Убийство в Кьянти - Камилла Тринкьери

к столику, где сидел Нико, бросила плакаты на соседний столик и села. Дождь прекратился, и заведение почти опустело. Люди, собравшиеся в кафе рано утром, теперь разносили разговоры об убитом по своим домам, офисам, магазинам, рабочим местам и всем виноградникам «Золотой долины».

Нико подошел к стойке и заказал у Сандры два капучино.

– Ты знала этого Робби? – небрежно спросил он, когда та отсчитывала сдачу.

Она покачал головой.

– Мне тридцать два.

– А в последнее время? Он сюда не заходил?

– Не припоминаю. Джимми, ты видел его?

– Кто его знает. Я не смотрю на лица, когда раздаю кофе.

– Не отвлекайся, – крикнула Нелли, – я возьму чамбеллу, а тебе, Нико, пора брать свои корнетти. Гоголь сегодня не появится.

– Будет сделано, – отозвался Джимми. – С каких это пор Гоголь боится легкого дождичка?

– Не боится. Он пошел за грибами.

Нико принес капучино и чамбеллу к столу. Два корнетти были уже в духовке.

– А что, грибы так быстро появляются после дождя? – поинтересовался Нико, садясь.

– Зависит от обстоятельств. – Нелли наклонилась над столом. – Я это выдумала. – Она понизила голос. – Думаю, Гоголь, будет отсиживаться в своей комнате несколько дней.

Нико тоже понизил голос:

– Почему?

– Полагаю, он напуган теперь, когда знает, кто убитый. Однажды он напал на Робби у башни за церковью. Должно быть, это было воскресенье, потому что я спешила на мессу. Робби шел в нескольких метрах впереди меня, и да, я с удовольствием разглядывала его красивую задницу и предавалась нечистым помыслам, которые не собиралась исповедовать в церкви. Как только Робби поравнялся с башней, Гоголь набросился на него, размахивая толстой веткой. Я, конечно же, закричала. Робби легко отбил удар, вырвал ветку и одним толчком уложил Гоголя на землю. Я спросила Робби, собирается ли он вызывать карабинеров, и умоляла не делать этого. Он ушел, не ответив. Должно быть, он ничего им не сказал, раз последствий не было.

– Были другие свидетели?

– Не заметила. Я стояла на коленях, пытаясь помочь Гоголю подняться. Бедняга плакал, закрывая лицо руками и качая головой. Он был очень расстроен. – Причину она узнала несколько дней спустя.

Нико было трудно представить Гоголя в порыве ярости. Старик действительно жил в своем собственном мире, но Нико всегда инстинктивно чувствовал, что насилия в этом мире не было. И все же оно проявилось. Запах теплых корнетти ударил ему в нос. Он подождал, пока Джимми поставит тарелку и отойдет, чтобы спросить:

– Гоголь как-нибудь это объяснил? – Он вспомнил слова управляющей отелем.

– Я спрашивала, почему он злится на Робби. Он не ответил. После того как я помогла ему встать, все, что он сказал, было «реки крови». Полагаю, он надеялся на реки крови Робби. – Нелли умолчала о том, что узнала позже. Не было причин посвящать в это кого-либо еще, подумала она.

– Реки крови. Вчера он процитировал мне то же самое. Строчка из «Божественной комедии», кажется. Ты спрашивала Джерарди о нападении?

– Я его больше не видела. Несколькими неделями позже я узнала, что он уехал из города вскоре после этого происшествия.

– Я поговорю с Гоголем, попробую его успокоить. Уверен, он не убийца. – Сердце Нико подсказывало ему это, хотя разум оставлял место для сомнений.

– Конечно нет. Он панически боится оружия. Густаво рассказывал мне, что мальчишки в детстве стреляли в Гоголя из пневматики. Густаво наверняка был одним из них.

– Как ты думаешь, Джерарди был влюблен?

Нелли откинулась на спинку стула, откусила чамбеллу, сделала глоток кофе и посмотрела на Нико взглядом, который было сложно прочесть.

– Если и был, то не в меня. Хотя тогда я желала этого всем сердцем.

Глава XI

Перилло отодвинул телефон от уха, пока Делла Ланге читал очередную лекцию о некомпетентности маршала, о том, что он излишне усложняет жизнь Делла Ланге и что, если дело не будет раскрыто в ближайшее время, его (маршала) карьера окажется под угрозой.

– Это не моя вина, что Джерарди получил американское гражданство.

Заместитель прокурора, казалось, понял это, потому что тон его изменился.

– Моя секретарша уже связалась с американским посольством. Как только нам сообщат имя его адвоката и информацию о том, есть ли у него семья в Штатах, она свяжется с вами.

– Нам также нужно знать, переписывался ли он с кем-нибудь в Италии.

– Какую бы информацию нам ни предоставили американцы, я надеюсь, вы будете действовать оперативно.

– Заверяю вас, я времени даром не теряю. Как говорят у нас на юге: петух кукарекает на рассвете.

Делла Ланге фыркнул в трубку.

– Не знаю насчет петухов, а вот южане не славятся своей расторопностью. Держите меня в курсе.

Связь оборвалась.

Перилло швырнул трубку и направился к двери.

– Мне нужна сигарета.

Даниэль последовал за начальником.

Снаружи дождь лил как из ведра. Маршал стоял под навесом и делал затяжку за затяжкой. Почему на это дело назначили такого напыщенного осла, как Делла Ланге? Неужели не нашлось более разумного заместителя прокурора? Возможно, разумных и не осталось. Он слышал, что Делла Ланге получил свою должность благодаря связям с партией консерваторов, которая сейчас у власти. Но в Италии ни одна партия не удерживала власть долго. В марте предстояли выборы, а значит, была надежда. На этот раз он проголосует против партии Делла Ланге. Раньше он оставлял бюллетень пустым в знак протеста. Все политики – лжецы.

Даниэль стоял по другую сторону от входа. Дождь брызгал на его ботинки.

– Как думаете, дождь скоро закончится? – Он надеялся, что маршал успокоится и найдет сотрудника архива, чтобы он мог поехать на мотоцикле в Радду, узнать имя и адрес сестры Джерарди и наконец сказать Розальбе, что ей не придется иметь дело с флорентийским художником. К этому времени она, должно быть, уже знает, что они установили личность человека, купившего браслет. Официально обязательства ехать к ней у него не было, но он хотел ее увидеть, и ему было бы спокойнее, имей он предлог. Даниэль видел ее во сне. Они держались за руки, их лица были близко, юноша уже наклонился, чтобы поцеловать ее, как вдруг прозвенел будильник.

Перилло молча докурил сигарету и бросил окурок в широкую лужу у основания лестницы.

Даниэль поморщился. Он подберет его позже и выбросит в мусорку.

Перилло проигнорировал его гримасу.

– Ты проверил тех ребят?

– Да. У Бруно и Кати арестов не было. То же самое касается бармена в отеле «Белла Виста». Я также проверил, не продается ли участок поблизости. Ничего.

Маршал кивнул и закурил еще одну. Даниэль топтался на месте.

– В чем дело?

Юноша прижался к стене, пытаясь уберечь ботинки. Он