Зарубежный детектив 2026-5 - Марк Эдвардс

– Мия, несомненно, самая талантливая девочка из всех, что были в Святой Агнессе. А через эти двери их прошло немало. От ее голоса зал замирает. Но, несмотря на ее талант, она все же просто милая, очаровательная девочка. Мы должны найти ее.

Во время разговора она заламывает руки, и я замечаю, что она использует настоящее время – она еще не сдалась.

– Обязательно. Для этого я и здесь. Вы не возражаете, если я запишу наш разговор?

Соня мгновение колеблется, но затем кивает.

Я достаю телефон из сумки и кладу на стол.

– Какова ваша роль в доме Святой Агнессы?

– Я руководитель службы защиты детей. По сути, я слежу за тем, чтобы все девочки получали надлежащий уход и поддержку, необходимые для достижения успеха. Я курирую программу обучения в интернате, а также нашу частную школу. Мы верим в целостный подход. В отличие от большинства детских домов, мы не просто предоставляем еду и кров, а еще и занимаемся образованием, спортом и духовным обогащением.

– У вас много забот, но, похоже, вы очень хорошо знаете Мию.

– О, да. Как я уже сказала, она одна из моих любимиц.

– Скажите, у Мии есть друзья?

– И да и нет. Мия всем нравится, но по большей части она держится особняком. Я думаю, что другие девочки ее побаиваются.

– В самом деле? Как так?

– Трудно объяснить. Она такая красивая и талантливая. И кажется слишком взрослой, как будто ей здесь не место. Вы понимаете?

Я помню, что чувствовала, когда росла. Мне тоже там было не место. Не потому, что я была талантливой, а потому, что я была другой.

– Были ли у нее какие-нибудь проблемы с психическим здоровьем? Просто со здоровьем?

Соня издает глубокий, горловой смешок.

– Нет, она самая счастливая девочка, которую вы когда-либо могли встретить.

– Какие-нибудь проблемы с дисциплиной? С полицией?

Женщина смеется громче и качает головой.

– Что скажете о ее распорядке дня? Она когда-нибудь покидала кампус или участвовала в других мероприятиях?

– Не совсем. Чаще всего весь год девочки проводят здесь. Иногда мы отправляемся на экскурсию в музей или еще куда-нибудь, но только всей группой. Мы бы никогда не отпустили Мию одну. Доктору Маккензи нравится оберегать воспитанниц. Он считает, что нам нужно их сформировать, прежде чем выпускать в реальный мир.

У меня болит голова. Это не ее вина, но Соня перекрывает все пути расследования, по которым я обычно иду. Возможно, Мия с кем-то связалась во время одной из своих поездок, но я в этом сомневаюсь. Я переключаю внимание на мисс Баррето.

– А что насчет вас? Как вы оказалась в Святой Агнессе?

– Все довольно просто – мне нужна была работа. Я вышла замуж за человека, который жил в Лейк-Джордж. Он сказал, что мне не нужно работать, что он позаботится обо мне. Но он был пьяницей, потерял работу и уехал из города, оставив меня ни с чем. Буквально. Ни сбережений, ни работы, ни выбора. – Когда она говорит, браслеты на ее запястьях позвякивают. – Я сказала себе, что этого больше никогда не повторится. Я больше никогда не положусь на мужчину в плане заработка. И так я устроилась сюда уборщицей и влюбилась в это место… Ну, в общем, влюбилась в девочек.

Она сияет, и я улавливаю в ее глазах ностальгию.

– В конце концов доктор Маккензи спросил меня, не хочу ли я перейти на административную работу, и я ухватилась за этот шанс. И вот двадцать пять лет спустя я все еще здесь. Время летит незаметно. Это, наверное, дольше, чем вы живете на свете.

– Не совсем, но близко. Расскажите мне о том дне, когда пропала Мия.

Она берет со стола ручку и поворачивает кресло на девяносто градусов, чтобы посмотреть в окно, пытаясь что-нибудь вспомнить. Соня нажимает на колпачок: щелк, щелк, как метроном. Я слежу за ее устремленным в окно взглядом. Облака набегают, и крошечные капли дождя стучат по стеклу. Продолжая смотреть на улицу, она начинает говорить:

– Это было утро понедельника. Я помню, потому что провела выходные в городе и рано утром вернулась на работу.

– В самом деле? Я живу в городе. Вы часто бываете на Манхэттене? – спрашиваю я.

Соня на мгновение приподнимает бровь. Как и я, она привыкла задавать вопросы, а не отвечать на них.

– Как только у меня появляется возможность. Жизнь в Лейк-Джордже может наскучить, поэтому приятно время от времени выбраться в город.

Я согласно киваю. Я бы, наверное, сошла с ума, если бы пробыла здесь больше недели.

– Итак, что вы делали, когда вернулись утром?

– Я взяла блокнот и пошла в столовую, чтобы проверить, как девочки завтракают. Мне нравится каждое утро здороваться с ними, чтобы подбодрить их на весь день.

Мне становится тепло от этой мысли. В моем доме не было особого поощрения. Только требования.

Соня хмурится, на лбу у нее появляются глубокие складки.

– Когда я проходила мимо обеденных столов, ко мне подошла Пенни, соседка Мии по комнате, и спросила, не видела ли я ее. Я ответила отрицательно и спросила, что случилось. Пенни объяснила, что она проснулась, Мии нет. Сначала она предположила, что соседка проснулась пораньше, чтобы пойти позавтракать, но в столовой ее тоже не оказалось, поэтому девочка не сообщила мне.

– И как вы поступили дальше?

Соня смотрит на меня с негодованием.

– Я, конечно же, сразу сообщила доктору Маккензи.

– И что сделал доктор Маккензи?

– Он инициировал полный обыск в кампусе. Но я должна дать ему возможность высказаться самому. Я выделила в его расписании время, чтобы вы могли поговорить с ним. Это будет чуть больше чем через час.

– Очень любезно с вашей стороны, – говорю я с натянутой улыбкой.

Я знаю, что Соня всего лишь пытается быть полезной, но я предпочитаю работать без посторонней помощи. Невозможно провести настоящее расследование, если кто-то все время напускает туману. Чтобы понять правду, нужно копнуть глубже. У меня такое чувство, что Соня привыкла к порядку и контролю. Надо постараться разговорить ее по ходу дела.

– Я полагаю, у вас есть камеры.

– Да, есть.

– И в рамках вашего поиска вы просмотрели видеозапись, сделанную в ночь пропажи Мии?

– Разумеется. В этом-то и загвоздка: в тот вечер никто не заходил на территорию и не выходил.

Я морщу лоб.

– Как это возможно? Мы знаем, что она каким-то образом ушла.

– Я уверена, что мистер Пейвер мог бы рассказать вам об этом больше, но камеры установлены только