Мистический капкан на Коша Мару - Евгения Райнеш

— Доснимем в прошлом бесхозном сарае, — твёрдо ответила Эрика. — Всё там нормально со светом. Просто ты перестанешь капризничать и сделаешь свою работу. Пусть без озарения, но профессионально. Большего не требуется.

— Не хочу, — взаимно упёрся Клим. — Не буду халтурить. Как я могу работать там, когда у меня перед глазами есть всё, что нужно для вдохновения? Это будут офигенные снимки, обещаю…

— Клим, — она посмотрела на него вдруг как-то беспомощно. — Я тут вспомнила. На фестивале… Год назад. Ну, когда первая девушка погибла. Ты где-то пропадал всю ночь. Я не вспомнила сразу, потому что тогда думала, что уединился с какой-то рокершей. Такой… С шипами и в косухе. Но твоего минивэна не было всю ночь.

— Ты ревнуешь? — обрадовался Клим. — Слушай, ты же знаешь, что я не запоминаю всех девиц, с которыми провожу ночь.

Всё ещё не понимал, почему она вдруг стала такой серьёзной.

— Не ревную, — сказала Эрика. — Боюсь. А ревную не я. Только сейчас поняла, что… Сегодня ночью у меня было ощущение: нечто хочет оставаться с тобой наедине. Оно выгоняло меня. Клим… Этот дом… Он тебя присваивает и меняет.

— Значит, всё-таки ревнуешь…

Он попробовал приобнять Эрику, но девушка дёрнулась, выворачиваясь из-под его руки. Папка с портфолио выскользнула. Большие листы с красивыми фотографиями разлетелись по площадке у входа в ресторан.

Парочка, собирающаяся зайти в кафе, застыла в удивлении. Эрика и Клим, не сговариваясь, разом бросились собирать демонстрационные снимки. Девушка явно старалась держаться подальше от фотографа.

— Я тебя не узнаю, — странным металлическим голосом произнесла она.

— Эри, — тихо произнёс Клим, замерев на корточках. — Ты меня в чём-то подозреваешь? К чему эти воспоминания о старом фестивале?

Она резко встала, бросив обратно на площадку уже собранные листы.

— Просто вспомнила сегодня. Но… Если ты ни во что не ставишь моё мнение, то лучше тебе, Клим… Снимай что хочешь, где хочешь и с кем хочешь. Только без меня!

— Эри! — уже в её спину крикнул ошарашенный Клим. — Что за странная истерика?

За его плечом кто-то цокнул. Обернувшись, сидящий на корточках фотограф увидел отельера, укоризненно качающего головой:

— Ну, как можно обидеть такую неземную девушку. А ещё — человек искусства… Эрика! Подождите! Вы же выпили, вам нельзя за руль. Мой водитель подвезёт.

Клиент (а, может, после увиденной сцены уже и не клиент) поспешил за разгневанной Эри. Клим, передвигаясь раскоряченным «гуськом», продолжил собирать разлетевшиеся листы. Медленно и печально. В конце концов, это были его труды, а некоторыми из них он очень и вполне оправданно гордился.

* * *

Управляющая компания располагалась на первом этаже многоквартирного дома. Вход был обозначен отдельным крыльцом, на которое вела невысокая — в три ступеньки — лестница.

Войдя внутрь, Клим, словно на машине времени, очутился лет на пятьдесят в прошлом. Тёмный коридор подсвечивался лишь решётчатым окошком с надписью «Касса», около которого топталась пара-тройка глубоко пожилых людей. Каждый шаг скрипел половицами. Пахло старым рассохшимся деревом, многочисленными стиральными порошками и отдушками для белья.

Клим не стал размениваться на вопросы (для этого ему пришлось бы растолкать небольшую очередь у кассы), а сразу, скрипя половицами, прошёл к безмолвному бастиону закрытых дверей. За одной из них скучились столы, очевидно, тут была бухгалтерия или что-то вроде того, Клим кивнул на вопросительные взгляды женщин, оторвавшихся от чаепития, и закрыл дверь.

Зато за другой его ожидала удача. Румяная, ещё совсем не старая тётка с аккуратно подрезанным «каре» подняла взгляд от монитора и недовольно пробурчала:

— Приём по средам…

Она была одна, и Клим предположил, что роскошь отдельного кабинета полагается именно заведующей. Он улыбнулся обаятельно, насколько мог, и постарался придать голосу невероятную глубину и сладость.

— Это очень важно… И взаимовыгодно.

А затем, не давая себе труда на реверансы, положил перед тёткой бумажные купюры. На его счастье, тётка не стала из себя строить недотрогу, прикрыла пачку какой-то бумажкой и уже другим, деловитым тоном произнесла:

— Надо полагать, что просьба и в самом деле важная.

Раздражение из её голоса исчезло.

— Я ищу кого-нибудь, кто проживал…

Клим назвал адрес Кош Мара.

— Дом сейчас нежилой, но у вас должны сохраниться данные на тех, кто был в нём прописан. Так? Возможно, это чья-то собственность. Что-то же должно находиться «на балансе»?

Так, кажется, в этом случае говорят.

— Если можно, то владельца дома, но на крайний случай — где сейчас находятся жильцы. Хоть что-нибудь…

Может, тётка прониклась отчаянием в его голосе, может, стопка купюр оказалась как нельзя кстати. Но взгляд её стал мягче.

— Посмотрю… — кивнула она и защёлкала мышкой.

Клим следил за её рукой, как кот за мечущимся фантиком. Неужели сейчас откроются, если не все, то хотя бы отдельные тайны?

Наконец она перестала клацать, подняла на него взгляд и покачала головой.

— Боюсь, что…

— Я отблагодарю ещё… — Клима уже несло. — Что там?

— Да кто его знает? — махнула рукой тётка. — Ничего нет. Время такое было: бесконечное перерайонирование, управляющие компании ликвидировались и вновь создавались, а потом там, кажется, пожар случился, жильцы разъехались, дом пустой стоял. После всей этой суеты найти ничего просто невозможно. Оцифровать и внести в базу не успели. Этого дома нет на нашем балансе. Призрак это…

— Что⁈ — удивился Клим.

Это прозвучало так жутко и так… Верно?

— Дом-призрак, — кивнула тётка. — Старые дома, которые расселили, а до ликвидации руки так и не дошли. Часто богатей какой землю выкупил под стройку виллы там или магазина, а потом разорился. И стоит дом, дальше себе разрушается. Никто в нём не живёт, ни на чьём балансе уже ни как жилой, ни как нежилой фонд не числится. Фактически он есть, а документально — нет его. Призрак, одним словом.

— Но ведь там были люди прописаны, не могла вся документация пропасть…

— Не могла, но пропала…

Она опять углубилась в экран.

— Вы знаете, — вдруг сказала управляющая глухо, не поднимая глаз, — что этим домом никто за последние лет пятнадцать не интересовался. Не было его и не было. А за последнее время вдруг…

— Кто-то ещё? — у Клима неприятно заныло в груди.

Кажется, он знал, что услышит.

— А как же! Кто-то ещё… Полиция — вот кто. И тоже очень удивились, что дом по всем нашим документам как бы не существует. Сказали, будут разбираться. Там случилось что-то…

По тону её голоса Клим понял: управляющая знает, что именно там случилось. Но почему-то хочет услышать это от него. Просто делала вид,