Над темной водой - Алексей Викторович Макеев

Что-то здесь не вписывалось в элементарные рамки логики. Даже если бы у него и была какая-то женщина, о которой ни Татьяна, ни ее подруга не знали. По складу характера он бы не стал пропадать вот так — уйдя в магазин и не взяв с собой никаких вещей, если уж собирался уезжать к какой-то там женщине. А если не собирался и та неведомая женщина взялась невесть откуда — то, спрашивается, откуда она взялась? Как, где, каким таким удивительным образом Василий с нею познакомился? Да вдобавок еще и вознамерился с нею сожительствовать? Обычно такие дела так скоро не делаются…

Конечно же, и такие случаи в практике Льва Ивановича бывали. Возникало подозрение на убийство и похищение, а потом человека находили в полном здравии и довольстве, под боком какой-нибудь нимфы, о которой никто из родных и знать не знал, и ведать не ведал. Просто человек решил начать свою жизнь с чистого листа. В таких случаях иногда даже имя и фамилию меняли, а не то что вещи с собой не брали.

Но бывало и так, что преступники заставляли жертву звонить родственникам и рассказывать басню о женщине (или мужчине) своей мечты, чтобы они не разыскивали эту самую жертву. При этом, как и в случае со Скачковым, такие жертвы просили родных больше им не звонить и не беспокоить, ссылаясь на нежелание общаться. Точно то же самое сказал сестре по телефону и Скачков. Н-да, совпадение… Или все же не совпадение?

— Татьяна Андреевна, — обратился Гуров к Ревунец, — давайте сделаем так. Сколько минут назад звонил вам брат?

Татьяна включила свой смартфон и посмотрела на время звонка.

— Он мне звонил в половине десятого. Если точнее — то в девять тридцать две, — сказала она и с надеждой посмотрела на Гурова, который, в свою очередь, набирал какой-то номер у себя на телефоне. — Он еще жив? Как вы думаете?

Гуров ничего не ответил. Он приложил к уху свой телефон, потом сказал кому-то:

— Это полковник Гуров. Срочно определите, откуда звонил абонент… Продиктуйте номер телефона, с которого он вам звонил, — попросил он Татьяну. Следом за ней он повторил продиктованный номер своему собеседнику и продолжил: — Звонок был произведен на абонентский номер, принадлежащий Ревунец Татьяне Андреевне. Время звонка — девять тридцать две. Разговор длился… — Гуров вопросительно посмотрел на Татьяну.

— Четыре минуты, — подсказала та.

Лев Иванович повторил за ней время разговора и добавил:

— Узнайте точно координаты места, откуда был произведен звонок и кому принадлежит номер, с которого звонили. Жду.

Отключив связь, Гуров обратился к сестре Скачкова:

— Татьяна Андреевна, вы точно знаете, что, кроме как с вашей подругой, Василий больше ни с какой другой женщиной не переписывался? Бывает так, что заключенные от скуки или просто для будущего, так сказать, задела переписываются сразу с несколькими женщинами. Дело в том, что тюрьма и зона общего режима сильно меняют мужчин, и они выходят на свободу не просто с другим характером, но и с другими жизненными ценностями, если так можно выразиться. Василий не ссорился с вашей подругой?

— Вы имеете в виду, не было ли у Василия повода расстаться с Валей и уйти к другой женщине? — подняла на него заплаканные глаза Татьяна.

— Да, именно об этом я подумал.

— Нет, — покачала женщина головой. — Не ссорились они. Наоборот даже, Васька собирался на следующей неделе к Валюхе на квартиру переселяться. Он и работу себе уже подыскал. С понедельника должен был выйти на смену.

— Хорошо. Тогда еще вопрос. Скажите, не звонил ли кто-нибудь Василию, кроме его женщины? Нет, вы, конечно же, не могли знать о том, кто ему звонит, — это понятно. Но вдруг вы как-нибудь заметили, что ему позвонили, а он, чтобы поговорить, выходил из комнаты или вовсе из квартиры? То есть при вас он не хотел вести телефонный разговор. Было такое?

Татьяна задумалась, потом покачала головой.

— Нет, не было такого. Не припомню я… Возможно, и были такие звонки, о которых вы говорите, но не при мне. Я ведь целыми днями на работе. Васька в квартире один хозяйничал. Иногда у Вали ночевал. Когда она выходная была.

Татьяна извиняющимся взглядом посмотрела на Гурова, словно считала себя виноватой, что не может помочь ему в этом вопросе.

— Ладно, я понял, — успокаивающе кивнул Лев Иванович. Некоторое время они молчали, потом Гуров попросил: — Татьяна Андреевна, наберите мне номер вашей подруги. Я бы хотел с ней переговорить.

Ревунец исполнила его просьбу и, объяснив подруге, что к чему, передала Льву Ивановичу телефон.

— Валентина Ильинична, скажите, когда вы последний раз виделись с Василием и когда он вам в последний раз звонил?

Выслушав ответ, Гуров задал новый вопрос — тот же самый, который он только что задавал Татьяне Ревунец, о звонках на сотовый Скачкова, при которых он, не желая, чтобы его разговор услышали посторонние, выходил из комнаты.

Какое-то время в трубке царило молчание, а потом Валентина ответила:

— Был один такой звонок. Но только это не Василию звонили, а он кому-то звонил.

— А подробнее об этом звонке вы рассказать не можете? Когда он был, как Василий себя вел до и после этого звонка?

И снова долгая пауза. Видимо, женщина вспоминала.

— Звонил он кому-то еще на прошлой неделе, — наконец сказала она. — Да, на той неделе… Но в какой именно это было день… Ах да, вспомнила! Это был четверг. Я в тот день была выходная, и мы с Васей договорились, что он придет ко мне днем и останется ночевать…

— Простите, что перебиваю, Валентина Ильинична. А почему Василий сразу к вам не переехал? Еще раз прошу прощения за такой личный для вас вопрос.

— Ничего такого тут нет, — ничуть не смутившись, ответила женщина. — Просто у меня в квартире был ремонт. Василий приходил и помогал мне его делать. Он сам не хотел стеснять меня. Говорил, что вот закончим ремонт, и он сразу же переедет. Мы с ним заявление в ЗАГС собирались в понедельник относить. Татьяне он об этом не говорил. Хотел сестре сделать сюрприз. Давай, говорит мне, маленький праздник в честь этого устроим. В кафе посидим вечером. Я, говорит, Тане позвоню и приглашу ее после работы приехать в кафе, там мы ей все и расскажем.

— Все понял, — ответил Гуров. — Рассказывайте дальше о разговоре Василия по телефону. Значит, было это в прошлый четверг. Правильно?

— Да-да. Так вот, он ко мне в тот день пришел, и мы допоздна возились с ремонтом, хотели его как можно скорее закончить. Поужинали поздно. Часов в девять уже. А потом