Кровавая гора - Алиса Валдес-Родригес

– У меня сложилось впечатление, что он предпочел бы затаиться в хижине, а не присоединиться к нам на охоте, – заметила Джоди.

– Ну и пусть, – сказала Клаудия, перенося чайник к печи и опуская его на конфорку. – Честно говоря, я уже не понимаю, зачем мы до сих пор устраиваем эти осенние охотничьи сборища. Отношения у всех натянутые. Не знаю, жили ли они хоть когда-нибудь душа в душу, но сейчас эти встречи в кругу семьи кажутся натужными и никому не приносят радости.

– В любой семье не все просто, – вздохнула Джоди.

– Наверное, – протянула Клаудия. – Но мне хотелось бы, чтобы они стали чуть добрее друг к другу. Чтобы эта семья не была настолько уж, как бы выразиться…

– Дисфункциональной? – предложила Мила.

Клаудия щелкнула пальцами и, улыбаясь, указала на Милу.

– Именно. Вот оно, подходящее слово. В самую точку, милая.

– Я еще не встречала по-настоящему «функциональных» семей, – признала Джоди, как бы пытаясь извиниться за прямоту своей дочери и одновременно выражая гордость за то, что растит ребенка, который не боится высказывать свои мысли и порой делает это на редкость удачно. – Видно, это у меня еще впереди.

– Я грею воду для чая, – сказала Клаудия, – если вам, девочки, захочется согреться. Снаружи наверняка заледенеть можно.

– В мамином пикапе есть обогреватель, – напомнила Мила. – А я не очень люблю чай. Безвкусная бурда.

– А я бы выпила чашечку, спасибо, – сказала Джоди.

– Мам, я очень устала, – сказала Мила. – Можно я просто пойду в свою… прости, в нашу комнату?

– Конечно, – кивнула Джоди. – Только иди по прямой, не отклоняйся от курса.

– Господи, – сказала Мила. – Перестань. Я – не ты, ясно? У меня нет планов забеременеть в пятнадцать лет или типа того…

– Вот, – сглаживая неприятный момент, шагнула к ней Клаудия, будто и не слышала слов Милы. – Захвати с собой лампу.

И повернулась к Джоди:

– Стерлинг давно уже спит, так что нам обеим можно не волноваться.

– Господи, – простонала Мила. – Может, вы обе прекратите? Это оскорбительно.

– Мила, следи за манерами, – осекла ее Джоди.

– Мне нужен ключ, – обиженно заявила Мила, и Джоди, покопавшись в кармане брюк, отыскала его и протянула дочери.

– Топай прямо в наш номер, – строго велела она. – И никуда не сворачивай.

– Ты это всерьез? – спросила Мила. – Хватит уже, бога ради! О’кей? Мам, я даже не знаю, какая именно у Стерлинга комната…

– В очаге вашего номера уже должен гореть огонь, – сказала Клаудия. – Я попросила Камило растопить все камины, но бедняга совсем вымотался. Кажется, они с Мириам отправились спать около часа назад. Дай мне знать, если огонь успел потухнуть, Мила. Я приду помочь заново его разжечь.

– У нас дома есть дровяная печка, – усмехнулась Мила. – Я умею поддерживать в ней огонь и, наверное, справлюсь сама.

– Ну, тогда ладно, – кивнула Клаудия. – Независимая и самостоятельная девочка, мой любимый тип.

– Спокойной ночи, – попрощалась Мила, направляясь к двери, ведущей в холл.

Когда она вышла, Джоди извинилась.

– Переходный возраст все-таки. Будто всего за ночь она из вежливого, стеснительного ребенка превратилась в угрюмого и острого на язык…

Она безумно винила себя за то, что являлась «ужасной матерью», но говорить об этом не стала.

– Добро пожаловать в чудесный подростковый возраст, – с грустью уронила Клаудия. – Нам и самим порой нелегко приходится…

– Правда? – сказала Джоди.

– О боже, ну конечно, – сказала Клаудия. – Стерлинг твердо решил стать противоположностью своего отца во всех отношениях, понимаешь? Мне очевидно, что ему просто необходимо пройти через это, но иногда с ним бывает сложно. Весь процесс мучителен для всех и сильно утомляет.

– Со стороны он выглядит хорошим парнем, – заметила Джоди.

– Знаешь, Эдуардо Галеано[72] однажды сказал… – задумчиво произнесла Клаудия. – «De lejos, todo el mundo parece normal».

– «На расстоянии все вокруг кажутся нормальными», – мгновенно перевела с испанского Джоди. – Точно подмечено. Люблю Галеано.

– Кстати, ты сейчас что-нибудь пишешь? – оживилась Клаудия. Они немного обсуждали прошлую писательскую карьеру Джоди, когда встречались на школьных мероприятиях. – Спрошу прямо в лоб: ты вообще этим занимаешься?

– После смерти мужа даже не садилась, – честно ответила Джоди, чувствуя себя до странности открытой со своей новой подругой. Темнота, мерцание живого огня и уютная обстановка обычно помогают людям чувствовать себя в безопасности в обществе других; может, в этом все дело?

– В здешней библиотеке собраны все твои книги, – заметила Клаудия.

– Что собрано? – Джоди вдруг ощутила себя признанной и успешной, чего на новой работе ей чувствовать пока не доводилось.

– Ну, конечно! Мы заказали их сразу же, как только узнали о твоей прошлой жизни, по экземпляру в каждое из наших жилищ. Ты такая талантливая, Джоди!

– Я польщена.

– Надеюсь, ты не забросишь это дело насовсем? Было бы очень обидно.

– Пока не знаю. Я все силы кладу на то, чтобы соответствовать, понимаешь?

– Кстати, об этой твоей работе… – Клаудия ткнула пальцем в сторону телефонного аппарата, висевшего на стене у двери в кладовую. – Тебе нужно немедленно связаться с дамочкой по имени Бекки. Она звонила сюда каждые полчаса с вопросом, не вернулась ли ты.

Джоди вздохнула.

– Прошу прощения. Уж такая она натура беспокойная.

– Да без проблем, не извиняйся. Она ни в чем не виновата. Но, только без шуток, набери ее.

Джоди уже миллион лет не пользовалась старыми аппаратами и напрочь забыла, насколько утомляющим и раздражающе медленным может оказаться процесс набора номера при помощи диска. Джоди не помнила номера Бекки наизусть, и ей пришлось искать его в своем мобильном телефоне, который она подзарядила в пикапе, еще по дороге в хижину траппера.

– Алло… – сонным голосом, но без всякого раздражения пробормотала Бекки.

– Я в порядке, – доложила ей Джоди. – Ложись спать.

– Ты вернулась в домик, родная?

– Да. Иди спать.

– Как там делишки у Каррингтонов?

– У кого?

– «Династия». Ты что, не помнишь тот дурацкий сериал?

– Нет.

– Возвращение в восьмидесятые, богатое семейство, сплошные гребаные начесы и лак для укладки. Всеобщее мерзостное швыряние деньгами, и все тычут ножом в спины друг дружке. Подплечники. Вечернее «мыло»!

– Тогда я была еще слишком мала, чтобы думать о сериалах, – возразила Джоди. – Иди ложись.

– Кажется, ты хочешь отправить меня в постель? Хотя я могу и ошибаться.

– Отправляйся.

– С утра проверю, как ты там.

– Жду не дождусь. Иди уже спать.

– Пока, – сказала Бекки.

– Пока-пока, – хмыкнула Джоди. И вернула большую телефонную трубку на рычаги аппарата.

– У нас есть мята, ромашка или гибискус, – предложила Клаудия.

Джоди выбрала ромашку и подвинула один из стульев от кухонного стола поближе к печи.