Город прощения - Лэй Ми

– Раз уж ты дома… – Го Янь почесал голову. – Почему же опять сбегаешь?

– Чего хорошего дома? – Тянь Юэ снова покосилась на него. – Они же опять упрячут меня в ту школу перевоспитания.

Го Янь подумал и покачал головой:

– Не понимаю, почему нельзя жить вместе семьей? Зачем обязательно отправлять тебя куда-то?

– Надоела я им, вот и всё. – Лицо Тянь Юэ стало мрачным. – А они надоели мне. Всё у меня не так, всё не так… просто не нравлюсь я им.

Го Янь, видя, что она расстроилась, поспешил сгладить ситуацию:

– Может, они о тебе заботятся, хотят помочь избавиться от каких-то…

Тянь Юэ вдруг остановилась. Го Янь обернулся и увидел, что она смотрит на него с выражением обиды на лице.

– Говорю тебе, они меня не любят, – произнесла Тянь Юэ, отчеканивая каждое слово. – Их так называемая «забота» – просто попытка скинуть меня на других, притворившись, что они выполняют родительский долг.

Го Янь помолчал несколько секунд, затем произнес:

– Но постоянно скитаться на улице – тоже не выход.

Тянь Юэ встряхнула волосами:

– Ничего, этих денег хватит надолго; потрачу – потом видно будет. В крайнем случае еще раз приду. Но возвращаться под ток я точно не буду.

– Твои мама с папой будут волноваться, – покачал головой Го Янь. – Если мы, детдомовские, где-то задержимся, тетушки уже беспокоятся…

Самоуверенное выражение исчезло с лица Тянь Юэ.

– Если они выйдут меня искать… – Она прикусила губу. – Попросят вернуться домой, не отправят в школу перевоспитания… – Посмотрела на зеленые насаждения рядом, на фонари и дома. – Я ведь тоже не хочу скитаться.

Глядя на нее, Го Янь невольно почувствовал жалость.

Тянь Юэ быстро вернула себе веселый вид, взяла мальчика за руку и потащила к воротам комплекса:

– Несколько дней сидела на хлебе и воде, наконец-то можно поесть досыта… Малыш, я угощаю. «Кей-эф-си» или «Пицца Хат»?

Го Янь смущенно высвободил руку:

– Иди, мне пора в детдом.

– Ненадолго же. – Тянь Юэ все еще была полна энтузиазма. – Поедим, и я отвезу тебя на такси, нет?

Двое подростков все еще стояли у обочины, держась друг за друга, и не заметили микроавтобус, мчавшийся к ним на большой скорости. В мгновение ока он резко затормозил рядом, и не успела Тянь Юэ опомниться, как несколько мужчин в камуфляже выпрыгнули из машины и, схватив ее, потащили внутрь.

Мужчина постарше стоял, уперев руки в бока. Он грозно сказал:

– Сбежать вздумала? Совсем обнаглела! – Затем повернулся к ошарашенному Го Яню и рявкнул: – Ты кто такой?!

Мальчик, опомнившись, тут же бросился вперед, ухватившись за дрыгающиеся ноги Тянь Юэ:

– Отпустите ее!

Тянь Юэ отчаянно вырывалась, но не могла противостоять нескольким взрослым мужчинам и лишь кричала мальчику:

– Го Янь, спаси меня!

Го Янь стиснул зубы, мертвой хваткой вцепившись в лодыжку Тянь Юэ. Противостояние длилось несколько секунд, как вдруг он почувствовал, как чья-то рука схватила его за шею. Затем его отбросили в сторону. Едва коснувшись земли, он перекатился, сбросил рюкзак и бросился на мужчину. Тот получил несколько ударов, и на его лице появилось смешанное выражение удивления и раздражения. Он принял стойку и принялся отбиваться. Го Янь быстро начал проигрывать, из носа и рта у него потекла кровь.

– Не бей его! – взволновалась Тянь Юэ, продолжая вырываться и крича в сторону будки охраны у ворот комплекса. – Вы что, ослепли? Помогите скорее…

Два охранника высунули головы из будки, переглянулись – и не пошевелились.

Мужчина пнул Го Яня, сбив с ног, и пренебрежительно сказал девочке:

– Твои родители уже обо всем договорились. Зови кого хочешь – бесполезно!

Тянь Юэ округлила глаза и тут же перестала сопротивляться. Мужчины запихнули ее в микроавтобус и быстро захлопнули дверь. Старший, сердито фыркая, направился к кабине, бормоча себе под нос:

– Черт, вернемся – сразу применим к тебе меры; посмотрим, как ты еще раз сбежишь…

Микроавтобус умчался, оставляя за собой облако пыли.

Го Янь с трудом поднялся, чувствуя, как вся его грудная клетка горит огнем. Вытер кровь с лица, изо всех сил всмотрелся вдаль – и наконец разглядел надпись на заднем стекле микроавтобуса.

Въехав во двор, Фан Му увидел, как из трехэтажного корпуса выбежала тетушка Чжао и, сияя от радости, бросилась к нему. Син Лу была еще нетерпеливее – не дождавшись, пока машина остановится, выпрыгнула наружу. Тетушка Чжао обняла ее, погладила по голове, потрепала за щеку, выразив всю свою нежность, а затем перевела взгляд на кабину:

– А Ми Нань?

– У нее работа. – Фан Му вышел из машины и щелкнул Син Лу по затылку. – Эта девчонка не могла ждать, торопила меня приехать поскорее…

Тетушка Чжао, смеясь, хлопнула ее по плечу:

– Детка, мне ведь еще тут какое-то время быть, чего же ты торопишься?

– Если ты уедешь, я смогу увидеть тебя только на зимних каникулах. – Надув губы, Син Лу покосилась на Фан Му. – Дядюшка Фан вечно занят, не привозит меня…

Втроем они с веселыми разговорами направились к корпусу, но только подошли к двери, как услышали позади себя рокот двигателя. Фан Му обернулся и увидел, как во двор въезжает черный «Ауди Q7». Гу Лань, сидевшая за рулем в темных очках, помахала ему.

В этот момент из корпуса вышла директор Тун, наспех поздоровалась с Фан Му и Син Лу и направилась прямо к «Ауди».

– Додо сегодня выписывают.

Гу Лань припарковалась, открыла дверь, и Додо, сидевшая в детском кресле на заднем сиденье, протянула руки к директору Тун. Личико девочки оставалось еще немного бледным, но цвет лица был неплохой, и выглядела она бодрее.

Директор Тун вынула Додо из машины, целуя ее в щеку и что-то приговаривая. Фан Му помог Гу Лань достать из багажника детские вещи, собранные за время пребывания в больнице.

– С Додо всё в порядке?

– Можно сказать лишь, что