Последний гость номера 313 - Алеся Георгиевна Кузнецова

финансовым директором. А теперь делает вид, что мы никогда не были друзьями. Только, мадам Дарина… — Кумран испуганно посмотрел на нас. — Не надо злить его. Он теперь и правда правая рука мистера Кэролла. Если он захочет, меня уволят за минуту.

— Не бойся, Кумран, мы его не тронем. Пока, — жестко пообещал Тифлисов. — Ты собирай ноутбук и неси все в бойлерную, как договаривались. А мы с мадам Дариной сгоняем на пятый этаж. У нас там назначено свидание с одним произведением искусства.

Мы поднялись в закрытое крыло пятого этажа, выйдя на четвертом и пройдя пролет пешком. Воздух здесь был спертым, люди точно забредали сюда редко. Вадик остановился перед огромным полотном в тяжелой позолоченной раме.

— Вот она, — удовлетворенно выдохнул майор. — Узнаешь?

Я подошла ближе. С портрета на меня смотрела невероятно красивая блондинка лет тридцати в стиле 1930-х годов. А в ушах… в ушах блестели те самые серьги ар-деко, которые я вчера выудила из тайника.

— Никаких сомнений, — прошептала я. — Это те же серьги. Но, Вадик… мы еще ночью поняли, что Элис Кэрролл погибла задолго до 2006 года. Она физически не могла забыть серьги у Мейсона в Британии «год назад», как он писал в письме.

— Верно, — нахмурился Тифлисов. — Шантажировать убийцу десятилетиями может только тот, кто жив. Значит, Кей — это кто-то другой? Кто-то, кому Элис подарила свои серьги. Родственница?

В коридоре раздались шаги и скрип колесиков. Из полумрака вынырнул Кумран, толкая перед собой огромную пластиковую тележку, доверху забитую мятыми простынями и полотенцами.

Мы с Вадиком переглянулись. Бедный парень. Видимо, Радж Патель в качестве наказания отправил его на самую черную работу — собирать грязное белье.

— Мадам Дарина! Сэр! Бойлерная открыта. Мы можем идти… — запыхавшись, прошептал Кумран. Он осекся, увидев, перед чем мы стоим.

— Кумран, — я сочувственно вздохнула. — Можешь пока отвезти все в прачечную, а мы еще минутку посмотрим. Какая все-таки красивая была бабушка у вашего хозяина. Настоящая леди.

Парень подошел ближе, толкая перед собой тележку, и удивленно нахмурился. — Бабушка? Элис Кэролл? Мадам Дарина, вы ошибаетесь.

— В смысле? — Тифлисов резко повернулся к парню. — Кто еще из британок мог висеть здесь на почетном месте?

— Портрет мадам Элис Кэролл висит в кабинете мистера Эштона, — тихо сказал Кумран. — Она была жгучей брюнеткой. А эту женщину… я вообще не знаю, кто это. Ее нашли на чердаке старого корпуса пару лет назад при ремонте крыши и просто повесили сюда, чтобы закрыть пятно на обоях. Никто не знает, кто она такая.

Мы с Вадиком медленно повернули головы к полотну. Блондинка с картины смотрела на нас, и ее улыбка теперь казалась издевательской.

В голове словно взорвалась новая мысль. Если это не Элис Кэролл… Это и есть Кей!

Мейсон писал, что привез серьги, чтобы вернуть их любимой женщине. Значит, это украшение принадлежало самой Кей. И если ее портрет в стиле тридцатых годов десятилетиями пылился на чердаке этого отеля, значит, загадочная блондинка связана с прошлым семьи Кэроллов гораздо сильнее, чем мы могли вообразить.

— Идем в подвал, — хрипло скомандовал Вадик, с искренней жалостью покосившись на огромную тележку Кумрана. — Давай, сынок, сдавай свою стирку и постарайся как можно быстрее незаметно перетаскать нам в бойлерную архив. Кажется, нам предстоит перекопать очень много макулатуры.

Глава 20. Грязное белье и чистая бухгалтерия

Старая бойлерная встретила нас запахом нагретого металла, сухой пыли и машинного масла. Вдоль стен тянулись толстые, давно отключенные трубы, а по центру действительно стоял массивный железный стол, освещенный тусклой лампочкой без плафона. Идеальный бункер для незаконных аудиторских проверок и раскрытия исторических тайн.

Вадик с кряхтением опустился на довольно устойчивый стул, вытянул свои длинные ноги в туристических шортах и скрестил руки на груди.

— Шикарный курорт, Шторм. Сначала вентиляционная шахта, которую ты называешь дамским коридором, теперь подвал с трубами. Если дальше наш отпуск перекочует в канализационный коллектор, кажется, я даже не удивлюсь. Но если честно, не так я представлял нашу первую совместную поездку.

— Не ной, майор, — я сдула пыль с поверхности стола. — И вообще, я бы не стала рассчитывать на совместные поездки, я ничего такого не обещала.

— Ну тогда из хорошего — нас точно не найдет здесь ни Эштон, ни Лоренцо, ни кто-то еще. Правда, если с нами здесь что-то случится, свои нас тоже не найдут.

Тяжелая металлическая дверь со скрипом приоткрылась, и в бойлерную снова заглянул Кумран. Он улыбнулся, приоткрыл дверь пошире и протолкнул к нам свою громоздкую тележку с грязным бельем. Индус тяжело дышал, на лбу блестели капли пота.

— Сынок, — Тифлисов сочувственно покачал головой. — Мы же сказали тебе сперва сбросить все в прачечную. Зачем ты притащил эту гору чужих простыней в наш штаб? Нам тут только клопов не хватало для полного счастья.

Я мысленно согласилась с грозным Пателем, который орал утром на моего Кумрана. Если бы в «Авроре» я поручила сотруднику отвезти вещи, а он полдня катал их по офису, так и не добравшись до пункта назначения, вряд ли я была бы более сдержанной, чем этот финансовый директор.

Кумран остановил тележку у стола, выпрямился и… вдруг широко торжествующе улыбнулся. Его затравленный вид испарился без следа.

— Я не мог оставить это без присмотра, сэр, — с достоинством произнес младший портье.

Он театральным жестом схватился за края двух верхних скомканных простыней и резко откинул их в сторону.

Мы с Вадиком синхронно вытянули шеи. Под тонким слоем отельного текстиля, плотно выложенного по краям тележки, в самом центре был устроен тайник. А в нем аккуратными рядами и стопками виднелись десятки картонных папок с архивами, журналы, письма, вырезки, три монументальные, обтянутые потрескавшимся кожзамом амбарные книги, старый служебный ноутбук, моток проводов и мышка. Сбоку от этого богатства стоял ряд стаканчиков, термос с кофе, орешки и коробка с бананами.

Тифлисов медленно поднялся со стула, подошел к Кумрану и с чувством, крепко пожал ему руку.

— Кумран, если тебя когда-нибудь вышвырнет этот хлыщ Патель и ты решишь переждать плохие времена в не таком жарком климате, приезжай. Найдем тебе местечко в убойном отделе. Считай, что ты принят без собеседования.

Индус расцвел так, словно ему только что вручили «Оскар», и со счастливым видом проворно принялся выгружать сокровища на металлический стол.

— Я подключил ноутбук к нашей локальной сети через скрытый кабель в стене, мадам Дарина, — отчитался он, втыкая штекер. — Пароль я вам записал. Меня могут хватиться наверху, так что я должен вернуться за стойку. Если я понадоблюсь, позвоните