Город прощения - Лэй Ми

«Еще ближе. В девятку».

– Не знаете? – перебил его Чжэн Сунлинь. – Не знаете? Ай Вэнь могла сбить человека насмерть, а потом вырезать у него сердце?

В одно мгновение Чжэн Сунлинь увидел, как Ай Минбо сделал движение, чтобы броситься на него – словно пытаясь то ли заткнуть ему рот, то ли схватить за горло. Чжэн Сунлинь почувствовал, как в душе у него полегчало.

«В десятку».

Этот попавший в самую цель выстрел был отчасти азартной ставкой. Исходя из информации, которую Чжэн Сунлинь подслушал в больничной палате, молодому человеку по имени Пань Сяо после серьезной травмы сделали операцию по пересадке сердца, а травма произошла в результате какого-то инцидента, спровоцированного Ай Вэнь в состоянии опьянения. Когда Пань Сяо упомянул какого-то «малыша», сильная негативная реакция Ай Вэнь, казалось, означала, что с этим «малышом» уже случилось несчастье. Кроме того, Бао Шанхун также упоминала, что ее почка была от молодого человека.

Опьянение. ДТП. Малыш. Сердце.

Это не могло не навести Чжэн Сунлиня на следующую гипотезу: Ай Вэнь, управляя автомобилем в пьяном виде, сбила насмерть ребенка. Его (ее) сердце пересадили ее парню Пань Сяо. Тогда почка, пересаженная Бао Шанхун, роговица, пересаженная Чжэн Каю, и печень, пересаженная Ван Гуанъяню, – могли ли они все быть от того же ребенка?

Реакция Ай Минбо принесла Чжэн Сунлиню полную победу.

Он отскочил в сторону, Ай Минбо, не успев остановиться, пошатнулся, чуть не упал и, вконец расстроенный, ухватился за фонарный столб, чтобы кое-как устоять на ногах. Затем обернулся и злобно уставился на Чжэн Сунлиня:

– Кто ты такой на самом деле?

Чжэн Сунлинь оставался невозмутимым:

– Я уже говорил, ты меня не знаешь.

– Полицейский? – сквозь зубы спросил Ай Минбо. – Или частный детектив?

– Ни то ни другое, и не спрашивай больше… – Чжэн Сунлинь сделал паузу. – Отвечай на мой вопрос.

– С какой стати я должен тебе отвечать? – В уголках рта Ай Минбо выступила белая пена; голос был хриплым и злобным. – Какие у тебя доказательства?

– Доказательства мне не нужны. – Чжэн Сунлинь сделал шаг к нему. – Я не собираюсь тебя разоблачать.

Ай Минбо опешил:

– Чего же ты хочешь?

– Отвечай на мой вопрос! – почти закричал Чжэн Сунлинь. – Кто был тот ребенок?!

Ай Минбо пристально смотрел на него, изо всех сил стараясь успокоить дыхание. Через мгновение он неожиданно спросил:

– Ты знаком с Бао Шанъи?

– Да… – Чжэн Сунлиня внезапно осенила мысль. – Он и послал меня спросить у тебя.

Ай Минбо обмяк, будто вот-вот рухнет на землю:

– Зачем тебе это знать?

– У меня свои причины. – Чжэн Сунлинь уже терял терпение. – Быстрее, директор Ай, у меня нет времени ходить с тобой вокруг да около.

– Я правда не знаю… – Ай Минбо закрыл глаза, его щека непрерывно подрагивала. – Не спрашивай больше.

– Тебе лучше сказать мне правду. – Чжэн Сунлинь схватил его за воротник. – Иначе ты, твоя дочь и тот парень, лежащий в больнице, – все вы умрете.

– Не смей угрожать моей дочери! – Ай Минбо вырвался; его глаза, казалось, готовы были вылезти из орбит. – Не смей ее трогать!

– Я и не собирался трогать твою дочь. – На лице Чжэн Сунлиня вдруг появилось скорбное выражение. – Ты можешь не верить мне, но есть те, кто заберет ваши жизни.

– Что? – опешил Ай Минбо.

– Роговица того ребенка пересажена моему сыну, печень – другому парню по имени Ван Гуанъянь… – Губы Чжэн Сунлиня задрожали. – Мой сын мертв, а тот глаз, на котором делали операцию, вырезали. Ван Гуанъянь мертв, печень тоже изъяли.

Глаза Ай Минбо округлились; казалось, в эти слова невозможно было поверить.

– Ты… ты хочешь сказать… – Он отчетливо слышал, как стучат его собственные зубы. – Родственники той девочки мстят?

– Я пытаюсь помочь тебе. – Чжэн Сунлинь сделал паузу. – Иначе рано или поздно придет очередь твоей дочери.

– Я правда не знаю… – Взгляд Ай Минбо стал рассеянным, словно он бормотал себе под нос. – Она тогда сразу умерла. В такой экстренной ситуации… мне было уже не до того…

– Расскажи мне все как было в тот день, – произнес Чжэн Сунлинь.

– В тот день… – Ай Минбо растерянно посмотрел на него, но вдруг его взгляд снова прояснился, и он вежливо сказал: – Господин Чжэн, о чем вы говорите? Я не могу вам помочь.

Чжэн Сунлинь сразу понял намек:

– Я же сказал, что не собираюсь тебя разоблачать. – Он развeл руки в стороны. – И у меня нет никаких устройств для записи.

– Извините. – Ай Минбо махнул рукой. – Не знаю – значит, не знаю. На эту тему я больше не скажу ни слова.

Чжэн Сунлинь сжал губы. Спустя какое-то время на его лице вдруг появилась слабая улыбка.

– Ничего. – Он засунул руки в карманы брюк. – Я буду следить за твоей дочерью. Когда убийца придет к ней, я узнаю ответ.

Из горла Ай Минбо вырвался низкий рык:

– Держись подальше от моей дочери!

– Тебе лучше не отходить от Ай Вэнь ни на шаг. – Улыбка на лице Чжэн Сунлиня стала еще шире. – Не знаю, почему убийца до сих пор не тронул твою дочь – ведь она явно та, кто больше всех заслуживает смерти…

Ай Минбо сжал кулаки, черты его лица исказились. Однако он лишь поправил одежду, взял портфель, развернулся и зашагал обратно к своему особняку.

Стоило ему оказаться во дворе, как ноги тут же подкосились. Опираясь на забор, он с трудом дошел до качелей в северо-восточном углу двора и рухнул на них. Качели поехали назад, и его внезапно охватило сильное чувство тревоги. Ай Минбо бросил портфель, уперся ногами в землю и сидел, вытянувшись в струнку.

Из окна доносился аромат готовящейся еды, смутно слышался голос Ай Вэнь, разговаривающей с матерью. Этот вечер должен был быть уютным, это место должно было дать ему полное расслабление. Однако сейчас у Ай Минбо не было смелости войти в этот дом. Слова Чжэн Сунлиня были словно какой-то ужасный вирус,