Что скрывает прилив - Сара Крауч

Дорогой дневник,

я думала, для меня все кончено. Думала, что больше не способна испытывать никаких чувств, не говоря уже о привязанности. Мое сердце разбилось на миллион мельчайших осколков, когда я потеряла Анну. На два миллиона – когда ушел Мэнни; скрестив ноги, я сидела среди осколков и водила по ним пальцами в полной уверенности, что никогда не смогу склеить их заново; это было все равно, что сидеть над сложнейшей на свете головоломкой, не зная, с чего начать. Но вчера – ох, что было вчера. Я почувствовала, как безо всяких усилий с моей стороны не меньше сотни осколков встали на место. Вчера я впервые была на свидании с тех пор, как мы с Мэнни расстались.

Я ехала к Элайдже домой, в животе порхали бабочки, а я твердила себе, что совершаю ошибку, что все завертелось слишком быстро. Но когда он открыл дверь, меня охватило чувство… что именно так и должно быть. Словно я приехала домой. Он приготовил мне восхитительный ужин, какого я не ела уже давно. Запеченная утка под соусом (кажется, из фиников и апельсинов) с диким рисом. Не знаю, в чем дело – в еде, в мерцании свечей или в том, как он смотрел на меня своими ярко-синими глазами, когда мы говорили, – но впервые за много лет я почувствовала искорку чего-то, отдаленно похожего на любовь, и мне стало так хорошо.

Его, должно быть, правильно воспитали. Он отодвинул мне стул, убрал тарелку и помог надеть куртку перед тем, как мы вышли прогуляться. Его дом прекрасен, и он провел меня по своим владениям. Он так гордится курятником и огородом. Мэнни совсем не занимался хозяйством. Считал, что заслуживает дифирамбов, если вытащит пару волосков из сливного отверстия. А Элайджа хотел показать, за счет чего он сумел «кормиться тем, что дает земля» – так он это называет, – и как же здорово было видеть в его глазах гордость. После этого он заговорщически улыбнулся и спросил, не желаю ли я посмотреть, где он подстрелил утку, которую подал на ужин. Я-то думала, он ее в магазине купил, а нет, оказывается, охотился на озере в лесу неподалеку от дома.

Слава богу, я решила не наряжаться и была в джинсах и кроссовках. На каблуках ни за что бы не дошла! Полчаса мы шагали по лесу, и, когда добрались, солнце уже садилось. Место необыкновенное! Как же повезло, что он его нашел. Маленькое озерцо, запрятанное у самого края леса за соснами, так что с залива его не разглядеть. Мы пускали блинчики по воде, как дети, пока солнце опускалось за деревья.

Мне хотелось бы побыть там подольше. Как знать, может, в следующий раз мы проведем там целый день. Когда стемнело, Элайджа проводил меня до машины. Да-да, знаю. Нужно было позволить ему меня поцеловать. Но я так смутилась, что робко его обняла и покатила домой. В следующий раз. В одном я уверена – следующий раз обязательно будет.

Продолжу позже,

Эрин.

Дорогой дневник,

я влюбилась. Влюбилась, влюбилась, влюбилась. Я ВЛЮБИЛАСЬ. Потеряла голову. Самой не верится, но я по уши влюбилась в Элайджу Лита. Я никогда не влюблялась так стремительно, не думала, что вообще на это способна, а сейчас мои мысли только о нем. Все симптомы налицо. Я официально ставлю себе диагноз.

Самое забавное, что по всем параметрам он мне не пара. С творческим складом ума, крутым и вспыльчивым нравом. Я мыслю аналитически, действую рассудительно и осторожно. Но почему-то мы с ним сошлись. Он терпеливо ждет, пока я робко топчусь на мелководье, боясь окунуться в новые отношения. Когда Мэнни ушел, я думала, что все кончено. Что остаток жизни проведу в одиночестве. Нет, я не виню Мэнни. Ни один брак не выдержал бы то, через что мы прошли, не выдержал бы чувства вины, преследующего меня после аварии. Но когда я с Элайджей, мне кажется, я исцеляюсь. Да, когда мы вместе, разбитые осколки моего сердца склеиваются заново.

Вчера вечером мы сидели на крыльце, пили горячий шоколад и не могли наговориться. Мне как будто снова было шестнадцать: я болтаю с мальчиком обо всем на свете, а ночь пролетает незаметно. Ладно, с той только разницей, что в моем возрасте за ночной недосып приходится расплачиваться. Утром на работе я без конца зевала, поэтому вместо обеда легла прикорнуть на полчасика. Но ни о чем не жалею. Я решила просто наслаждаться тем, как все складывается, не переживая, куда меня это заведет. Какое же все-таки счастье – чувствовать, что ты не одна.

Эрин.

Дорогой дневник,

подумать только, прошел целый месяц с тех пор, как я писала последний раз. Дел было по горло: как обычно, не вылезала с работы, но много времени проводила с Элайджей. В целом все складывается замечательно, правда, вчера у нас случилась первая ссора. Знаю-знаю, нет ничего удивительного в том, что люди за тридцать, которые недавно стали встречаться, не могут избавиться от груза прошлого – мы же не парочка подростков. Оказалось, что прошлое давит на нас обоих. На меня оно давит точно. Тот факт, что я потеряла семью, воздвиг барьер, который я не в силах полностью разрушить, а в прошлом Элайджи тоже есть темная история, которую он не хочет ворошить. Вчера вечером мы снова пошли на озеро, кормили рыб кусочками хлеба и болтали. Признаться, я все еще не могу думать о телесной близости. Не хочу сказать, что не нахожу его привлекательным, совсем нет – да все женщины в городе от него без ума, – и пару раз я даже позволила ему меня поцеловать, но на этот раз Элайджа прижал меня к дереву и требовал большего, а я не соглашалась. Я так и сказала, что пока не готова. Когда я собралась уходить, он схватил меня за запястье. Я испугалась, но он тут же отпустил меня и искренне попросил прощения. Уверена, что искренне – я же вижу, что он сожалеет. Наутро заявился в клинику с букетом цветов и предложил встретиться после работы. Думаю прокатиться с ним на лодке. Я скучаю по тем ощущениям, когда плывешь по заливу, а ветерок бьет в лицо. Сейчас моя бедная лодка прозябает на пристани. Наверное, скучает по заливу так же сильно, как я.

Напишу позже,