Два лица смерти - Эжен Марсэль

натурально разрыдалась, что дальше допрашивали только отца. Он завершил показания рассказом о том, что утром Ава отправилась на прогулку на мотоцикле, но не справилась с управлением и попала в небольшую аварию. Ничего страшного, в основном ушибы и ссадины.

Если бы копы осмотрели байк, они нашли бы доказательства правдивости слов родителей, но пока имя Авы не стояло в списке подозреваемых, так что экспертизу проводить не стали. Получилось, что зря я волочил мотоцикл по берегу, а сестра впоследствии прекрасно сымитировала падение. С другой стороны, всегда лучше перестраховаться.

Уверен, родители догадались, кто отомстил за их дитя, но с их губ не сорвалось ни единого слова обо мне. Думаю, они решили так: пока никто в лоб не спрашивает их о сыне, лучше делать вид, что его не существует. Впрочем, им не привыкать.

Старый лейтенант полиции Сиэтла, допрашивавший Аву, сразу проникся к ней симпатией. Вопросами сильно не докучал и, в целом, выполнил свою работу до смешного формально. Правда, был один неприятный момент, связанный с тем, что эксперты все-таки нашли множество отпечатков пальцев Авы и ее кровь на ковре в квартире потерпевшего, но в итоге все разрешилось благополучно. Полицейские пришли к выводу, что такая хрупкая девушка никак не сумела бы убить парня, весившего почти в полтора раза больше, чем она. И уж конечно, этот кроткий ангел не смог бы расчленить тело жениха, который только что стал ее первым мужчиной.

***

План сработал практически идеально, и можно было переходить к следующему этапу — наблюдению за дружками Дональда Трикстера, причастными к изнасилованию. Я собирался подробнейшим образом изучить их маршруты, знакомства и любимые места, чтобы, когда уляжется шум от убийства их главаря, приступить к завершающей стадии. Я не хотел придавать жертвоприношению широкую огласку и не желал себе славы серийного убийцы. Все, к чему я стремился, — это выполнить условия сделки со Зверем и наказать обидчиков Авы. После оказания сестре подобной «услуги» она не сможет отказать мне в маленькой просьбе, и мы станем свободными.

Однако вскоре я понял, о чем говорил дух. Случилось событие, вынудившее меня приблизить час возмездия. Остался без ответа только один вопрос: как Зверь об этом узнал?

Джек

Я нес обжигающий пальцы стаканчик с кофе, изо всех сил стараясь не пролить его. Еще немного, и драгоценный эликсир бодрости окажется на полу или, еще хуже, на мне. Курить хотелось нещадно. При мысли о сигарете левое плечо с наклеенным никотиновым пластырем начало зудеть. От невыносимого желания почесать там вероятность разлива кофе возросла.

Наконец я донес свой бесценный трофей и издал победный клич. Марта, сидящая за соседним столом, подняла глаза от отчета и посмотрела на меня с таким сожалением, с каким может смотреть только счастливая мать семейства.

— Жениться тебе надо, Джек. Вон, уже седина начала пробиваться, тридцать шестой год пошел, а ты все в холостяках бегаешь.

— Что ж поделаешь, Марта, если ты уже замужем? Буду ждать, как верный пес, твоего развода.

— Паяц, — улыбнулась Марта, и ее щеки окрасились легким румянцем.

Подобный разговор неизменно возникает у нас где-то раз в месяц, и я неизменно отшучиваюсь. Не могу же я рассказать ей правду.

Мне шел двенадцатый год. День Благодарения. Мама испекла тыквенный пирог и зажарила индейку. Я зашел в кабинет отца, чтобы позвать его ужинать. Папа, как это часто бывало, заснул за столом прямо на разложенных бумагах. Пахло виски и дешевыми сигаретами. Я застыл в дверях, не зная, как мне поступить — оставить все как есть и провести нормальный вечер без ругани родителей или разбудить его.

После долгих колебаний я решил посмотреть, что за документы на столе. Если это «дело Чистильщика», то лучше дать отцу проспаться до утра, иначе он встанет дьявольски злым и праздник будет безнадежно испорчен. Если другая работа, то велика вероятность, что все обойдется. Я на цыпочках подошел, заглянул в бумаги и не удержался от вздоха. Так и есть, отец снова пытался разгадать личность неуловимого серийного убийцы.

Я тихо развернулся и собрался уходить, но тут увидел на полу возле стула листок с каким-то рисунком. Мне стало любопытно, и я поднял его. Это был фоторобот. Точнее, копия искусно нарисованного портрета женщины. В то время еще не существовало специализированных программ, поэтому рисунок был выполнен карандашом вручную. Не знаю, насколько фоторобот был близок к оригиналу, но художник изобразил лицо с таким количеством деталей, что казалось, женщина сейчас улыбнется. Она просто поразила меня своей удивительной красотой. В ней было прекрасно все: глаза с чуть вздернутыми уголками, пухлые губы, высокие скулы. Несмотря на то, что, вероятнее всего, эта женщина — преступница и на вид старше меня лет на тридцать, ее образ навсегда отпечатался в моей памяти.

Я осторожно спрятал листок за пазуху и покинул кабинет, молясь, чтобы отец утром не стал искать пропажу. Добычу я спрятал в своей комнате и впоследствии часто перед сном вглядывался в лицо незнакомки, пытаясь понять, кто же она. Мне повезло, позже я узнал, что фоторобот не является важной уликой из дела Чистильщика, и поэтому его не хватились.

Повзрослев, я периодически задумываюсь, была моя одержимость женщиной с рисунка дьявольским наваждением или просто интересом мальчишки, вступившего в пубертатный возраст. Так или иначе, с тех пор я всегда бессознательно пытаюсь найти в толпе ее черты…

— И где ты увидела седину? Я еще мужчина хоть куда, в самом расцвете сил.

— Да уж, мужчина в расцвете сил, — фыркнула Марта. — Тебе что, заняться нечем? Могу подкинуть работенку. Когда в отпуск уходишь?

— Сегодня какое? Двадцать четвертое мая? Еще две недели смотреть на ваши унылые физиономии.

— Везунчик, — вздохнула коллега и указала на заваленный документами стол. — А меня скоро похоронят в этих бумажках. Я еще не успела обработать прошлые запросы, а сегодня пришла новая порция. Воистину, понедельник — мой самый нелюбимый день недели.

— Я тебе помогу, — пообещал я, устраиваясь на рабочем месте. — Все равно до отпуска вроде никаких дел не намечается. Сейчас напишу пару последних рапортов и присоединюсь к тебе после ланча. Я возьму запросы с первого мая до середины месяца, а ты — остальные.

— Тогда с меня ланч! — воскликнула Марта. — Спасибо тебе, Джек. Лейтенант хочет видеть отчет об обработанных запросах к завтрашнему полудню. А к нам, как на грех, сегодня свекровь приезжает — не хотелось бы допоздна задерживаться на работе и потом выслушивать, какая я плохая жена и мать.

— Ты отличная жена и мать.

— Да, ведь я кормлю семью китайской едой всего лишь дважды в неделю! — рассмеялась она и вернулась к работе.

Я последовал ее примеру.

После ланча я забрал со стола Марты стопку факсов и распечаток. Надо же, на дворе XXI век, а полицейские так и шлют по старинке факсы. Есть же электронная почта, в конце концов.

Работа с запросами — весьма нудная и кропотливая. В базе дел нужно найти по ключевым словам схожие случаи, собрать информацию в отдельный файл и отправить ответ. Если совпадений нет или данные засекречены, то все равно необходимо выслать пояснения или отказ. В том случае, если запрос поступает по поводу конкретной серии убийств или преступника, приходится идти в архив и рыться там. А ведь в день могут прислать до десятка запросов из разных штатов. Многие ушлые детективы