Смерть в бриллиантах - Си Джей Беннет

– Сколько, по-вашему, стоило украденное? – спросил он.

Сеймур слегка нахмурился, словно ему задали неприличный вопрос. Люди его круга не обсуждают такие темы.

– Больше двадцати тысяч фунтов, – сказал он. – По оценке страховщиков. Обычно они оспаривают стоимость застрахованного имущества, как только подашь заявление на выплату. И, естественно, они ждут результатов вашего расследования.

– Простите, что я их задерживаю.

Сеймур уловил в голосе Дарбишира колкость, но не поддался на провокацию.

– Уверен, вы будете расследовать столько, сколько нужно, – спокойно сказал он. – Я вас полностью поддерживаю. – Он тихо вздохнул и посмотрел на колышущиеся за окном кроны вишневых деревьев. – Мне тоже не пошел на пользу весь этот переполох. Я понимаю, как неправдоподобно выглядит, что мы не знали о краже.

– Действительно, – согласился Дарбишир. Он проверил свои записи. – Вы сказали, что в последний раз заглядывали в сейф двадцать пятого, за шесть дней до убийств.

– Да. Я искал документы.

– Вашей жене за это время не понадобились другие украшения?

– Нет. Жемчуг и так был на ней. Мы убираем его в сейф, только когда уезжаем. Она редко носит другие украшения.

– Простите, что спрашиваю, сэр, но почему вообще тиара?

– Подарок на сорокалетие, как я уже говорил. Она собиралась надеть ее на праздничную вечеринку.

– Но почему именно тиара?

– Разве это не для герцогинь и вроде того? – влез Вулгар.

Дарбишир как раз искал вежливую формулировку.

Впервые Сеймур поддался раздражению. Он выпрямился в полный рост, хотя все равно был на несколько дюймов ниже Вулгара.

– Потому что мы едем в Америку, если хотите знать. Мы приглашены на бал и ужин с королевой, генеральным секретарем ООН и губернатором Нью-Йорка. Я хотел, чтобы моя жена была одета соответственно.

– Уверен, она будет выглядеть достойно, – сказал Дарбишир, на мгновение забыв, что бриллианты теперь в сейфе в Скотленд-Ярде.

Но Сеймур не забыл:

– Без тиары. Но да, она будет выглядеть так же прекрасно, как всегда. Ей не нужны бриллианты. Никогда не были нужны.

Дарбишир поймал взгляд Вулгара, и, хотя сержант благоразумно молчал, инспектор знал, о чем тот думает. До сих пор инспектор не был убежден в преданности министра жене, которой он регулярно изменял с проститутками. Но что-то в его тоне намекало, что политик в кои-то веки говорит чистую правду.

глава 19

Джоан резко проснулась.

Звук ключа в замке? Она села на кровати, подтянув на себя одеяло. Через щель в шторе струился лунный свет, отбрасывая на новую спальню призрачное сияние. Она различила незнакомые силуэты – но, когда глаза привыкли к полутьме, узнала собственные вещи, разбросанные по углам. Насторожившись, она прислушалась. За дверью спальни к входной двери вел узкий коридор. На мгновение воцарилась тишина. Затем она услышала в коридоре тихие шаги.

Кто-то ходил по квартире.

Она вооружилась самой тяжелой вещью, на какую упал взгляд, – стоявшей рядом с кроватью алебастровой колонной настольной лампы с острыми краями. Пока Джоан тянулась, чтобы вынуть лампу из розетки, мысли неслись быстро и в основном состояли из сожалений.

Не стоило соглашаться на эту квартиру, которая явно была слишком хороша. Минимальная аренда и стильное место с роскошной мебелью, видом на реку и шикарными соседками в норковых манто, обедающими в “Рице”. Единственным минусом оставалась запертая дверь во вторую спальню – ее Джоан сказали не трогать.

И вот теперь, посреди ночи, Джоан вспомнила дом на Крессуэлл-Плейс. После убийств в Челси какая одинокая женщина в Лондоне будет настолько безрассудна, чтобы снять квартиру с закрытой комнатой? Особенно когда ее собственная спальня не запирается – какая ирония. Правда, квартиру ей рекомендовал сам сэр Хью Массон. Но разве королева не сказала ей совершенно определенно, что ему нельзя доверять? Джоан знала, что плавает в опасных водах, но даже не представляла себе, что дело может дойти до такого.

В коридоре зажегся свет. Тяжелые шаги приближались к ее спальне. Колонна лампы, выдернутой из розетки, лежала в руке успокаивающей тяжестью. На Джоан была только пижама – накинуть халат она не успела. К ее огромному облегчению, шаги свернули в гостиную. Может, просто вор?

Но откуда у него ключ от входной двери?

Джоан была уверена, что неизвестный пришел убить ее, и приготовилась к схватке не на жизнь, а на смерть. Она приложила ухо к двери спальни, стараясь понять, что он затевает.

Послышалось тихое ворчание и ругательство. Что бы он ни искал, он был недоволен. Двери открывались и закрывались. Затем шаги снова приблизились. Он опять шел по коридору. Ручка на двери спальни повернулась. Джоан сделала шаг назад. Дверь отворилась, и она подняла колонну лампы над головой.

– Что за?.. – раздался гортанный голос.

Незнакомец замер в дверях, его силуэт вырисовывался на фоне освещенного коридора. Дальше он не двинулся.

– Кто вы, черт побери? Опустите это, ради бога.

Джоан медленно опустила лампу.

– А вы кто?

Она видела только широкоплечую мужскую фигуру в макинтоше.

– Угадайте с трех раз! Я Росс. Что вы делаете в моей второй спальне? О боже – у Макгроу что, любовница? Господи Иисусе! Слушайте, так не пойдет. Оденьтесь. Встретимся в гостиной.

Он вышел, но Джоан еще какое-то время не могла заставить сердце биться в нормальном ритме. Прошло несколько минут, прежде чем она показалась из комнаты, в брюках и вязаном свитере с орнаментом, с причесанными волосами – воинственный настрой никуда не девался, но она разоружилась.

Майор Росс, “фантомный” арендодатель, ждал ее в кресле со стаканом виски в одной руке и сигаретой в другой. Он снял макинтош и остался в толстом шерстяном кардигане и вельветовых брюках. Он выглядел смущенным, слегка позабавленным и совсем не угрожающим.

Росс указал на диван, и Джоан устроилась на краешке. Он подвинул к ней пачку сигарет, лежавшую на журнальном столике. Она обычно не курила, но приняла и сигарету, и предложение прикурить.

– Итак, – начал он, откинувшись. – Вы и Макгроу… – Он дал ей возможность закончить фразу.

От всей его фигуры веяло уверенностью в себе. Он был чуть старше нее: лет сорока, наверное. На лоб то и дело падала прядь волос, которую он машинально отбрасывал назад. На лице веснушки, как и у нее, глаза усталые. Никакого лоска.

– Я и есть Макгроу, – просто сказала она.

Он нахмурился:

– Но… его зовут Джон. Мне определенно так сказали. Поэтому я и разрешил ему вселиться.

– Я Джоан.

– А.

Оба поняли, что произошло. Росс немного расслабился.

– Это объясняет влажные чулки