Очень плохие вдовы - Сью Хинсенбергс

и он сказал, что съел его. Это был мой пад-тай, а Хэнк просто проглотил все, словно это ничего не значило. И я ничего не значу тоже. А потом просто швырнул мне в лицо: «Я даже не был голоден».

– Понятно. Если смотреть с твоей точки зрения. – Нэнси откинулась на спинку стула и скрестила руки.

– Ведь он не просто нанес удар – он провернул в ране нож! Так не поступают с теми, кого любят. Так я и поняла, что он больше меня не любит. Когда он съел мой пад-тай.

Шализа потянулась к Пэм и сжала ей руку. Нэнси вытащила из кармана брюк листок и развернула его.

– Так, давайте пройдемся по всем пунктам шаг за шагом. Во-первых, надо решить, как будем реагировать, когда мы узнаем об их смерти.

Пэм и Шализа с облегчением посмотрели друг на друга и подались вперед. Может, Нэнси и сомневалась, но сейчас она снова стала прежней.

Нэнси разгладила листок.

– Скорее всего, полиция придет и постучит в дверь. Надо изобразить удивление. – Тут она сверилась с записями. – Одна у нас должна упасть в обморок, вторая – закричать, а третья может просто от шока захлопнуть у них перед носом дверь. Желательно, чтобы этой третьей была я. Пэм, сможешь закричать? Или, на худой конец, закрыть лицо руками и зарыдать. Может, сползти по стене?

Пэм кивнула:

– Пожалуй, смогу.

– Шализа, думаю, тебе следует упасть в обморок прямо на пол. Ты же занимаешься йогой, так что обратно подняться сможешь.

Шализа тоже кивнула. Нэнси сверилась со списком.

– Не думаю, что нам следует тут же расплакаться. Хотя это и не повредит, если сможете изобразить. Но, судя по книгам – именно по книгам, а не по тому, что я нашла в интернете, – новости обычно доходят до нас не сразу. И близкие сначала скорее шокированы, чем печальны, так что полиция не ждет от родственников, что они будут плакать.

– Я как раз подумала, что лучше всего, если мы не будем знать, как Гектор собирается сделать это. Тогда нам не нужно будет изображать удивление, ведь мы действительно удивимся. Когда мы встретимся для передачи денег, нам надо заранее договориться, чтобы он не посвящал нас в детали.

– Ты имеешь в виду, чтобы он не предоставлял нам смету в письменном виде, – сказала Шализа.

– Знаешь, сарказм – низшая форма юмора, – ответила Пэм.

– Прости, не могла удержаться.

– Если они пропадут без вести, то до обнаружения их тел возможно внимание СМИ. Мы должны быть готовы выступить на пресс-конференции, так что лучше пересмотрите «Исчезнувшую», – сказала Нэнси.

– Еще один фильм, рекомендованный к просмотру, – заметила Шализа.

– Это же исследование, – парировала Нэнси. – Мы не можем относиться к делу халатно. Необходимо подготовиться. Я посмотрела «Оранжевый – хит сезона» и поняла, что не выдержу в тюрьме. Я привлекательная, с великолепным характером и буду там очень популярна.

– Только если не возьмешь с собой свои маски для лица, – хихикнула Шализа. Подруги рассмеялись.

– Мы определились с датой? – спросила Пэм. – Я тут подумала – нужно договориться на воскресенье. Как вы думаете? Надо запланировать что-то на выходные, чтобы парни не свалили на ночную рыбалку и точно остались в городе. Можно собраться у нас в субботу на барбекю. Можем сказать, что это прощальная вечеринка для Марлен.

– Точно. Такое они не пропустят, – сказала Шализа.

Нэнси кивнула:

– Звучит неплохо. Тогда просто нужно эти несколько дней вести себя как обычно. В воскресенье, когда все случится, нам следует заниматься своими привычными делами. Чтобы обеспечить себе алиби, лучше нам быть на людях.

– А почему бы не сходить в «Таргет»? – предложила Пэм. – Там камеры видеонаблюдения. Мне как раз нужны новые кроссовки. И смесь сухофруктов – Хэнк их обожает – почти закончилась. Та, что с шоколадом и караме…

Тут Пэм запнулась и замолчала. Сглотнула ком в горле и посмотрела на руки. В животе образовалась тяжесть, как будто она проглотила сырой цемент.

– Думаю, сухофрукты можно и не покупать.

Они сидели и смотрели на стол, осознавая, как в их новой реальности появляются подобные детали. Больше в шкафчиках не будет любимых перекусов их мужей.

Но тут Шализа словно проснулась:

– Наоборот, ее нужно купить. Эту смесь сухофруктов. Это же работает на алиби – если ты купила его любимое лакомство, значит, точно не знала, что он умрет.

– Ты права! – воскликнула Нэнси. – Отличная мысль. Куплю Ларри новое исподнее.

– А я – носки для Андре, – добавила Шализа.

Нэнси с Шализой ударили по рукам.

– Отличная идея! Вот это алиби!

Пэм внезапно вспомнила, как Хэнк сидел перед телевизором на диване, жевал свои сухофрукты, предлагая банку Клэр. Он всегда оставлял ей фрукты с шоколадом и карамелью. Она подавила улыбку и вспомнила, как Хэнк сказал: «Да и пофиг» – и вышел из кухни. Подумала о том, как Нэнси мечтает воссоединиться со своим сыном, а Шализа – о «чертовски офигенной жизни». И вскинула обе руки, чтобы они по ним ударили.

– Все будет отлично!

– Девчонки, действуем! – сказала Нэнси.

– Мы просто ужасные жены, – засмеялась Шализа. – С нами шутки плохи.

– Осталось только заплатить нашему киллеру задаток, пережить ужин у Пэм и Хэнка в субботу, и – приве-е-ет, Бока-Ратон! – добавила Нэнси. – Я принесу салат.

– А я сделаю свой шоколадный чизкейк, – улыбнулась Шализа. – Могу даже два кусочка съесть, чтобы в последний раз увидеть гримасу Андре.

Телефон у Нэнси зажужжал, и Пэм увидела на экране фото улыбающейся Марлен с пышной прической. Нэнси провела пальцем по экрану и ответила:

– Что там у тебя, крошка? – И спустя пару секунд: – Спрошу у девочек и перезвоню.

Она убрала телефон и сообщила:

– Марлен нужна наша помощь.

15. Красивая шляпа

Гектор аккуратно подравнивал стрижку очередного клиента-подростка, когда заметил, что перед парикмахерской появился Хэнк. Его выпуклый карман сигнализировал, что друзья повышают ставки. Гектора это не удивило, поскольку его побочная работа обычно требовала целого раунда встреч, чтобы обговорить все детали.

Хэнк сел на один из стульев, выстроенных вдоль стены, и взял журнал о рыбалке, но Гектор видел, что он в него вообще не заглянул. Хэнк все время поглядывал на парковку, как загнанный охотниками зверь. Его голубая рубашка вся была в пятнах пота, особенно большие круги были под мышками. Гектор медленно стряхивал состриженные волосы на пол, чтобы выиграть время и обдумать ситуацию. После того, как полностью убрал свое рабочее место, он и сам внимательно осмотрел парковку. Выходя в кладовку за лосьоном после бритья,