Два тревожных дня майора Ковалева - Василий Васильевич Моисеев

Пока Даша прихорашивалась перед зеркалом в прихожей, Вадим извлек из гардеробного ящика почти новые туфли и облачился в цивильный костюм. Тоже почти новый, хотя и приобретенный много лет назад, но одеваемый только лишь по праздникам. Покрутился перед зеркалом, придирчиво осмотрел себя со всех сторон и остался доволен.

Потом заглянул в небольшой сейф, вмонтированный в стену напротив туалета. Если, конечно, самопальный металлический ящик, приобретенный когда-то на рынке, вообще можно было назвать сейфом. Правда, для хранения оружия он подходил неплохо, не говоря уж о хранении финансовых сбережений. Правильней сказать, заначек. Пять с половиной тысяч рублей очень трудно назвать сбережениями. Просто нескромно. На ресторан только и хватит. Хорошо хоть недавно купил модный бумажник, в таком последний червонец смотрится солидно. Со стороны, конечно.

Поход в ресторан планировался не ради отдыха. И не в ресторан, а в ночной клуб, где отдыхающей публике среди множества веселых и азартных развлечений предлагается игра в дартс. Безобидное увлечение, пришедшее в город совсем недавно, но знакомое Михаилу Прошину по прозвищу «Сингапур» с его далекого детства.

Глава 16

Первыми в баню на окраине деревни заглянули саперы. Вначале с карманным фонариком, а затем, плотно занавесив единственное окошко, включили свет. И хотя никто из местных жителей, с кем разговаривали днем, не припомнил, чтобы бандиты шастали по всем домам и пристройкам, саперы тем не менее тщательно обследовали миноискателями каждый закуток. И в парилке, и в предбаннике. Береженого бог бережет. И лишь потом в баню втиснулись остальные члены группы. Двенадцать спецназовцев и два клепиковских милиционера. Спецназовцы сразу расположились тесным полукругом возле Молчанова, вынудив клепиковцев взобраться на полати.

Задачу спецназовцы уже знали, поэтому в своем кратком инструктаже подполковник в основном коснулся моментов, связанных с преодолением открытого пространства до намеченных домов. Хоть и ночь на улице, и дождь хлещет, но звучавшие из осажденного дома выстрелы расслабляться не позволяли. Слепая пуля разит не слабее прицельной. Осторожность и еще раз осторожность. И аккуратность. Чтоб из дома не заметили никакого оживления и, не дай бог, не открыли пальбу.

Надо признать, с выбором дома бандиты не прогадали. Дом полностью деревянный, для исполнения угрозы превратить его в факел подходит как нельзя кстати, и стоит на отшибе, до соседних домов метров сто неприкрытого пространства. Все на виду, все под контролем. Особенно днем. Ночью, конечно, подобраться к дому не проблема. А что дальше? Расположиться под окнами и ждать? Вариант неприемлемый, потому что непредсказуемый, ненадежный, и вообще слишком рискованный. Захват троих преступников ценой жизни десяти заложников никому не нужен. Слишком неравнозначный размен, как говорят шахматисты.

Короткий инструктаж подкреплялся схемой деревни, нарисованной Молчановым еще днем. Не бог весть какая карта, но дополнительное представление о деревне давала. Наблюдательный подполковник особенно точным постарался быть в изображении части деревни, прилегающей к захваченному дому. Спасибо, местные жители помогли. Учли все, ничего не упустили и не забыли. Нарисовали на бумаге каждое строение, каждую ограду и преграду, и отметили даже приблизительное расстояние между всеми строениями и домами.

– Первой идет группа Осипова, – распорядился Молчанов и ткнул карандашом в один из квадратиков на самопальной карте, – ваш дом вот тут. Видишь, лейтенант?

Молодой спецназовец в камуфляже без знаков различия кивнул головой:

– Вижу, товарищ подполковник.

– До дома отсюда метров триста, – продолжал Молчанов, – первую половину расстояния можно пройти по-гусарски, в полный рост, для бандитских пуль этот участок прикрыт. Но вторую половину придется преодолеть на брюхе. Как мыши. Никаких перебежек, даже коротких. И никаких бросков, даже стремительных.

Предостережение подполковника вопросов не вызвало. Ползком значит ползком. Опасность участка подтверждало и то обстоятельство, что из этих четырех домов, намеченных для «дислокации» спецназовцев, жители не ушли. Побоялись. А уж они-то всю округу знают как свои пять пальцев. И не рискнули. К тому же бандиты могут иметь приборы ночного видения. И хрен его знает, как отразится на взбудораженной психике стремительное появление в их поле зрения спецназовцев. С перепугу запросто могут принять это за начало штурма. И не самое страшное, если схватятся за автоматы. А если за спички-зажигалки?..

Подполковнику оставшиеся в домах жители тоже не давали покоя, и не только из-за возможного нахождения там взрывчатки. Беспокойная мысль пришла ему в голову на пути в баню, когда в абсолютной темноте месил непролазную грязь в компании саперов. Если б не лощина, ведущая прямо к бане, то отыскать ее раньше утра вряд ли удалось бы. Именно из-за этой лощины, самого надежного путеводителя и ориентира при любом мраке, «объект 158» и избрали местом сбора. Своеобразным филиалом генеральского штаба на колесах.

– Дом двухэтажный, – продолжал Молчанов, – кирпичный, добротный. Сейчас самое неприятное для нас то, что со второго этажа хорошо просматривается вся округа возле бандитского логова. Вот почему Осипов пойдет первым, а остальные после его сигнала.

Осипов понимающе кивнул и все-таки спросил:

– Думаете, бандиты могут быть и в других домах?

В такое предположение поверили не все. Выходит, бандитов должно быть не трое-четверо, а гораздо больше. Тогда остается гадать, каким образом им удалось обмануть местных жителей, где каждый новый человек за версту бросается в глаза. Подполковник и сам не был уверен, он просто учитывал все возможные варианты. И поделился своими соображениями.

– Дело в том, что о заложниках первой сообщила молодая девушка, находившаяся в момент захвата как раз в этом доме. Некая Яна Моргулис, внучка одного известного магната. И сообщила, прошу заметить, по мобильному телефону. Вот и думай-гадай, где она сейчас? Если дома, то почему не выходит на связь? Что или кто ей мешает? Если в заложниках, то как ей удалось позвонить?

Размышления подполковника ясности в ситуацию не вносили, наоборот, порождали новые вопросы. Если внучка предпринимателя взята в заложники, то уважаемый господин Моргулис имеет возможность услышать от бандитов персональное требование. Биографию малознакомой девушки они наверняка установят и вряд ли откажутся от соблазна заполучить дополнительные тысяч двадцать – тридцать «зелени». А в сговорчивости старого еврея можно не сомневаться. Не тот случай, чтобы торговаться. Пока, правда, уважаемый Борис Львович в своих телефонных звонках в УВД ни о чем подобном не говорит. И не скажет, скорее всего. Бандиты в таких случаях свои требования непременно сопровождают угрозой и неназойливо, красочно знакомят родственников заложников с возможными последствиями в случае самовольства. Так что пока сердобольному дедуле ничего не остается,