Под знаком совы - Марина Серова

– Ок, сейчас я быстро сгоняю в хозяйственный через дорогу. Куплю новую вилку, попробуем починить. Если сама гирлянда жива.

Мое настроение необъяснимо поднялось. Я была рада, что в Ане проснулось что-то, поборов оцепенение. Я быстро накинула куртку, сунула в карман деньги и вышла на улицу, решив заодно захватить бутылочку вина и пару коробок сока.

Я зашла в маленький хозяйственный магазин, расположенный в цокольном этаже соседнего многоквартирного дома, – одно из тех мест, где есть все: от гвоздей до семян и дешевых косметичек. Помещение было наполнено запахами краски, пластика и пыли. Я бродила между стеллажами, задрав голову, не слишком понимая, что именно ищу – я в электрике мало понимала. И вдруг, пятясь, чтобы осмотреть верхние полки, буквально споткнулась о препятствие. Я налетела на кого-то, кто сидел на корточках в проходе и что-то перебирал в картонных коробках на нижних полках.

– Ой, простите! – Я отпрыгнула, потеряв равновесие.

Человек вскинул голову. Я опустила глаза и увидела тот самый непокорный светлый чубчик, который стремился вверх, нарушая все законы гравитации и парикмахерского искусства.

– Иван!

– Татьяна, здравствуйте, – он легко поднялся, по-прежнему улыбаясь. На нем была темная рабочая куртка, а в руках он держал пару мощных фонарей.

– Извините, пожалуйста, я вас не заметила! – Я рассыпалась в извинениях, чувствуя себя глупо.

– Все хорошо, ничего страшного. – Иван улыбался, и в его карих глазах не было ни раздражения, ни смущения, лишь спокойное дружелюбие. – Я тут тоже в своем мире, выбираю свет для объекта.

– Вы, случайно, в розетках не разбираетесь? Или в вилках. Или в ложках. – Я тут же смутилась от своей дурацкой банальной шутки, но он снова улыбнулся, от чего на скулах обозначились приятные морщинки.

– В ложках – так себе, – признался он. – А в чем конкретно дело?

Я кратко описала проблему: погасла елка, не работает, похоже, дело в вилке, и что подруга дома, которая вроде как умеет их чинить, но инструмента нет, и вообще темно и грустно.

Он слушал внимательно, кивая.

– Скорее всего, предохранитель в вилке перегорел. Или контакт отошел. Если сама гирлянда цела, то на десять минут дело.

Повинуясь какому-то странному внутреннему чутью – а может, просто не желая возвращаться в квартиру к немой тяжелой тишине, – я спросила:

– А вы не поможете? Если не очень сложно. Просто глянете? А то я в этом ноль, а у подруги… состояние не очень, чтобы с паяльником возиться.

Иван взглянул на смарт-часы на левой руке, затем на коробку с фонарями в руках.

– Да помогу, почему нет, – пожал он плечами, как будто соглашался не на мелкий подвиг, а на то, чтобы передать соль за столом. – Давайте я вам еще и новую вилку нормальную подберу, а не эту китайскую пластмассу.

Он выбрал из коробки на полке компактную вилку с керамическим предохранителем, расплатился на кассе за свои фонари и мою покупку, несмотря на мои протесты («я потом!» – «да ладно, мелочь»). И мы вышли из магазина. Я несла пакет с соком и вином, а он – новую вилку и свой профессиональный черный пояс с инструментами, который, как выяснилось, всегда был с ним в машине. Мы пошли ко мне. По дороге он рассказывал что-то про сложности с проводкой в старом фонде, а я слушала, глядя на его профиль, освещенный рассеянным молочным светом из-под низкого облачного неба, и думала о странной, немного мистической своевременности этой встречи.

– Это мой друг Иван, – сказала я, как только мы переступили порог квартиры, стараясь звучать максимально непринужденно. Я не представляла, как Аня отреагирует на то, что я привела в дом незнакомого человека. Я и сама не знала, как реагировать на то, что я привела в дом незнакомого мне человека. Но ей об этом знать было не обязательно.

– Мы с ним давно знакомы и случайно встретились в магазине, – продолжила я, снимая куртку. – Разувайся, Вань.

Иван продолжал улыбаться своей легкой, необременительной улыбкой и, казалось, не испытывал ни грамма неловкости от внезапного визита. А если и испытывал, то скрывал это мастерски.

– Здравствуйте, – сказала Аня спокойным, мелодичным, но очень тихим голосом. Она все так же сидела на диване, укутавшись в плед. Я не удивилась бы, узнав, что она действительно не сдвинулась с места, пока меня не было.

– Он сказал, что поможет с электрикой, – кивнула я в сторону темного силуэта елки. В этот момент я вдруг побоялась, что она захочет взять все в свои руки, замкнется или испугается. Но, на мое счастье, все развивалось иначе. Она просто пожала плечами, а затем улыбнулась – первой за все это время крошечной, но настоящей улыбкой – и сказала:

– Хорошо.

– Он помогал мне выбрать вилку, – продолжила я, но мои пояснения уже теряли всякий смысл. Дело по починке гирлянды завертелось с удивительной праздничной легкостью. Гости увлеченно обменивались репликами. Аня, оживляясь, вспоминала советы отца-электрика. Иногда Иван мягко ее поправлял, но его тон был начисто лишен менторского оттенка. Более того, на некоторые ее замечания он реагировал с искренним профессиональным интересом.

– Папа всегда говорил, – оживленно поясняла Аня, пока Иван откручивал пластиковый корпус вилки, – что перед пайкой можно место контакта слегка протереть ватной палочкой, смоченной в лимонной кислоте. Не в спирте, а именно в кислоте. Она убирает окислы лучше, и припой ложится ровнее.

Иван на мгновение замер, держа в руках отвертку и маленький предохранитель, и посмотрел на нее с неподдельным удивлением.

– Серьезно? Лимонная кислота? Я про спирт знаю, про паяльные флюсы, конечно… А про кислоту – нет. Спасибо большое, это ценное замечание. Обязательно возьму на вооружение, попробую на следующем же объекте.

Он сказал это так искренне и с таким уважением, что Аня даже слегка расправила плечи. В ее глазах мелькнуло что-то вроде гордости – не за себя, а за отца, чье знание оказалось ценным для другого профессионала.

– Еще отец говорил, что в старых домах, где проводка алюминиевая, нельзя просто так скручивать ее с медной, даже через клеммы, – продолжила подруга уже увереннее. – Нужна специальная паста, антиоксидантная, иначе в месте контакта начинается тихая война металлов и все греется.

– Абсолютно верно! – охотно согласился Иван, уже подсоединяя провода к новой вилке. – Электрохимическая коррозия. Многие этим пренебрегают, а потом удивляются, почему у соседа пожар. Ваш батя, я вижу, учил вас не на шутку.

В комнате, еще недавно наполненной тяжелым молчанием, теперь стоял спокойный деловой гул, пахло паяльной канифолью (Иван, оказывается, носил