Город прощения - Лэй Ми

– Полицейская академия, научные исследования и работа над делами неразделимы, – кивнул Фан Му. – Я временно помогаю.

– Какое дело? Убийство? Я слышала, вы упоминали кровь и все такое… – Гу Лань вдруг сделала жест, призывающий к тишине. – Наверное, мне не стоит так много спрашивать?

– Ха-ха, мне и правда нельзя об этом говорить, – рассмеялся Фан Му, указывая на таз на земле. – Давайте лучше поскорее закончим работу, а то тетушка Чжао опять будет торопить.

Гу Лань села, сосредоточенно обрывая бобы. Благодаря усилиям нянь и волонтеров быстро накрыли стол с сытным обедом. По традиции первыми ели дети, а няни и волонтеры кормили самых маленьких и тех, кто не мог есть сам. Фан Му, кормя одного ребенка, смотрел на уплетающих за обе щеки малышей и испытывал одновременно и горечь, и радость. Однако он заметил, что всегда активно боровшийся за еду Го Янь сегодня ел без аппетита – просто молча ковырял рис в миске и лишь изредка тянулся палочками за едой, словно тушеная свиная рулька и жареная рыба его совсем не интересовали.

Наевшись, дети выходили из-за стола играть или делать уроки. Директор Тун и няни собрали остатки еды на один стол, приглашая взрослых поесть. Фан Му рассеянно просто залил рис мясным бульоном – и на этом закончил. После обеда все убрали столовую и разошлись готовиться к ужину. Директор Тун, тетушка Чжао, Син Лу, Фан Му и Гу Лань сели за один стол и, занимаясь мелкой работой вроде чистки чеснока и перебирания кинзы, разговаривали.

Разговор быстро перешел на Додо, которую сегодня выписали из больницы. Директор Тун, явно неравнодушная к этой бедной девочке, подробно расспрашивала Гу Лань о ее состоянии. Когда речь зашла о дальнейшем лечении, она призналась, что у нее нет идей на этот счет, и, поколебавшись, осторожно спросила совета у Гу Лань. Та была настроена решительно:

– Додо нужно как можно скорее делать операцию по пересадке сердца, иначе неизвестно, доживет ли она до десяти лет.

Директор Тун помрачнела:

– Это… для нас слишком сложно.

– Если вы беспокоитесь о деньгах, то зря, – улыбнулась Гу Лань. – Я могу взять это на себя. Но я не ее опекун. Для пересадки нужно встать в очередь на донорство, а с документами придется разбираться вам.

– Это мелочи, это мы без проблем, – поспешила заявить директор Тун. – Но ты снова тратишь такие большие деньги, мне неловко…

– Не будем об этом, – отмахнулась Гу Лань. – Если вы согласны, я распоряжусь, чтобы ее поставили в очередь.

– Согласна, согласна, – закивала директор Тун. Затем, глядя на Гу Лань, осторожно спросила: – Сяо Гу, а если, допустим, Додо вылечат и она станет здоровым ребенком, ты хотела бы ее удочерить?

Гу Лань приподняла бровь:

– О?..

– Мне все время кажется, что я перед тобой в долгу. – Директор Тун взяла Гу Лань за руку, на ее глазах выступили слезы. – Ты так внимательна к Додо… Поэтому, если это не будет тебе в тягость, я бы хотела хоть как-то тебя отблагодарить…

Гу Лань резко отдернула руку, несколько секунд пристально смотрела на директора Тун. Затем, опустив голову, сосредоточенно принялась чистить чеснок, не проронив больше ни слова.

Атмосфера за столом мгновенно стала неловкой. Фан Му прокашлялся, почесал затылок, встал и вышел во двор покурить. Он сел на край клумбы и только закурил, как краем глаза заметил маленькую головку. Обернулся – и та шмыгнула обратно в кусты.

Фан Му, усмехнувшись, сделал строгое лицо и крикнул:

– Го Янь, что ты там подглядываешь? Выходи!

Вскоре Го Янь, виновато понурившись, вышел из-за клумбы и, опустив голову, встал перед Фан Му, теребя руками край одежды. Тот потрепал его по голове:

– Что, собирался напасть на меня?

Го Янь долго мямлил и наконец тихо спросил:

– Дядя Фан, вы ведь полицейский?

Фан Му кивнул:

– Ага.

– Тогда… – Го Янь поднял голову. – Когда же я смогу стать полицейским?

– Ты? – Фан Му рассмеялся. – Разве ты не в седьмом классе?

– Да. – В глазах Го Яня, казалось, загорелся свет ожидания. – Сколько еще лет?

Фан Му начал загибать пальцы:

– Средняя школа еще два года, старшая школа три года, университет четыре года… девять лет, если поступишь в полицейскую академию.

Свет в глазах мальчика мгновенно погас, на лице отразилось разочарование.

– Еще так долго?

– Да. – Улыбаясь, Фан Му посмотрел на него. – Поэтому тебе нужно начинать стараться уже сейчас.

Подумав, Го Янь спросил:

– Дядя Фан, скажите, если человека похитили, полиция будет этим заниматься?

– О? – Фан Му немного удивился. – Конечно, будет, это же преступление.

– А если родители согласны?

– Что за ситуация? – Фан Му выпрямился, взял Го Яня за руку. – Расскажи поподробнее.

Но мальчик вдруг испугался, вырвал руку и заспешил прочь:

– Ничего, я просто так сказал.

С этими словами он побежал за пределы двора. Фан Му поднялся и увидел, что Гу Лань стоит неподвижно у входа на кухню, глядя на убегающего мальчика.

Глава 11. Долг

Неся две большие сумки с покупками, Ай Вэнь медленно вышла из магазина к обочине. Еще не дойдя до стоянки такси, почувствовала, как заболела и онемела правая нога. Ай Вэнь поставила сумки на землю, наклонилась, одной рукой растирая ногу, другой размахивая перед собой. У входа в супермаркет стояло немало людей, ждущих такси, и лишь спустя десять минут ей удалось поймать свободную машину. С помощью водителя Ай Вэнь погрузила сумки на заднее сиденье и сама села внутрь. Постоянно напряженная нога наконец расслабилась, Ай Вэнь устроилась поудобнее и глубоко выдохнула. Во временно расслабившемся теле нервы почему-то стали чуткими. Едва такси тронулось, это знакомое и тревожное ощущение снова заставило ее напрячься. Она повернула голову и стала смотреть через окно на людей на обочине. Как и обычно, тот, кто следил за ней, снова исчез в толпе, словно капля воды, растворившаяся в океане без следа.

Полчаса