Смертельная глубина - Уилл Дин

Старший инспектор Макдуфф прибывает на место происшествия и пытается проинструктировать нас по оказанию неотложной медицинской помощи, но вскоре понимает, что мы гораздо более квалифицированы в этом отношении, чем он. Андре мастерски вводит иглу в безжизненную руку Майка, прокалывая татуировку в виде трезубца, которую позднее перебили на якорь и цепь. Гонсалес передает мешок для капельницы через медшлюз, и Джамбо встает с ним в руках над Майком.

– Я не могу нащупать пульс, – говорю я. – Андре, попробуй.

Он нажимает пальцами на шею Майка и прислушивается, прижавшись ухом к коже Майка.

– Пульса нет, – говорит. – Начинаем СЛР.

Джамбо передает мне мешок от капельницы и приступает к СЛР. Это он умеет лучше меня. Мы никогда не обсуждали этого вслух, но оба интуитивно понимаем и знаем, что для Майка нужно сделать все возможное.

Я отшатываюсь, не веря своим глазам.

Нам никто не помогает.

Андре ударяется головой о койку, когда Джамбо вдавливает ладони глубоко в грудную клетку Майка, наваливаясь всем весом, повторяя циклы по пять нажимов. Это не помогло другим, почему должно помочь ему? Но ведь может. Майк сильнее других. Он больше прошел, он больше пережил.

– Давай, друг, где твоя бутылка? – говорит Джамбо, слюна слетает с его губ. – Ты можешь больше, разве нет? Майк? Слышишь, братишка? Ты крепкий орешек, да?

Жидкость течет изо рта Майка. Видеть это ужасно.

Безнадежно.

– Что мы должны делать? – говорит Андре с расширенными глазами, поворачиваясь к иллюминатору в поисках ответов.

Гонсалес передает дозы адреналина. Андре их вводит. Она просит, чтобы мы использовали маску, присоединенную к ВДС. Мы используем. Мы пробуем все. Мы не бросим нашего друга.

– Кто теперь будет таскать лодки? – сквозь слезы выкрикивает Джамбо. – Или бревна? Кто будет таскать эти чертовы лодки, Майк? И бревна?

Он говорит об учебке. Майк однажды рассказывал нам, как ему пришлось проходить отбор, периодически бегая с товарищами по команде, которые ночью тащили тяжелые лодки и промокшие бревна, натирая ноги песком. Он был в команде Смурфиков, которая состояла из самых маленьких претендентов. Он говорил нам, что за ними ходили с колокольчиком на колесиках, чтобы те, кто хотел сдаться и прекратить эту муку, звонили в него.

– Не звони в колокольчик, Майк, – говорю я, голос отказывает. – Не бросай нас, друг.

Андре сменяет Джамбо, я продолжаю держать мешок капельницы.

Джамбо подходит к иллюминатору и прижимает лицо к армированному стеклу, давя на него носом:

– Бога ради, не стойте там просто так. Помогите нам.

Глава 44

Семьдесят минут СЛР.

Никто не произнес ни одного лишнего слова, кроме тех, которые были необходимы для смены делающего СЛР, дополнительных инъекций адреналина, следования инструкциям Гонсалес и проведения дальнейших вмешательств.

Но мы все уже поняли.

Мы продолжаем бороться, потому что это Майк, но все уже видели подобное. То, как здесь жизнь покидает людей.

– Я констатирую смерть, – говорит Гонсалес.

– Да пошла ты, – громко отвечает Джамбо, вскакивая, сменяя меня и давя на безжизненную грудную клетку Майка. Наваливаясь всем телом. Раз, два, три, четыре, пять. Через несколько минут он не выдерживает, начинает плакать, а затем бьет Майка в грудину. Бьет еще раз, изо всей силы. Потом проверяет пульс.

Тишина.

– Вытащите нас, – рычит он, – прямо сейчас. Вытащите нас отсюда к чертовой матери.

Халвор сменяет старшего инспектора Макдуффа в иллюминаторе.

– Скоро, Гэри. Очень скоро. Если ускорить декомпрессию, всем будет плохо, и ты это знаешь. Хотел бы я изменить законы физики.

Джамбо встает. Он наклоняется и осторожно, кончиками пальцев, опускает Майку веки, а потом крестится. Я никогда прежде не видела, чтобы Джамбо хоть как-то раскрывал в себе верующего.

– Я не буду брать у него образцы, – говорит Джамбо, еле дыша, прямо у иллюминатора. – Мы с ним огонь и воду прошли, ясно вам?

Халвора сменяет старший инспектор Макдуфф. Его усы. Его уставшие глаза.

– Вам не придется, – говорит он. – Остальные помогут.

Джамбо бьет в металлическую стену камеры:

– Занимайся своим делом, инспектор. Нас осталось трое. Ты хоть представляешь, каково быть запертым с погибшими товарищами? Ты в курсе?

Старший инспектор Макдуфф на мгновение опускает взгляд, а потом говорит:

– Чуть позже этим утром мы прибудем в Абердин. Мы привлечем новую команду и усилим надзор. И сегодня же получим результаты судебной экспертизы. Соболезную вам.

Его сменяет Гонсалес. Она выглядит потрясенной.

– Я передаю инструменты для сбора образцов тканей и жидкостей. Мне жаль, что я не могу снять с вас этот груз. Я бы хотела сама все это сделать.

Неверие во мне смешивается с суровым принятием, когда я беру образцы рвоты и слюны, а также соскобы из-под ногтей. Этот отвратительный протокол больше не вызывает эмоций. Проколоть бедренную артерию погибшего друга. Запечатать образцы крови. Выдернуть несколько примятых кепкой волосков. Передать все это в нужном порядке через медшлюз.

– Передайте мешок для тела, – говорит Андре.

– Не можем, – отвечает Халвор. – Они закончились.

Глава 45

Джамбо заворачивает тело Майка в чистую бледно-голубую простыню.

– Ни в коем случае не прикасайтесь к нему, – говорит Гонсалес. – Мне передают, что мы не должны его накрывать.

– Нет никаких «мы», – говорит Андре. – И он уже укрыт. Мы не сможем находиться здесь, если оставить его так.

Его голос спокоен, но тверд.

– Ясно, – говорит Халвор. – Принято.

Андре бормочет:

– Вам следовало запасти побольше мешков для тел.

Теперь на скамье нас осталось трое.

Половина.

Пакетик был водолазом-новичком. Мы не очень хорошо его знали. Лео оправдывал свое прозвище, но мы уважали его, и все погружались с ним по нескольку раз. Но теперь и Майка больше нет? Для многих Майк был кем-то вроде отца. Старейшина общины, говорящий медленно, но веско. Однажды я услышала, как один из боссов сказал: «Майк никогда не пытается утаить шило в кармане».

И все же мы не можем скорбеть по нему. Отчасти потому, что все еще находимся в этом кошмаре в режиме реального времени, но также из-за того, что за нами наблюдают через камеру и иллюминаторы. Чужие глаза следят за нами тремя, сидящими здесь в неверии. Они утверждают, что защищают нас.

Новости правда недоступны или их намеренно скрывают от нас?

Джамбо трет глаза.

– Что происходит? – спрашивает Андре, ни к кому конкретно не обращаясь. – Чем мы заслужили такое? Кто за этим следит?

– Мы ничем этого не заслужили, приятель, – говорит Джамбо себе под нос. – Надо пересидеть, а потом убраться отсюда. Это моя последняя вахта на насыщении. Я знаю, что уже заявлял об этом раньше,