Собеседование - Крис Юэн

Думай.

На секунду мои мысли вернулись к камденским фотографиям, которые показал мне Джоэль. Огорчало меня не то, как жестоко подделали фотографии, а то, что я и правда хотела верить, что Марк там был. Я до ужаса хотела, чтобы это оказалось правдой.

Я закусила губу и посмотрелась в зеркало, а потом медленно подняла руки и расстегнула две верхние пуговицы. Скользнув под тонкую ткань, мои пальцы нащупали знакомый зазубренный шрам, пересекающий грудь сверху вниз, белый и выпуклый. Немножко бугристый. Я глубоко вдохнула и положила ладонь на сердце.

Я чувствовала, как оно колотится. Исступленное «ту-ду-ту-ду».

Я перестала прислушиваться к нему, ища вместо этого чистую пустоту в центре себя, надеясь, что ко мне пробьется знакомое эхо сердцебиения Марка.

Но ничего не пробилось. Только безмолвие и пустота в моей ладони. И мое сердце, ходящее ходуном, и жестокая, стерильная тишина туалетной комнаты.

В горле пересохло. Я сглотнула и отняла руку. Застегнула обратно пуговицы на блузке.

Будь сильной, сказала я себе. Ты сможешь.

Я говорила себе так, когда умерли мама и папа. Эта мантра помогала мне не опускать руки, продолжать жить. В этот раз я была одна, но это ничего. Я бывала одна и раньше. Я могу выбраться отсюда.

И выберусь.

У меня есть только я.

Больше никого.

«И Мэгги», – прошептал голос в моей голове.

Я резко повернулась к закрытой двери туалета.

Почему я раньше об этом не подумала?

63

Пятница, 20:58

Тишина, встретившая меня, когда я вышла из туалета, нервировала. Но она не была абсолютной. Я уже лучше различала, из чего она состоит. По пути к приемной я различала малейшие звуки.

Фоном гудели несколько включенных компьютеров. Низко шумел холодильник в кухонном блоке. Жужжал и шипел кондиционер, гоняющий воздух по воздуховодам. Зудели лампы над головой.

По телу пробежали мурашки.

Двойные двери, ведущие к лифтам, по-прежнему оставались закрытыми. Я шагнула к ним, потянула их на себя, толкнула. Заперты.

Я развернулась. Нигде, насколько хватает глаз, ни намека на движение. Снаружи уже опустились сумерки, и тонированные окна стали темнее.

На вид все было пусто. Я не думала, что Джоэль здесь, но знала, что он мог за мной наблюдать. И еще я знала, что он мог вернуться в любой момент.

Я быстро двинулась вперед.

От бега мое сердце забьется быстрее и, догадывалась я, быстрее разнесет яд по телу.

Было странно думать о том, что с моим сердцем может что-то случиться. Со времен операции мои родители и врачи изо всех сил старались объяснить мне, что теперь я совершенно здорова и могу жить дальше без страха. И за сердце я действительно не боялась. Но теперь один пропущенный удар отделял меня от того, чтобы все вокруг прекратилось.

Я заспешила на гудящих от напряжения ногах к кубу передо мной. Вошла. Она была на месте.

Сумка Мэгги.

Я бросилась вперед и схватила ее со стола, потом спиной выбралась из куба и принялась глазами искать, куда бы спрятаться.

В этот раз я не была намерена прятаться под столом. Одного раза хватило.

Мой взгляд зацепился за карусель и машину. А потом я увидела корзину воздушного шара и побежала к ней, перехватив покрепче сумку.

Я запрыгнула в корзину и села на корточки. Корзину сплели из грубого материала. Он царапал мне спину через блузку, когда я облокотилась на стенку и вытянулась, чтобы осмотреть пространство между мной и стойкой у выхода.

Все по-прежнему неподвижно.

Ни следа Джоэля.

Я раскрыла сумку и засунула в нее руку.

Я надеялась найти телефон, но ни в главном отделении, ни сбоку под молнией его не было. Скорее всего, Джоэль вынул его.

Я перевернула сумку вверх дном и вытряхнула ее перед собой.

Блокнот, толщиной и твердостью напоминающий кирпич. Свернутый пакет. Складной зонтик. Два тампона, дезодорант, вырванная из журнала страница. Я развернула ее – это оказалась статья с рецептом бананового хлеба.

Я перебрала остальные выпавшие из сумки вещи. Ламинированный бейдж на имя Мэгги, судя по виду, выданный ей на каком-то внутреннем мероприятии для рекрутеров. Еще нашлись ключи от машины и от дома.

И больше ничего. Кошелька нет. Видимо, Джоэль спрятал и его.

Я вывернула сумку наизнанку. Должно же в ней быть хоть что-то, что могло бы мне помочь. Но из нее не высыпалось ничего, кроме пыли, песка и ворсинок.

Я отставила сумку в сторону, взяла в руки блокнот и сняла резинку. На странице с сегодняшней датой Мэгги записала время и место моего собеседования. На несколько страниц раньше в разные дни было нацарапано и несколько раз обведено мое имя, включая то утро две недели назад, когда Мэгги впервые связалась со мной и я, к собственному удивлению, обнаружила себя беседующей с ней, когда Саймон и Ребекка куда-то вышли. Под моим именем она приписала несколько наблюдений о разговоре. Мало уверенности в себе. Масса опыта. Жаждет азарта. Edge?

Я торопливо пролистала остаток блокнота, так что от страниц поднялся легкий ветерок, а потом отбросила его в сторону и поднялась. Выйдя из корзины, я пошла к тому окну, которое пыталась повредить креслом. Кресло все еще валялось на полу, бессильно-разломанное. Стекло упрямо отказывалось подавать признаки разрушения.

Я нагнулась и включила обратно лампы, освещавшие мой сигнал SOS, но, хотя на улице и стемнело, ничто не давало мне надежды, что мою мольбу о помощи было оттуда видно.

Несколько пешеходов спешили, опустив головы, и никто из них не посмотрел вверх. Рядом с пабом больше никто не курил. Проезжали машины, но меньше, чем раньше. Справа от меня в офисах на площади Патернотер светилось несколько окошек.

Я подумала о том, что кто-то ведь работает допоздна. Юристы и бухгалтеры, консультанты по управлению, финансовые советники. Все они сидят за своими столами, стуча по клавиатурам, и время от времени поднимают взгляды от экранов и смотрят в мою сторону.

И не видят ничего, кроме светящейся точки одного из сотен зеркал.

Я закрыла глаза, прижалась кончиками пальцев к стеклу и прислушалась к неясному шуму офиса.

Я прислушивалась к компьютерам, и к холодильнику, и к воздуховодам, и к лампам.

И вдруг уловила его.

Новый звук.

Низкое гудение.

Я повернулась и зажмурилась в попытке разобрать, что именно слышу.

Что-то я слышала определенно, не связанное ни с обстановкой вокруг меня, ни с шумом в ушах.

Моя голова резко повернулась вправо, и я «ухватила» звук.

Он шел не изнутри офиса.