — Сноу, выгружай дрова! Специально ради твоего британского происхождения я сегодня соизволила приготовить «Стью». Густая мясная похлебка из говядины томилась три