Смерть в бриллиантах - Си Джей Беннет

В прихожей стоял не Джереми, а Тони Раднор-Милн. Сходство между братьями было очевидно, но Тони был значительно выше и явно старше. Он был чисто выбрит, с таким же, как у Джереми, удлиненным лицом и волнистыми волосами, хотя виски уже слегка тронула седина. Пальто с меховым воротником, явно от очень дорогого портного, прямая осанка – от него веяло самоуверенностью, как будто он привык, что к его голосу прислушиваются. Гектор скованно замер. Тони заметил Джоан, и лицо его озарилось.

– Мисс Макгроу, полагаю. Боже, мой брат явно вас недооценил. – Он бросил взгляд через плечо. —

Майор Росс, в каком потрясающем обществе вы вращаетесь! – Он протянул Джоан руку. – Нас ждут. Поедем?

Гектор, скрестив руки на груди, смотрел, как она идет мимо него. В этот момент он напомнил ей отца.

глава 22

Вечер начался хорошо. Тони Раднор-Милн позаботился о том, чтобы их посадили за лучший стол в “Ритце”. Ресторан блистал позолотой и зеркалами под хрустальными люстрами – примерно так Джоан представляла себе Версальский дворец. Другие посетители сворачивали шеи, чтобы взглянуть на их компанию, состоявшую из двух братьев, милой, но довольно невыразительной жены Джереми – Патриции, двух иностранных деловых партнеров Тони и их блистательных спутниц.

Беседа за столом текла легко и была занимательной. Джоан заметила, что говорили в основном мужчины. Одна из эффектных спутниц, француженка, почти не говорила по-английски. Другой, казалось, нечего было сказать – но она и не нуждалась в этом, потому что, как и француженка, могла похвастаться губами, скулами, ростом и прической светской львицы или топ-модели. Джоан мысленно поблагодарила небеса за платье тети Евы. Она не могла соперничать с девушками в красоте, но по крайней мере наряд у нее был не хуже.

Кое-что ей хотелось прояснить с самого начала, и она сделала это так вежливо, как смогла:

– Жаль, что ваша супруга не смогла к нам присоединиться.

– О, не переживайте за Топси. Она рада остаться в аббатстве. – Он понизил голос: – Она не особенно жалует столь… колоритное общество, скажем так.

– Вот как. – Джоан собиралась пожалеть бедную отсутствующую Топси, но при этих словах жалость ее испарилась.

Деловые партнеры Тони приехали из Гонконга и Сингапура. Оба учились в британских частных школах, но их внешность привлекала любопытные взгляды, бросаемые украдкой с соседних столиков. Джоан им сочувствовала. Когда ее отец впервые приехал в Лондон, он видел в окнах меблированных комнат таблички: “Неграм, ирландцам и собакам вход воспрещен”. Мысль об этих табличках поддерживала в ней тлеющий огонек праведного гнева.

– Вы сказали “в аббатстве”? – спросила она.

Тони воткнул вилку в блестящий от масла стебель спаржи.

– Да. Роксхэмское аббатство. Наше загородное имение. Восходит к двенадцатому веку, но семье принадлежит лишь с шестнадцатого. Приглашаю вас как-нибудь приехать, посмотреть. Вы ездите верхом? В парке есть отличные дорожки для верховой езды.

– Нет, не езжу, – призналась Джоан.

– Стреляете?

– Да. Это я умею.

– Отлично. Обязательно приезжайте к нам на выходные. Уверен, Топси будет рада с вами познакомиться.

Блюда сменяли друг друга, а с ними и вина. Джоан, по крайней мере, понимала их французские названия, но никогда раньше не пробовала. Она заметила, что роскошные спутницы бизнесменов лишь ковыряют еду на тарелках, но при этом чувствуют себя как дома. Пожалуй, они даже скучали. К ее удивлению, Тони спокойно отнесся к тому, что Джоан не знакома со сложными правилами столового этикета и любезно объяснил ей, какой нож и вилку из обширного ассортимента следует использовать для каждого блюда. Он поинтересовался, кто сшил ее “восхитительное” платье, и внимательно слушал ее рассказ о тете Еве.

– Вам повезло, – сказал он. – Нужно почаще вывозить вас в свет – посмотреть, на что еще способна ваша тетушка.

После третьего блюда он переключился на сидевшего слева от Джоан мужчину и заговорил с ним о возможности торговли с Китаем. Джоан по работе сталкивалась с правительственными документами по этому вопросу и была не меньше Тони осведомлена о последних решениях в этой сфере, но быстро поняла, что ее мнение никого не интересует. Она встретилась взглядом с невзрачной Патрицией Раднор-Милн, и между ними промелькнула искра молчаливого согласия. Обе привыкли, что их игнорируют, когда заходит разговор на “серьезные” темы.

Джоан не слишком расстроилась. Она предпочла пристальнее рассмотреть двух красавиц за столом. Первая не говорила вовсе, просто смотрела на свою тарелку, словно пытаясь заучить ее вид к экзамену. Другая слишком громко смеялась шуткам своего кавалера и изредка незаметно сдерживала зевоту. К пятому блюду Джоан поняла, что она познакомилась со своим спутником совсем недавно и произносит его имя не совсем уверенно. Лишь к шестому блюду до нее дошло, кто они такие. Боже мой, подумала она. Я ужинаю с куртизанками.

Она снова встретилась взглядом с Патрицией. Тихая покорность женщины теперь обрела новый смысл. Джоан задумалась, придется ли и ей привыкать к такому, если она захочет бывать в высшем обществе. Мужчины часто ведут себя так? Настолько открыто? Неужели таких ослепительных женщин так просто купить? Джоан всегда считала проституцию уделом самых обездоленных. Те девушки, которых она знала в Боу, – бедные, рыхлые – по выражению тети Евы, “бросались в глаза”. Но эти две запросто могли бы блистать на королевском приеме – до тех пор, пока не придется заговорить.

Тони повернулся к ней:

– Простите, дорогая, мы увлеклись делами. Вы хорошо проводите время?

– Весьма… познавательно, – ответила она.

– О господи! Я не хотел быть назидательным, клянусь! Расскажите-ка лучше еще о себе.

Он засыпал ее вопросами о работе и о том, как ведет себя Ее Величество в дамском обществе.

– Она скидывает туфли? Я всегда это предполагал. Делится секретами укладки и выбора помады?

Джоан догадывалась, что королева, вероятно, делает нечто подобное, оставаясь со своими фрейлинами, но уж точно не с ней. Да и Джоан все равно никогда бы не рассказала. Ее удивило, что он вообще задает такие вопросы.

Тони откинулся на спинку стула. К нему подошли двое других посетителей; мужчины обменялись рукопожатием и пообещали друг другу скоро увидеться. Младший брат, несмотря на свою придворную должность, напротив, удостоился лишь кратких равнодушных кивков. Джоан сделала вывод: если бы семья Раднор-Милнов плела какой-нибудь заговор, зачинщиком был бы не Джереми, а Тони. Ей нужно было найти предлог, чтобы встретиться с ним еще раз.

Подали десерт, затем кофе. Обе спутницы бизнесменов к этому моменту уже умирали от скуки. Интересно, жизнь мертвой женщины