Шарлатанка - Аманда Скенандор

Тусии невыносимо было слышать, как он это сказал: «играть роль доктора», как будто она такая же мошенница. Но, впрочем, разве это не так? Разве тот день в операционном театре этого не подтвердил? Если же она выступит в качестве доктора, как сказал Хьюи, то наверняка снова случится приступ. Ее нервы только-только чуть успокоились, но она чувствовала, что паника притаилась внутри, как лев, который готовится прыгнуть на добычу.

Бросив сердитый взгляд на Хьюи, Тусия схватила фартук и шапочку.

– Ты принесла свой саквояж?

– Если никто не собирается никого лечить, то не понимаю, зачем он нужен.

Хьюи поднял руки и обвел палатку горделивым жестом.

– Ну как же, дорогуша, ради эффекта. Считай, что здесь наша собственная маленькая сцена, а это – реквизит.

– Медицина – это не вытаскивание кролика из шляпы. Это наука. Мои инструменты – не муляжи.

И тут Тусия совершила ошибку, бросив взгляд на саквояж, который все еще стоял в нескольких шагах от них. Хьюи проследил за ее взглядом, и его фиалковые глаза сверкнули.

Они бросились к саквояжу одновременно.

Хьюи вцепился в него первым, но Тусия ухватила одну из ручек и потянула на себя.

– Ты забыла, что это мое представление!

– Но саквояж мой!

Он снова дернул, не в полную силу, но все же достаточно сильно, чтобы сдвинуть ее с места, при этом сохраняя на лице саркастическую ухмылку. Искра ее гнева разгорелась в пламя, и она рванула саквояж изо всех сил.

Он раскрылся, и по палатке пронесся звук треснувшей ткани. Тусия упала на спину с оторванной ручкой, зажатой в кулаке, а ее аккуратно сложенные инструменты разлетелись по земле.

Ее ярость погасла так же быстро, как и вспыхнула, и к горлу подступили слезы. Не из-за боли, хотя синяк от падения в поезде только недавно окончательно прошел, а из-за инструментов. Она схватила узкую трубочку с градусником и открутила колпачок. На ее ладонь высыпались осколки стекла вперемешку с ртутными шариками.

– Ну, ну, дорогуша, надо быть осторожнее, – сказал Хьюи, бросив пустой саквояж и поднимая с земли стетоскоп. – Вот это мне отлично подойдет.

Не дав Тусии опомниться, Хьюи схватил ложку для языка и неврологический молоточек. Он положил их на маленький столик возле мотка марли, склянки с этикеткой «Убийца паразитов» и двумя флаконами «Лекарства от простуды от Невероятного Адольфуса».

В тот момент, когда Тусия закончила осмотр инструментов и уложила их обратно в саквояж, пришел первый пациент. Все, кто вчера купил бутылочку змеиного масла, получили купон на консультацию с настоящим доктором. «Двери открываются в полдень, – объявил Хьюи публике, – не забудьте принести ваш купон».

Теперь Хьюи пригласил посетителя в палатку и опустил за ним дверной клапан. Сквозь ткань проникало достаточно света, но Тусии сразу стало не хватать солнца и свежего воздуха. От мужчины сильно пахло потом, и этот шлейф, перебив дух плесени, смешался с резким запахом спирта, поднимавшимся из банок с образцами.

Хью забрал у пришедшего купон и протянул его Тусии, которую представил своей ассистенткой. Потом он указал на кушетку.

– Пожалуйста, садитесь, сэр.

Мужчина замешкался, оглядывая палатку, но потом снял шляпу и сел на самый краешек. Он выжидающе смотрел на Хьюи, а тот на него, и несколько секунд прошли в неловком молчании. Потом мужчина произнес:

– Не бывал я у докторов никогда, да вот меня беспокоит…

– Нет, нет. Ничего не говорите. Тщательный осмотр покажет все, что мне нужно знать.

Хьюи подошел поближе и взял мужчину за запястье.

– У вас хороший, сильный пульс, так что это не случай обратного течения крови.

Тусия ошеломленно посмотрела на него. Обратное течение крови! Такого диагноза не существует. И Хьюи даже пульс щупал неправильно!

Потом он задрал мужчине веки, посмотрел в уши, постучал по груди и провел по голове ногтем. Достав маленький сантиметр, он измерил у бедняги окружность лодыжки и длину указательного пальца, сравнив его с большим.

Тусия никогда в жизни не наблюдала такого нелепого осмотра. Мужчина перенес его с мрачным терпением, лишь один раз вздрогнув, когда Хьюи коснулся его поясницы. Закончив, «доктор» отступил на шаг и потеребил подбородок.

– Хм-м-м…

– Все плохо, док? Я пришел только потому…

– Ни слова! Мое профессиональное суждение не должно быть затуманено домыслами.

Тусия фыркнула, тут же притворившись, что кашляет.

Хьюи сердито глянул на нее и снова обернулся к пациенту.

– Я точно знаю, что с вами, сэр, и сейчас сообщу вам, но сначала мне нужно обсудить диагноз с ассистенткой, чтобы она подготовила для вас необходимые лекарства.

Хьюи отвел Тусию в угол палатки.

– На что он сгодится? – прошептал он.

– Что?

– Нам надо говорить о чем-то. Сколько кокосов он выкашляет, как думаешь?

– Почему нам? Вы же у нас доктор.

– Да, но если когда-либо дойдет до проверки, желательно, чтобы диагноз исходил от вас.

Тусия вытаращила глаза.

– Ну, у него болит поясница, возможно, смещение позвонка из-за застарелой травмы на работе или…

– Да, да. Я понял.

Он хлопнул ладонью по парте с печенью и червем.

– В ящике стопка маленьких конвертов, а на столе баночка с солями. Приготовьте несколько чайных ложек для этого человека, – он глянул на мужчину через плечо, – думаю, десять.

– Десять чайных ложек?

Хьюи повернулся к ней.

– Нет, конечно. Десять долларов. Он должен столько уплатить. В ящике блокнот. Выпишите ему счет.

– Десять долларов! Таким, как он, это точно не по карману!

Хьюи шикнул на нее.

– Просто делай, что я сказал. Десять долларов за «Живительные кристаллы».

Он хотел отойти, но Тусия схватила его за руку.

– Что в них?

Хьюи посмотрел на нее так, будто она задала неуместный вопрос.

– Я не буду выписывать то, что может навредить этому человеку, – сказала Тусия.

– Английская соль, дорогуша.

– И?

– Масло грушанки.

– И?

– Щепотка сахара. Это все.

Он вырвал у нее руку и вернулся к мужчине.

– Примите мои извинения за задержку. Моя ассистентка только недавно начала работать.

Хьюи стал объяснять диагноз, начав с длинной и бессмысленной преамбулы о телосложении человека, используя такие слова, как «перистальтика» и «набухание» в совершенно неверном контексте. Потом, наконец, он сказал бедняге, что тот страдает от «вялой печени».

– Вялой печени? – удивился тот. – Но у меня же спина болит.

– Вот именно.

Хьюи важно извлек из кармана пиджака указку и ткнул ею в картинку с брюшной полостью.

– Видите, где она находится по отношению к другим органам? Поскольку печень является очень важной для гомеостатической регуляции организма и центром энергетических и токсоплазматических протоков, любая проблема с ней влияет на другие части тела. Особенно на спину.

Тусия покачала головой и подошла к