Мертвец стучится в двери - Джон Диксон Карр

– Ох, Марк, я отдохну столько, сколько нужно. Завтра я уезжаю к сестре и ее мужу в Ричмонд. А пока… разве ты не хочешь услышать? Разве не хочешь узнать, что я видела в библиотеке прошлой ночью?

«Тик-так». – Маятник отмерил паузу.

– Нет, Джудит, я не хочу этого знать.

– Как странно! Все остальные хотят.

– Я не хочу. Если ты начнешь вспоминать, тебе станет только хуже. Подожди, пока полностью не оправишься. Отдохни! Отдохни!

– И все же… я могла бы довериться тебе, зная, что ты никому не расскажешь. Я не должна, понимаешь? Не должна! Но тайна…

– Джудит, забудь о тайне!

– Нет, Марк. Не говори так. Вот, посмотри.

Она развернула смятый листок, который держала в руке, и протянула ему. Выражение ее глаз и лица полностью прояснилось.

Взглянув на листок, Марк сразу узнал аккуратный почерк ее покойного мужа, доктора Дэна Уокера. Он хорошо помнил, как рассказывал доктору Уокеру о сюжетном приеме, придуманном автором для своей книги. Но он забыл…

Заголовок на листке гласил: «Заметки Уилки Коллинза для его ненаписанного романа „Мертвец стучится в двери“, записано 14 декабря 1867 года».

– Джудит, где ты это взяла?

– В кабинете Дэна, среди его бумаг. По-моему, он говорил, что ты разрешил ему сделать копию, но я не была уверена, пока не нашла это. Это ведь копия, да?

Разумеется, это была копия. И Марк уже в сотый раз перечитал хорошо знакомые предложения, некоторые неполные, с неразборчивыми словами.

1. Как ни смотри, снаружи или изнутри, через окно – распознать невозможно.

2. Попробовать (три слова совершенно неразборчиво).

3. Надежный свидетель (Джордж Хэтэуэй?) утверждает, что слышал звук напильника, скребущего решетку в ночь убийства. Но на окнах комнаты нет решеток, да и во всем доме тоже. Важно: упомянуть по меньшей мере дважды.

4. Находят ли они напильник? Лишнее!

Вот и все, за исключением выверенной приписки внизу, сделанной аккуратным почерком покойного доктора Уокера.

Я привожу этот текст с разрешения моего друга Марка Рутвена. Оригинальные заметки были сделаны на форзаце книги из библиотеки Уилки Коллинза – экземпляра «Историй о привидениях и таинственных происшествиях» Шеридана Ле Фаню (Дублин, 1851), – который был продан с аукциона вместе с библиотекой и теперь находится во владении мистера Рутвена.

Часы отмеряли время, старые кости дома вспоминали былые буйства и расправы, а Марк читал приписку.

Джудит, в своей коричневой с белым пижаме, устроилась на краю дивана и смотрела на него с таким видом, будто сейчас только это ее и интересовало.

– Марк, что означают эти записи?

– Не знаю.

– Что-то нужно сделать с напильником. Это понятно из четвертого пункта. И это как-то связано с окном, судя по первому. Но как, черт возьми, можно запечатать комнату с помощью напильника?

– Не знаю.

– Но ты же сказал…

– Надеюсь, ты не поняла меня неправильно, Джудит, как доктор Фелл. Когда я сказал, что знаю три четверти решения, я имел в виду факты, а не сам трюк.

– Доктор Фелл? – Джудит вскинула голову. – Ах да! Он, должно быть, уже приехал! Мне ничего не сказали. Он здесь?

– Да. Сейчас он в Красном коттедже, и, когда я уходил, он говорил что-то о письменном столе.

– Что он думает о записях?

– Их он еще не видел. Говорит, что с этим можно подождать.

– Но разве нет еще каких-то улик? Вчера вечером в библиотеке ты прочел мне письмо к Диккенсу. Но ведь есть еще два?

– Да, есть. Но они ничем не помогают. В них речь идет только о сюжете и персонажах, без упоминания комнаты; они совершенно не относятся к нашей конкретной проблеме.

Держа листок с записями в одной руке, Марк достал из внутреннего кармана машинописную копию первого письма и протянул оба листка Джудит.

– Здесь все, что у нас есть касательно этого треклятого романа, – на этих двух листах. Продвинуться дальше мы не можем.

– А нужно ли идти дальше? Если у тебя есть какая-то идея, как их интерпретировать или сопоставить…

– Скажу в последний раз: я не знаю. – Марк говорил медленно, стараясь сдержать раздражение и не сорваться. – Более того, сейчас мне уже все равно.

– Все равно? – Джудит медленно поднялась, ее нижняя губа дрожала. – Нет, правда, я в порядке, тебе не нужно меня успокаивать.

– Я и не успокаиваю. Я говорю правду.

– Но если ты…

– Посмотри на это! – Он потряс листками. – Больше года я ломал над ними голову. Думал, как говорил тебе вчера утром, что там будет что-то совершенно новое, хитроумное, изощренное, со всеми подсказками. Я так думал только потому, что именно таким был «Лунный камень». Но есть ли у меня хоть одно реальное основание так считать?

– А разве нет?

– Нет! Все, что есть, – это мое воображение. Возможно, и ключей никаких нет, а объяснение – какое-нибудь надувательство.

Если бы он хотел шокировать ее, чтобы вернуть в нормальное состояние, то ничего лучшего бы не придумал.

– Марк, этого не может быть! Как так? Неужели никто не использовал этот трюк в реальной жизни?

– И это тоже лишь предположение. Я только и делал, что повторял это, как идиот, и, возможно, сбил всех с толку. Насколько я могу судить, – он поднял оба листка, – в этих записях нет ни одной подсказки. И мне уже надоело ее искать.

– Это правда, Марк?

– Правда?

– Ты именно поэтому хочешь отказаться от расследования? Или все дело в том, что теперь, когда вернулась Бренда – мне об этом сообщила мисс Хардинг, – ты думаешь только о ней?

Эта крепкая, обычно уверенная в себе женщина удивляла его так, как никогда не смогла бы удивить Бренда.

– Будь честен! – предупредила Джудит.

– Я честен! По крайней мере, стараюсь.

– Ну и?

– Отчасти ты права. Но главная причина не в этом. Сегодня вечером доктор Гидеон Фелл реконструировал сцену убийства и показал, насколько тупым и бестолковым может быть человек. И, черт возьми, этим человеком оказался я.

Джудит ударила кулачком по ладони.

– Марк, не говори так!

– Я говорю так, потому что это правда. Тот, кто запер комнату, совершенно запутал меня насчет причины, почему он подменил одну книгу другой. Если бы не случай, я бы, может быть, думал сейчас, что сам передал не ту книгу и…

Джудит снова ударила кулачком по ладони.

Как раз в этот момент Марк произносил «передал не ту книгу». Он не договорил, осекся и посмотрел на Джудит.

– Передал не ту книгу… – медленно и недоверчиво повторил Марк и замолчал.

Атмосфера в комнате изменилась, словно перед грозой, и это почувствовал бы любой посторонний, если бы оказался здесь.

Марк выпрямился, и морщины словно прорезали щеки. Не говоря ни слова, он смотрел куда-то за плечо Джудит и, казалось, прислушивался к тиканью часов. Взгляд его переместился сначала