Воды возле Африки - Влада Ольховская

— Но они знали, — покачал головой курьер. — Над нашими трюками они только посмеялись. Они знали, какую сумму можно получить, до последнего цента! И нас били, пока мы не сказали, где деньги.

Марк сильно сомневался, что курьеры молчали долго, но это уже не имело значения. Никто не стал бы умирать за чужие деньги, в этом их нельзя обвинить… Вопрос в том, кого винить тогда.

Понятно, что честному слову курьеров никто не поверит. Они пока в больнице Сомали, туда за ними отправят группу захвата, будет проводиться расследование, все проверят. Но уже сейчас у Марка были все основания допустить, что курьер сказал правду.

Дело ведь не только в том, что загадочные псевдо-военные устроили ловушку в нужном месте в нужное время. И даже не в том, что им была известна сумма. Они отключили маяки, быстро, профессионально… Они знали и про маяки! А на этот счет толковой информации не было даже у курьеров.

Так что это действительно предательство изнутри… Вот только чье? Марк не выдержал, огляделся по сторонам, пытаясь понять, кто же продался — пусть и за очень большую сумму. Меган? Нет, она начала работу лет десять назад, у нее награды, в деньгах она не нуждается. Дейзи, новенькая? Эта не сумела бы — ей пока не предоставили полный доступ к таким данным. Кларк и Уоллис из отдела спецопераций? Тоже вряд ли, их там проверяют, заставляют проходить психологическую оценку раз в полгода. Дейл и Оливер работали с Марком на предыдущих заданиях, и у него ни разу не было повода усомниться в их верности.

А вот Седрик Биттенкур — новенький. Да, только в этом проекте, и он сотрудник Интерпола, но… Разве сотрудники Интерпола не продаются? Разве им платят достаточно хорошо, чтобы даже не думать о сделке с собственной совестью? Понятно, что никаких доказательств еще нет, но ведь на предыдущих миссиях выкуп всегда доставлялся в срок, без каких-либо проблем, а тут появился Седрик — и началось! Закрывать на такое глаза, прикрываясь профессиональной солидарностью, Марк не собирался.

Но любое расследование должно подождать, потому что сейчас над ними нависла проблема куда грандиозней, чем поиск предателя.

Деньги пропали.

Новую сумму собрать не удастся — эта была рассчитана так, чтобы оказаться для хозяев лайнера на границе допустимых потерь, удвоить ее компания не сможет, даже если захочет… а она не захочет. Она даже репутацией не рискует теперь, ее представители на всех интервью будут говорить: они сделали все, что могли, в остальном виновата полиция!

А полиция действительно виновата… Марк слишком хорошо понимал: как только выйдет срок, отведенный пиратами, а выкупа все еще не будет, польется кровь.

Трагедия на «Хангане» становилась лишь вопросом времени.

* * *

Выхода нет: придется тащить ее с собой. Хотя Филу этого до сих пор отчаянно не хотелось.

Нельзя сказать, что смерть Олега Ефимцева оставила его совершенно равнодушным. Нет, Филу было жалко — нормальный дядька, толковый! Но его смерть Фил не видел, в отличие от смерти Оли, ему просто рассказали, что случилось, а это было совсем не так страшно.

Ефимцева сбила машина. Насколько понял Фил, сосед возвращался домой с озера и где-то возле поворота лесной дороги на него налетел автомобиль. Там такое запросто могло случиться, Фил знал это место: ветви старых деревьев заслоняют обзор, а если еще и день солнечный — можно в любой момент глазом луч поймать. Так что местные используют ту дорогу редко, а если и едут по ней, то медленно, знают, в чем подвох.

Должно быть, из-за этого Ефимцев и расслабился, не жался к обочине, не смотрел по сторонам. Забыл, что лето на дворе, а летом и туристы приезжают! Наверняка же кто-то из них гнал, как сумасшедший, не заметил старика — и все, полетел окровавленный Ефимцев на обочину, а водитель даже не остановился, его так и не нашли.

Короче, глупая смерть, но не такая уж страшная. Фил не знал, сколько именно лет было Ефимцеву, но видел, что много. Это не то же самое, что самоубийство Оли, и грустить нужно в меру.

Он ожидал, что Ида поймет это сама, все же на виду. Но нет, она теперь шлялась непонятно где целыми днями, вообще ни с кем не разговаривала. Фил предположил бы, что она ходит к жене Ефимцева, они всегда были дружны. Но это очень вряд ли: тетю Наташу увезли в больницу в тот же день, вроде, что-то с сердцем случилось, когда увидела мужа. Она выжила, однако в деревню пока не вернулась, да и не факт, что вернется.

Так что никто не знал, где и с кем теперь бродит Ида. Фила это особо не волновало, он считал, что сестра уже достаточно взрослая, ей одиннадцать, он в таком возрасте тоже гулял где хотел! А мама будто отказывалась это понимать, она, не зная, где сейчас Ида, таскалась за Филом и все ныла, уговаривала его «позаботиться о сестричке».

А потом Ида воспользовалась этим, у нее всегда хорошо получались такие штуки. Он как раз собирался в гости к Эдику, когда она появилась перед ним и заявила:

— Я хочу пойти с тобой.

— Тебя не приглашали!

— Я знаю. Но, если меня приведешь ты, они не откажут.

— С чего мне тебя приводить? Мне тебя и здесь слишком много! Да и вообще, с каких пор тебе хочется к Свировым? Ты ж сама орала, что у них не дом, а цитадель зла!

Он ожидал, что Ида сейчас начнет возмущаться и доказывать, что она вовсе не так сказала. Однако сестра лишь безразлично пожала плечами:

— Мне надо.

— А мне не надо — конец истории!

— Так не получится. Либо ты берешь меня с собой сегодня один раз, либо я начинаю рыдать при матери, убеждаю ее, что у меня травма, и тебе придется присматривать за мной минимум неделю. Или дольше, пока я не прекращу плакать.

— Да зачем тебе это надо?! — возмутился Фил.

— Это мое дело.

Пришлось вести… При всей своей неприязни к сестре, он мог уважать ее хотя бы за то, что Ида всегда умела добиваться своего.

И все равно ему было неспокойно. Он понятия не имел, как отреагируют на появление его сестры остальные, что скажет Эдик, что будет, если ее заметит Тимур… В иное время Фил не ставил их мнение выше своего, но тут ситуация особенная: он не был уверен, что прав. Такое с