Город прощения - Лэй Ми

– На, ешь!

Глаза девочки загорелись, но на лице осталось брезгливое выражение.

– Что это такое?

– Блины, конечно, – немного обиделся Го Янь. – С говядиной и луком. Ешь быстрее.

Девочка скривила губы и нехотя откусила. Выражение ее лица прояснилось; она не церемонясь сложила оба блина вместе и принялась жадно уплетать. В мгновение ока от них не осталось и следа.

– Я же говорил, у нас блины отменные, – с гордостью произнес Го Янь.

Глядя, как она облизывает пальцы, он подумал – и отдал ей еще один блин. Девочка снова мигом справилась с ним, подавилась и начала икать. Го Янь поспешно достал из рюкзака бутылку с водой и протянул ей. Девочка запрокинула голову и осушила чуть ли не полбутылки одним махом. После этого она отбросила бутылку в сторону, похлопала себя по животу и удовлетворено вздохнула.

– Наконец-то наелась…

Го Янь молча подобрал бутылку, сунул ее в рюкзак и доел оставшийся кусок блина. Девочка же полезла в карман своих камуфляжных штанов, достала пачку сигарет и, прикурив с привычной легкостью, выпустила клубы дыма.

Тем временем уже окончательно стемнело, вдоль улицы зажглись фонари. В маленьком круге света девочка сидела, запрокинув голову и наблюдая, как дым медленно растворяется в вечернем воздухе. Го Янь молча смотрел на нее, чувствуя одновременно и любопытство, и растерянность. Перед ними на дороге кипел поток машин, спешили прохожие – никто не обращал внимания на двух подростков, сидящих у обочины.

Девочка докурила сигарету, бросила окурок и, повернувшись, взглянула на несколько корпусов во дворе за забором.

– Это приют, что ли?

– Да, – очнулся Го Янь. – «Суншань».

– И ты тут живешь?

– Угу.

– А почему тут?

– Что значит «почему»? – Го Янь опешил. – Я тут всегда и жил.

– Разве в приютах не брошенные старики живут? – Девочка прищурилась. – Я к таким вроде ездила, на акции «Учиться у Лэй Фэна»…[18]

– У нас детский дом, – улыбнулся Го Янь. – Только дети. У которых нет мамы с папой.

Девочка задумалась.

– И у тебя тоже нет?

– Нет, – кивнул Го Янь. – Бабушка Тун говорит, меня нашли в какой-то маленькой гостинице…

Девочка протянула «о-о-о» и заявила с уверенностью:

– Значит, ты подкидыш. Тебя бросили.

Го Яню такая формулировка не понравилась.

– А ты чем лучше?

– С чего ты взял, что я такая же? – вспыхнула девочка. – У меня родители есть!

– Ты же сама только что сказала, что им до тебя дела нет, что они от тебя отказались! Разве это не то же самое, что бросить?

Девочка запнулась, не найдя, что ответить, и шлепнула Го Яня по руке:

– Врешь ты все!

– Я пошел. – Го Янь смерил ее взглядом.

С этими словами он взвалил рюкзак на плечо и собрался уходить. Девочка, встревожившись, ухватилась за его штанину:

– Ты что, уже уходишь?

– А что еще? – Го Янь сделал серьезное лицо. – Я тебя накормил, чего тебе еще надо?

Девочка прикусила губу:

– Дай мне телефон позвонить.

– У меня нет телефона. – Го Янь развeл руками.

– Как это может быть, чтобы не было телефона? – удивилась девочка.

– Просто нет, вот и всё, – оправдывался Го Янь. – В школе запрещают носить телефоны. Да и детдом нам их покупать не станет.

– Ты только не прикидывайся! – Девочка все еще не верила. – Я просто в QQ[19] зайду, попрошу друга меня забрать.

Го Янь вывернул карманы:

– Честно, нет.

Девочка сразу сникла:

– Тогда где же мне сегодня ночевать?

Го Янь снова присел рядом:

– Почему ты не идешь домой?

– Не пойду я домой! – Настроение у девочки испортилось. – Вернусь – они опять в эту школу меня сдадут…

– Сдадут? – Го Янь не понял. – В какую школу?

– В какую-то дурацкую школу перевоспитания. – Девочка скривила губы. – Напоминает тюрьму, черт возьми: муштра, уборка… А тех, кто не слушается, еще и током бьют.

– Током?! – Го Янь поразился. – Тебя били током?

– Да щас! – Девочка фыркнула. – Я от старших слышала. Разве в таком дьявольском месте можно жить? Я и сбежала.

– Зачем же твои родители отправили тебя в такое место?

Только произнеся это, Го Янь взглянул на ее выкрашенные волосы, вспомнил, как умело она курила, и ответ стал очевиден.

– И что ты будешь делать?

– Не знаю… – Девочка уныло опустила голову. – Думала, хоть немного денег у тебя отобрать, пойти в интернет-кафе, ночь как-нибудь перекантоваться…

Го Янь вдруг почувствовал какую-то странную вину:

– Извини, правда.

Девочка не выдержала и рассмеялась, потрепав его по голове:

– Чего тут извиняться? И вправду еще ребенок…

Го Янь подумал немного и снова поднялся:

– Пойдем, я тебе местечко найду.

Ночь сгустилась, во дворе уже не было видно других детей. В окнах трехэтажного корпуса почти везде горел свет, доносился приглушенный гомон. Го Янь шел впереди, девочка следом; оба, пригнувшись, пробирались между рядами развешанного для просушки белья. Го Янь провел ее за заднюю часть здания, отворил неплотно прикрытую железную дверь и быстро юркнул внутрь.

В темноте двое подростков слышали лишь собственное дыхание и частый стук сердца. От девочки исходил легкий приятный запах, тонкими струйками проникая в ноздри Го Яня. Он собрался, провел рукой по стене, нащупывая выключатель, и наконец нашел его. Щелк. Вспыхнул свет, открыв взгляду узкую комнату метров в десять длиной. Вдоль стен стояли железные стеллажи, заставленные постельным бельем, туалетной бумагой, полотенцами, стиральным порошком и прочей утварью. Вещи выглядели поношенными, но все было чисто прибрано.

– Это подсобка детдома, – тихо пояснил Го Янь.

Затем он отодвинул кучу веников, лопат и садового инвентаря, вытащил оттуда раскладушку из брезента и разложил ее на свободном месте посередине комнаты.

– Сюда обычно