Зарубежный детектив 2026-5 - Марк Эдвардс

– Нет, это ты выглядишь потрясающе. Кажется, у меня буквально дух перехватило от одного взгляда на тебя, – произношу я.

Эндрю улыбается в ответ на комплимент, но ничего не говорит. Я уверена, что то же самое он слышал от сотен разных женщин.

Он открывает дверь и усаживает меня на заднее сиденье Lincoln Navigator. Он представляет меня Чарльзу, своему водителю, который вежливо машет рукой и кивает. Я могла бы привыкнуть к личному водителю.

– Итак, ты готова к походу в театр Диониса? – спрашивает Эндрю, возбужденно потирая руки.

– Не знаю, буду ли я когда-нибудь готова, но мы все равно едем.

Мужчина смеется, и я замечаю, что его нога покачивается взад-вперед.

– Ты взволнован.

Он останавливает ногу и еще сильнее краснеет.

– Да, я никогда раньше не участвовал в расследовании. Чувствую себя Эркюлем Пуаро или кем-то в этом роде. Может, мне стоило взять плащ и лупу?

Я смеюсь, качаю головой и похлопываю его по ноге. Если бы он только знал, насколько скучна работа детектива. Скорее всего, я проведу всю ночь разговаривая с угрюмыми вышибалами и рассеянными барменами. Буду показывать им фотографии Мии и ничего не добьюсь. Однако сейчас это единственный выход.

Мы подъезжаем к клубу, который совсем не похож на клуб – скорее на заброшенный кирпичный склад у морского порта недалеко от южного края Манхэттена. По выцветшей краске не определить, что здесь было раньше. В воздухе чувствуется слабый запах рыбы. Интересно, тут был рыбный рынок? Я никогда не пойму богатых людей.

Снаружи стоит одинокий вышибала в черной футболке, сквозь ткань которой проступают рельефные мышцы. Он оглядывает меня с головы до ног и ухмыляется. Это подрывает мою уверенность в себе. Возможно, я выгляжу не так хорошо, как мне казалось.

– Документы и сумки, пожалуйста, – требует он.

Мы с Эндрю протягиваем ему удостоверения личности, которые он сканирует на каком-то компьютере, информация о нас явно записывается. Я искоса смотрю на Эндрю, и он закатывает глаза. Я протягиваю вышибале сумку, он роется в ней и достает электрошокер.

– Извините, электрошокеры нельзя.

Я смотрю на Эндрю, и теперь моя очередь пожимать плечами.

– Нужен для работы. – Я поворачиваюсь к вышибале. – Можете забрать.

Мужчина кивает и достает из сумки мобильный телефон.

– Телефоны тоже нельзя.

Эндрю хмурится.

– Чувак, серьезно? Это правда так необходимо?

– Да. Правила клуба. Здесь бывает много знаменитостей, поэтому мы не хотим, чтобы люди снимали. Не волнуйтесь, вернем в конце вечера.

Мне все это не нравится, особенно когда я вспоминаю о необъяснимом пятне крови, которое я обнаружила в последнем клубе. Но мы зашли слишком далеко, чтобы отступать. Я кладу руку на плечо Эндрю.

– Все в порядке. Давай просто зайдем.

Вышибала кладет наши телефоны в защищенный чехол и открывает стальную дверь.

– Идите прямо на красный свет.

Эндрю распахивает древнюю стальную дверь пошире, и мы заходим внутрь пустого здания. На складе темно, если не считать великолепной дорожки из лежащих на бетоне листьев, освещенной белыми свечами с каждой стороны. Эффект одновременно прекрасный и жутковатый, словно мы идем по заколдованной тропинке через темный лес. Пламя свечей отбрасывает тени на обшарпанные кирпичные стены, а холодный ветер врывается в разбитые окна. Голуби хлопают крыльями, двигаясь по стропилам в паре метров над нами. Такое чувство, что мы стоим в руинах.

Эндрю приподнимает бровь и искоса смотрит на меня.

– Кажется, мне не так уж и нравится работа детектива. Ты уверена, что не хочешь пойти домой и посмотреть «Предложение» еще раз? У меня осталось много хорошего вина.

Моим первым побуждением было сказать «да» и развернуться. Уютный диванчик кажется мне гораздо более привлекательным, чем еще минута на этой причудливой игровой площадке для избранных. Но потом я вспоминаю, зачем пришла сюда.

Ради Мии.

Ради остальных девушек, о которых никто не вспомнит.

Я сдерживаю дрожь и хватаю Эндрю за руку.

– Нет, мы должны довести дело до конца.

Мужчина держит меня, и мы продолжаем идти по листве. Стук моих высоких каблуков эхом разносится по помещению, а пол вибрирует от далекой музыки. Перед собой я вижу дверной проем, светящийся красным. Он похож на вход в ад. Эндрю чувствует мою нервозность, ободряюще смотрит на меня и сжимает руку сильнее.

Мы доходим до конца дорожки из листьев, за которой видна лестница, ведущая вниз к другой двери. Наверху светится одинокая красная лампочка огромных размеров. Вот оно. Наконец-то я узнаю, какие секреты хранит театр Диониса. Я слышу далекое эхо женского голоса, доносящегося снизу.

Мое сердце уходит в пятки. «Time After Time».

Песня Мии. Неужели?! Она здесь? Она выступает?

Когда мы спускаемся по лестнице, я делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться. Я не знаю, что найду здесь. Я должна быть готова ко всему.

Но когда я открываю дверь и вижу сцену, то понимаю, что не готова.

И никогда не буду.

Глава 36

Место скорее напоминает лаундж, чем современный техно-клуб. Слева находится старинный бар из вишневого дерева, уставленный бутылками с дорогой выпивки.

Справа – основной зал с круглыми столами, накрытыми малиновыми скатертями. Освещение приглушенное. Дешевые духи и густой сигарный дым отравляют воздух.

Но от того, кто находится в клубе, у меня кровь стынет в жилах. Посетители, собравшиеся вокруг бара и сидящие за столиками, – это все мужчины, взрослые мужчины, довольные собой, пьющие и смеющиеся. Среди них снуют девушки не старше шестнадцати, одетые в нижнее белье, ярко накрашенные и флиртующие, как проститутки в борделе Дикого Запада.

От этого зрелища меня тошнит, но я продолжаю осматривать комнату в поисках звучащего голоса, в поисках Мии.

И тут я вижу ее.

В центре тускло освещенной сцены в правом углу комнаты.

Мия.

У меня открывается рот, и я замираю. Я не могу поверить своим глазам.

Эта прекрасная девочка, которую я искала, здесь.

Девочка с самой яркой улыбкой, которую вы когда-либо видели, и голосом, похожим на мед, стоит передо мной.

Я сделала это! Я нашла ее! Вот почему я стала частным детективом.

Все это время, все сомнения, все придурковатые клиенты, все препятствия, весь страх – ради этого момента.

Но мой восторг от мгновенно улетучивается, когда я смотрю на девочку повнимательнее.

На ней нет ничего, кроме нижнего белья и черного корсета, который свободно облегает ее тело, не достигшее половой зрелости. Красивые упругие локоны выпрямлены и распущены, и я вижу синяки на нежной коже ее рук. Ее лицо бледно, а глаза затуманены наркотиками. Она поет, и ее голос