Зарубежный детектив 2026-15 - Салли Эндрю

закрыл заслонку, ее заело, а когда Джинни попыталась ее открыть, зола и сажа разлетелась по всей комнате. Ужасное зрелище, сами понимаете. Фредди только начал там убирать. Кто из горничных работал вчера в моей гостиной?

Глаза мистера Доббла слегка расширились, но он так быстро пришел в себя, что Филлида чуть не пропустила его реакцию.

– Эта, как ее… с темными волосами и с большим носом. Я не думал, что кто-нибудь будет использовать эту комнату, все же разъехались!

– Наверное, Нэнси – так зовут темноволосую горничную с большим носом – не предупредили, что закрывать заслонку ни в коем случае нельзя? – безжалостно продолжала Филлида. – Хотя кто-то велел ей снять с подушек ситцевые наволочки.

– Их надо было почистить, – ответил дворецкий. – Подушки, я имею в виду.

– А теперь надо чистить всю комнату, потому что все покрыто сажей. Включая Джинни. К тому же только что приехал инспектор Корк…

– Я в курсе, – бросил Доббл. Дворецкий гордился тем, что всегда точно знал, кто прибывает в особняк, а кто уезжает.

– Я собиралась предложить ему использовать для допросов именно эту гостиную, – сказала Филлида со значением.

Мистер Доббл тяжело вздохнул, не предприняв ни малейшей попытки оправдаться или переложить вину на кого-нибудь другого. Это было настолько нетипично для него, что Филлида невольно опустилась на стоявший у стола стул.

Испустив еще один вздох, дворецкий согнул свое длинное тело и сел напротив.

– Скоро нам деваться некуда будет от журналистов, – сказала Филлида.

– Это точно! – подтвердил Доббл.

– Может быть, поручите Фредди проследить, чтобы они не приближались к дому?

Доббл рассеянно кивнул. Филлида молчала, надеясь, что он все-таки выскажет, что у него на душе.

Она подозревала, что знает, о чем он думает, потому что и сама беспокоилась о том же самом. Ее терпение было вознаграждено, но после томительной паузы мистер Доббл произнес совсем не то, что она ожидала услышать:

– И кто, черт побери, мог совершить подобное злодеяние?

Такой крик души нуждался в прямом ответе.

– Один из писателей-детективщиков, – сказала Филлида. – Тот, кто создал множество подобных сцен на бумаге и решился наконец воплотить свои идеи… в жизнь, так сказать.

– Вот именно, – мрачно произнес Доббл. – Этого я и опасаюсь.

Она кивнула, поскольку его слова подтвердили ее подозрения. Она тихо сказала:

– Вы думаете, кто-то из участников Клуба убийств мог лишить жизни человека с целью получить приз?

Мистер Доббл поднял на нее свои выцветшие серо-голубые глаза.

– Я очень боюсь, что это именно так, миссис Брайт. Именно так…

Филлида не успела ответить, потому что в глубине дома зазвонил телефон.

– Хотите, я сама отвечу? – спросила она, видя его мрачное настроение.

– Будьте так добры, миссис Брайт, – устало ответил он.

Филлида побежала к ближайшему аппарату, который стоял на столике в вестибюле.

– Маллоуэн-холл! – звонко сказала она в трубку.

– Ох… ох… миссис Брайт, это вы? – На другом конце провода послышались сдавленные рыдания.

– Да, это я. – Женский голос был Филлиде знаком, но она не могла вспомнить, кому он принадлежит. – Кто это? Что у вас случилось? Сами вы не пострадали?

– Это Рита из церкви Святой Вендреды, мэм, – плача, проговорила горничная. – Я… я не знала, кому звонить… но мне надо рассказать…

– Да что же случилось? – испуганно спросила Филлида.

– Святой Элоизий… – Риту душили рыдания. – Он умер! Просто взял и… умер…

Филлиде потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что речь идет о коте погибшего священника. Конечно, кошачья смерть – тоже трагедия, но почему Рита так сильно убивается?

– Он… понимаете, он наелся торта. Я видела… следы его лапок на столе… А теперь он мертв, правда! Наверное, умер ночью… совершенно один. И это после того, как падре… – Она икнула, и ее голос прервался, но Филлида уже поняла, о чем говорит девушка.

– О каком торте идет речь, Рита? – спросила Филлида, чувствуя, как сжимается ее собственный желудок.

– Тот торт, что прислали отцу Тули… Вчера утром.

Побледнев, Филлида резко выпрямилась.

– И что, отец Тули тоже ел тот торт? – В ее памяти немедленно всплыли конвульсии священника и непроизвольное мочеиспускание, с которыми он встретил смерть.

«Похоже на мышьяк»… Это же Брэдфорд сказал, так? Она стиснула зубы. Не может быть, он наверняка ошибся. Да не может же такого быть, чтобы в тихом, добропорядочном Листли кого-то травили двумя ядами…

– Да, да, мэм, он ел торт, и еще сказал, какой вкусный…

Филлида больше не могла это слушать.

– Я выезжаю к тебе немедленно. Ничего не трогай, ни к чему не прикасайся…

– А как же Святой Элоизий? Я же не могу оставить его вот так…

– Можешь, Рита, и оставишь, поняла? Выйди из комнаты и закрой дверь. Я уже еду!

Глава 8

– К чему такая спешка, миссис Брайт? – Брэдфорд открыл перед Филлидой дверцу автомобиля.

Наступив на свою гордость, Филлида забралась на переднее сиденье. Она не может рисковать, чтобы ее укачало на заднем, ей нужно добраться до церкви Святой Вендреды в полной боевой готовности. Ведь ей придется осматривать место нового преступления, поскольку теперь она уверена: смерть Святого Элоизия – очередное убийство.

– В доме священника умер кот, и Рита очень расстроена, – сказала она. – Не могли бы вы прибавить газу, мистер Брэдфорд?

Он с любопытством взглянул на нее и послушно нажал на педаль газа, а Филлида откинулась на кожаную спинку и погрузилась в вихрь собственных мыслей.

К сожалению, уже через несколько минут терпение шофера иссякло, и, когда они выехали на дорогу, ведущую в Листли, он снова заговорил:

– Не могу поверить, что такая чопорная, привередливая особа, как вы, миссис Брайт, сорвется с места и помчится утешать чужую горничную, и из-за чего?.. Из-за дохлой кошки. У нее что, в имении дел не хватает, что ли?

«Чопорная, привередливая особа»?! Филлида задохнулась от злости.

– Можете верить или не верить чему угодно, мистер Брэдфорд…

– Я предпочитаю, чтобы меня называли просто Брэдфорд, без «мистера»… – прервал он ее.

– Можете верить или не верить чему угодно, мистер Брэдфорд, – и с какой стати я начну с вами фамильярничать?

– Просто я прошу вас об этом, – пробормотал он.

– Как вам будет угодно, Брэдфорд. – Филлида с трудом разжала зубы и постаралась говорить спокойно. – Постараюсь не забывать о ваших предпочтениях в обращении к вам.

– Буду очень признателен, миссис Брайт, – ответил он, – я ведь осведомлен о том, что вы никогда ни о чем не забываете.

Филлида закрыла рот и с каменным лицом погрузилась в молчание. Слава богу, хоть поток его вопросов прервался. Но ненадолго.

– Все же непонятно, зачем мчаться во весь опор, чтобы