Мерривейл, Марч и убийство - Джон Диксон Карр

Г. М. выбросил сигару, встал и взял ее за плечи.

– Я уже старик, – сказал он со зловещей, как у великана-людоеда, ухмылкой. – Так что послушайте меня.

– Нет!

– Если я хоть немного разбираюсь в том, как устроен человек, – настойчиво продолжил Г. М., – то этот ваш приятель увлечен Вики Адамс не больше, чем я. Он напуган, девочка моя. Напуган. – На лице Г. М. появилось сомнение и нерешительность. – Я не знаю, чего он боится. Черт возьми, не знаю! Но…

– Эй! – раздался голос Билла Сейджа.

И доносился он не от коттеджа.

С трех сторон их окружал Гоблинский лес, очертания которого теперь расплывались в сумерках. Крик прозвучал на севере, а вслед за ним послышался хруст кустарника. Билл, чьи волосы, спортивная куртка и фланелевые брюки были изрядно перепачканными, смотрел на них с горестным выражением лица.

– Вот она, ее чертова дикая земляника! – объявил он, вытягивая руку. – Целых три ягоды. Плоды, вы уж простите за сравнение, сорока пяти минут тяжелых трудов. Я отказываюсь искать их в темноте!

Какое-то время губы Евы Дрейтон беззвучно двигались.

– Так вы… все это время были не в коттедже?

– В коттедже? – Билл взглянул на нее и ответил: – Я был в коттедже минут пять. Но ох уж эта Вики и ее женские капризы! Она захотела дикой земляники из этого, как она говорит, леса.

– Минуточку, сынок! – очень резко сказал Г. М. – Вы ведь не выходили через переднюю дверь. Через нее никто не выходил.

– Нет! Я вышел через дверь черного хода. Он ведет прямо в лес.

– Так. И что случилось потом?

– Ну, я пошел искать эту чертову…

– Нет-нет! Что сделала она?

– Вики? Она заперла дверь изнутри. И еще улыбнулась мне через стеклянную дверь. Она…

Билл осекся. Он удивленно выпучил, а затем прищурил глаза, как будто его осенила неожиданная мысль. Все трое повернулись и посмотрели на каменный коттедж.

– Между прочим… – сказал Билл и яростно откашлялся. – Между прочим, вы с тех пор не видели Вики?

– Нет.

– Но не может же…

– Еще как может, сынок, – возразил Г. М. – Давайте лучше пойдем туда и посмотрим.

На крыльце они ненадолго остановились. После захода солнца пахло теплой влажной землей. Через полчаса должно было окончательно стемнеть.

Билл Сейдж распахнул дверь и позвал Вики. Казалось, что его крик проник во все комнаты и отразился от стен гулким эхом. В лица им ударил горячий душный воздух коттеджа, где месяцами не открывали окон.

– Заходим, – рявкнул Г. М. – И хватит орать. – Старый маэстро нервничал. – Я уверен, что она не вышла через парадную дверь, но мы должны убедиться, что отсюда невозможно незаметно выскользнуть.

Споткнувшись о стол и стулья, которые вынесли на веранду, сэр Генри закрыл дверь на засов. Они оказались в узком коридоре с некогда красивым паркетом и сосновыми панелями на стенах, этот коридор вел к стеклянной двери черного хода. Переваливаясь с ноги на ногу, Г. М. направился к двери, осмотрел ее и убедился, что она закрыта на засов, как говорил Билл.

В Гоблинском лесу сгущались сумерки.

Они обыскали коттедж, стараясь держаться вместе. Он был небольшим. С одной стороны от коридора находились две достаточно просторные комнаты, с другой – две маленькие, чтобы осталось пространство для ванной и кухонного уголка. Г. М., поднимая в воздух клубы пыли, осмотрел каждый дюйм, где только мог спрятаться человек.

Все окна заперты изнутри. А дымоход слишком узкий, чтобы пролезть через него.

И никаких следов Вики Адамс.

– Да чтоб мне провалиться! – сокрушенно вздохнул сэр Генри Мерривейл.

Повинуясь безумному импульсу, объяснить который не смог бы даже Г. М., они все собрались около открытой двери в ванную. Из крана монотонно капала вода. В последних лучах заката их лица отражались в матовом оконном стекле.

– Билл, – дрожащим голосом сказала Ева, – это какой-то фокус. Ох, как мне хочется, чтобы ее разоблачили! Это просто фокус!

– Тогда где же она?

– Г. М. нам скажет! Скажете, Г. М.?

– Ну… подождите, – пробормотал великий муж.

Г. М. сердито глядел из-под панамы, на которой красовался большой черный отпечаток ладони, оставленный им, когда он поправлял шляпу после осмотра камина.

– Сынок, – сказал он Биллу, – хочу задать вам один вопрос по поводу всей этой ахинеи. Можете поклясться, что, когда вы отправились собирать землянику, Вики Адамс не ушла с вами?

– Пусть Бог будет мне свидетелем, но она не уходила, – ответил Билл с таким жаром, что в правдивости его слов не осталось сомнений. – Да и как, черт побери, она могла это сделать? Взгляните на запертую дверь черного хода!

Г. М. яростно поправил панаму, оставив на ней еще два отпечатка ладоней.

Наклонив голову, он сделал два-три тяжелых шага по узкому коридору. Его нога наткнулась на лежавший на полу предмет, на который прежде никто не обратил внимания. Г. М. поднял его. Это был большой квадратный кусок клеенки с неровно оторванным углом.

– Вы что-то нашли? – напряженным голосом спросил Билл.

– Нет. По крайней мере, ничего существенного. Но минуточку!

Слева, в конце коридора, находилась спальня, из которой исчезла маленькая Вики Адамс. И хотя Г. М. уже обыскал ее, он снова открыл дверь.

В Гоблинском лесу почти совсем стемнело.

Сэр Генри смутно представил себе, как выглядела эта комната двадцать лет назад: повсюду оборки, кружевные занавески на окнах, мебель из полированного красного дерева, зеркала, поблескивающие на бумажных обоях. Но больше всего Г. М. заинтересовали окна.

Он тщательно провел ладонью по раме каждого из них, неуклюже взгромоздился на стул и осмотрел сверху. Затем одолжил у Билла спичечный коробок, и темноту осветили маленькие огоньки, появлению которых предшествовало чирканье спичек, от которого каждый раз все присутствующие вздрагивали. Надежда угасла на лице сэра Генри, и его спутники заметили это.

– Г. М., – уже в десятый раз повторил Билл, – где она?

– Сынок, – печально ответил Г. М., – я не знаю.

– Пойдемте отсюда, – отрывисто сказала Ева, а затем и вовсе сорвалась на крик: – Я знаю, что это фокус! Вики – обманщица! Уйдем отсюда! Ради бога, давайте отсюда уйдем.

– Честно говоря, – откашлявшись, сказал Билл, – я согласен. Все равно до утра от Вики не будет никаких вестей.

– Еще как будет, – прошептал из темноты голос Вики.

Ева закричала.

Они зажгли лампу.

Но в комнате никого больше не оказалось.

Стоит признать, что коттедж они покидали не самым достойным образом.

Не станем в красках описывать, как они, спотыкаясь, бежали в темноте по заросшей лужайке, как грузили в машину корзины и одеяла для пикника и как, петляя по проселочным дорогам, наконец выехали на шоссе.

Впоследствии сэр Генри Мерривейл, посмеиваясь, говорил: «Ничего особенного, чуть-чуть мурашки по телу побегали». Он не кривил душой, нервы у Г. М. поистине были