Искусство в крови: новое дело Шерлока Холмса - Бонни Макбёрд

Мой друг был измотан, и я тоже.

– Холмс, давайте ложиться спать. Сейчас мы ничего не можем сделать.

– Ватсон, ночь еще не закончилась. Союз Помероя с леди Пеллингем, вероятно, заметили. Какие бы силы ни объединились против нее, – ее убийца или нет, – теперь они замыслили вывести из игры и его.

Раздался стук в дверь, и мы оба подпрыгнули от неожиданности.

– Кто там? – спросил я. Холмс быстро перебрался в инвалидное кресло.

На пороге стояла Нелли, миниатюрная белокурая горничная, которую Холмс приметил, еще когда мы только приехали. Она была напугана и бледна от ужаса, и дорожки от слез еще не высохли на ее щеках. Я впустил ее и снова запер дверь. Она стояла перед нами, дрожа и не в силах говорить. Холмс приблизился к ней и ласково взял за руки.

– Вас прислал сюда мистер Померой, да? И вас зовут Нелли? – ласково спросил он. Девушка молча кивнула. – Я знаю, вы юная леди мистера Помероя. Что я могу сделать для вас?

– Вы м-мистер Холмс? – пролепетала она, заикаясь.

– Ах, он вам и это сказал, – заметил Холмс, бросив на меня разочарованный взгляд, и встал с инвалидного кресла.

– Так в чем дело? – спросил я.

– Фредди… Он этого не делал! – воскликнула она.

– Возможно. Но есть ли у вас доказательства?

– Мой Фредди не мог быть убийцей. Когда леди закричала, он был со мной. Совсем со мной! – Она всхлипнула.

– Кому вы рассказывали?

– Только Джейни, судомойке. Да я и не рассказывала. Она тоже видела его.

– Почему бы вам не рассказать все Мейсону? – поинтересовался Холмс.

– Фредди велел никому не рассказывать о нас. А то мы потеряем работу.

– Любой идиот заметил бы, что вы… ну, неважно… но кто этот Дикки, и зачем он соврал, что ваш молодой человек был в библиотеке?

– Однажды Дикки вообразил, что я ему нравлюсь. Но у нас с Фредди… а потом Фредди донес на него за кражу портвейна, и вот видите… – Она замолчала и зарыдала.

– Само собой, – усмехнулся Холмс. – Понимаю. Успокойтесь. Я прослежу, чтобы правосудие восторжествовало. Завтра я представлю ваши доказательства.

– Сегодня, сэр! Вы должны пойти с ними сегодня! – Ее рыдания стали громче.

Холмс в отчаянии всплеснул руками.

– Ватсон, да сделайте же что-нибудь! – Он отошел и принялся мерить шагами комнату.

Я взял ее за руки и осторожно помог ей встать.

– Ну же, Нелли, не унывайте! – Я погладил ее по руке. – Вы должны понять, что есть специальная правовая процедура. И мистер Холмс очень хорош в своем деле. Он позаботится о том, чтобы вашего жениха реабилитировали.

– Чего?

– Освободили. Я вам обещаю. Но вы должны сохранить нашу тайну.

Она кивнула в знак согласия. Я вытер слезы девушки и позволил ей уйти. Встревоженный, я повернулся к своему другу.

– Холмс, не пора ли раскрыть себя и серьезно заняться расследованием?

– Нет, пока не доставят Нику, – отрезал Холмс. Он повернулся ко мне. – Держу пари, утром, несмотря на этот досадный перерыв, произойдет немало событий.

– Конечно, граф не…

– Не стоит недооценивать одержимость этого человека. Доставка пройдет, как и было запланировано.

– Но как насчет Помероя? Вы верите этой девушке?

– Да. Я точно знаю, что Помероя подставляют, – ответил Холмс.

– Каким образом?

– Серебряный поднос.

– А что с ним не так?

– Его не было в комнате во время убийства.

– Вы пробыли в комнате меньше минуты! Как можно…

Холмс взглядом заставил меня замолчать.

– Поскольку он оказался там позже и в наше отсутствие, значит, его кто-то принес после того, как всех выставили из библиотеки. А туда входил только Дикки. – Я промолчал. Разумеется, он был прав. – Возможно, тогда же они договорились и о показаниях. А теперь, Ватсон, я должен попросить вас кое-что сделать, – сказал он и, помедлив, добавил: – Это опасно.

– Все, что нужно, Холмс! Вы же знаете, я готов.

– Возвращайтесь вниз. Вы должны добраться до тела и осмотреть его.

– Но меня ни за что не подпустят к телу. Вероятно, его уже убрали.

– Все равно вы должны попытаться! Если потребуется, делайте это тайно! Я уверен, колотая рана нанесена посмертно: крови было слишком мало.

– Согласен. И ее лицо! – добавил я.

– Вот именно. Глаза, язык указывают либо на яд…

– …либо на удушение!

– Верно. И я должен узнать наверняка. Мне нужно вернуться в библиотеку. Эх, если бы не это проклятое кресло и вся эта нелепая шарада! – Он в отчаянии стукнул по креслу.

– Холмс, успокойтесь. Я в состоянии стать вашими глазами и ушами. – Я уже собрался выйти из комнаты, но вдруг обернулся с внезапным беспокойством. – Холмс, вы же не будете рисковать и не покинете комнату в мое отсутствие? Иначе вас обязательно поймают.

– Я не идиот! – огрызнулся он. – Извините. Ватсон, я вам обещаю, что и шагу не сделаю за порог этой комнаты. Можете не сомневаться.

– Поклянитесь.

Он покорно вздохнул.

– Клянусь. И прошу вас, проявите предельную осторожность. Скорее всего, убийца все еще находится в доме.

Быстро просмотрев подробный поэтажный план Холмса, я вернулся по черной лестнице в библиотеку. После ареста Помероя большая часть слуг пребывала в потрясении и горе, и в доме встречалось мало людей. Обе двери, ведущие в библиотеку, оказались заперты.

О взломе замка не могло быть и речи. Рядом с останками бедной леди Пеллингем наверняка кто-нибудь постоянно дежурил. А предложение моих услуг ни к чему не приведет, в этом я был уверен. План получался каким-то бессмысленным и совсем не в духе Холмса.

Затем я зашел на кухню, но преуспел только в том, что раздобыл печенье и горячее молоко, которые были моим предлогом. Также я узнал, что коронер, некто Гектор Фило, по совместительству городской врач, был занят тяжелыми родами и заберет тело не раньше, чем утром.

Тело леди Пеллингем теперь лежало в довольно холодной кладовой для мяса, и вход туда охраняли двое слуг. Еще я узнал, что Помероя отправили в тюрьму, а Дикки нигде не могли найти.

Со всеми осторожностями я вернулся в нашу комнату и, проскользнув в дверь, с облегчением закрыл ее за собой.

Глава 21. На выступе

Войдя в комнату, я обнаружил, что в ней темно и очень холодно. Что-то было не так.

– Холмс, – позвал я громким шепотом. Ответа не последовало. Я не мог разглядеть, лежал ли он в постели. Поставив печенье и молоко, я подошел к почти потухшему камину и включил газовую лампу над ним. В комнате никого не было. Окно распахнуто настежь, и занавески трепетали на ветру. В панике я проверил свою комнату; там его тоже не было. Заперев наружную дверь, я подбежал к открытому окну в его комнате.

Снаружи я увидел