Последний гость номера 313 - Алеся Георгиевна Кузнецова

— Понимаешь, в чем главный ужас всей этой гениальной маскировки? — тихо сказала я, глядя в стальные глаза майора.

— В чем?

— Эштон-младший почти всю жизнь учился в Лондоне. Когда он вернулся хоронить отца и принял дела, он увидел лишь бумаги на «почетного консультанта Эбигейл Уайт». Вадик, он, скорее всего, даже не подозревает, что живущая в его отеле женщина — это та самая Кей Эндрюс, бывший тьютор и самый близкий человек его отца. Он бьется с Саидом в одиночку, пока она прячется прямо у него под носом среди белых бунгало.

Вадик тяжело вздохнул и застегнул пуговицу на животе.

— Вот поэтому мы и должны свести их баланс, Шторм. Ну что, вечером ужин с итальянцем? Нам нужно прощупать Лоренцо на тему Марины и понять обнаружил ли итальянец «нулевой объект» в отчетах. Потому что, если Саид уже в курсе, то, кажется, скоро здесь станет совсем жарко.

Глава 24. Ужин со вкусом сделок

Оставшиеся часы до заката мы снова провели в бойлерной, окруженные трубами и стопками пожелтевших бумаг. После импровизированного обеда в номере 313, куда мы изначально планировали только зайти и сменить мокрые вещи на сухие, я заставила Вадика полчаса проветривать комнату, создавая сквозняк, чтобы не оставить ни малейшего намека на запах ростбифа. В пустующем двадцать лет номере аромат горячей еды был равносилен явке с повинной, и это нельзя было объяснить ни призраками, ни плохо работающей вентиляцией из соседних номеров.

Я яростно ругала себя за такую халатность и за то, что у нас целый майор полиции под рукой, а об элементарной «гигиене» тайного убежища пришлось думать мне. Вадик в ответ лишь вяло оправдывался тем, что «после заплыва его мозг ушел в режим энергосбережения», и требовал калорий для запуска детективных процессоров. Но теперь, когда чувство голода отступило, мы снова вгрызлись в документы, пытаясь выжать из них максимум до того, как наступит время надевать маски для званого ужина.

День не принес новых открытий, но позволил систематизировать то, что мы уже знали, и найти подтверждение нашим гипотезам. Поэтому, как только часы показали семь, мы дружно, словно по команде, закрыли папки и отправились в сторону ресторана. Наряды были выбраны еще днем с учетом приближающегося вечера, и мы выглядели вполне себе.

Веранда отеля в лучах заката смотрелась как декорация к фильму о жизни небожителей: розовое золото залива, белые скатерти и ледяное просекко в запотевших бокалах. Но для меня это был выход на минное поле.

Я села, выпрямив спину так, словно проглотила стальную линейку. Маленькое черное платье работало безупречно — Лоренцо де Лука за столиком в углу не сводил с меня глаз, и в его взгляде восхищение боролось с профессиональным любопытством аудитора. Вадик сидел рядом, застегнув кремовую рубашку на все пуговицы, с видом человека, который готов в любой момент либо съесть этот ужин, либо использовать вилку как холодное оружие.

— Синьора Шторм, — Лоренцо подошел к моему столику, стоило Вадику отойти за стаканом минералки. — Должен извиниться за вчерашний вечер, возникли непредвиденные обстоятельства.

— Конечно, — я улыбнулась еще любезнее, заметив, как радостно смотрит на нас сейчас Кумран. Я не могла не воспользоваться таким моментом, чтобы укрепить индийского друга в мысли, что мы с Тифлисовым и Лоренцо — практически одна команда. К тому же нам по-прежнему не удалось ничего выяснить о Марине. Мой звонок Соне в офис, не принес никаких новостей. Марина по-прежнему нее появлялась, а я лишь узнала, что разблокировать телефон удалось с помощью даты рождения Марининых детей. Наши помощники знают о нас гораздо больше, чем мы думаем. И понимают наши мотивы лучше, чем нам кажется.

— Присаживайтесь, Лоренцо. Что мешает нам продолжить начатый вечер сегодня? — я широко улыбнулась итальянцу.

— Мне казалось, что вы пришли не одна? — Лоренцо приподнял удивленную бровь, бросив взгляд в сторону бара, где застрял мой спутник.

— О, вы про Вадима? — я небрежно взмахнула ладонью. — Мы столкнулись в лобби совершенно случайно. Удивительная встреча! Вадим — старинный друг моего покойного мужа. Они вместе… э-э… увлекались парусным спортом в Черногории.

Лоренцо заинтересованно наклонился вперед, его глаза хищно блеснули. — Парусный спорт? Прекрасное хобби для джентльмена. И чем же занимается ваш друг сейчас?

В этот момент я увидела, как Вадик, бережно неся два стакана минералки, направляется к нам. Его походка — нечто среднее между выходом тяжелого авианосца из порта и дежурным обходом территории — выдавала в нем кого угодно, только не любителя яхт и фуршетов. Но сказать, что он из полиции, я тоже не могла. Нужно было действовать быстро.

— Он отельер, — выпалила я, чувствуя, как внутри разливается знакомый азарт. — У него сеть аутентичных эко-домов в горах. «Медвежья берлога», «Гнездо орла»… очень суровый, мужской отдых. У моего Зорана был более изысканный вкус к отелям, чем у Вадима, но они … ценили друг друга.

— У вашего мужа был отель? Как здесь? И у друга тоже?

— Ну, можно и так сказать, — небрежно кивнула я, отгоняя мысли о небольшом отельчике серба на тридцать номеров в пригороде. — А вот и Вадим.

— Buongiorno, signor Vadim. Я Лоренцо де Лука.

Лоренцо расплылся в улыбке, в которой я прочитала счет с пятью нулями. В этот момент Вадик поставил стакан на стол и замер, почуяв неладное.

— Вадим, дорогой, я как раз рассказывала синьору де Луке о твоих чудесных отелях в горах. Он очень впечатлен.

— «Медвежьи берлоги»? «Гнездо орла»? — переспросил Лоренцо, и в его голосе прозвучало искреннее почтение к суровому бизнесу. — Звучит очень… концептуально. И крайне востребовано в наше время тотального стресса.

Вадик медленно опустился в плетеное кресло. Я видела, как он на секунду завис, переваривая информацию о своем внезапном туристическом наследии. В его стальных глазах промелькнула целая гамма чувств: от желания зачитать мне права до осознания того, что «Гнездо орла» — это, пожалуй, лучшее, что с ним случалось в этой командировке.

— Да, — наконец выдавил он, пододвигая мне стакан воды. — Берлоги — это мое все. Свежий воздух, горы… никакой суеты. Только волки, сосны и гости отелей, конечно. Очень бодрит.

— Вадим слишком скромен, — я накрыла ладонь майора своей, чувствуя, как он напрягся. — Он настоящий фанат порядка. Лоренцо, вы даже не представляете, как трудно в горах найти человека, который бы не просто считал деньги, а понимал душу отеля.

Лоренцо де Лука расправил плечи. Я заметила, как он украдкой поправил манжеты. Ему