Ночь в замке - Вероника Генри

не обсуждала свои чувства, и ей показалось, что эти двое мужчин, которые были так к ней добры и окружили ее такой заботой, смогут ее понять, смогут подставить плечо если не для того, чтобы выплакаться, то хотя бы для того, чтобы опереться.

Будет ли с ее стороны предательством по отношению к Пирсу, если она им расскажет? Она решила, что нет. Ей необходимо было поговорить об этом, а кроме них, у нее не было здесь друзей. Она была уверена, что может им довериться. Они любили посплетничать, но оба производили впечатление людей достойных. Они наверняка способны были понять разницу между досужими пересудами и чем-то очень личным, не предназначенным для чужих ушей.

– Дело не во мне, – произнесла она с некоторой опаской.

– Не в вас? – нахмурился Хьюго.

– Все и всегда по умолчанию считают, что проблема в женщине, так ведь? Но со мной все в полном порядке. У меня никогда не будет детей, хотя они могли бы быть. Если бы я захотела. Если бы все было по-другому…

Из ее глаз выкатилась одинокая слезинка, и Лизмей подумала, что может ее смахнуть. Но по пятам за первой последовала вторая, неостановимая, а за ней еще тысяча, которые просто дожидались своей очереди, готовые градом покатиться по щекам, и не успела она опомниться, как уже рыдала, и Хьюго подскочил, чтобы забрать у нее из руки чашку, а Джерри присел рядом и обнял за плечи.

– Простите, – выдавила она. – Просто мне не с кем было об этом поговорить. Пирс не хочет разговаривать, а я не хочу его принуждать, честное слово, потому что люблю его, и шато мне очень нравится, но мне так…

Она осеклась. Что она чувствовала? Она и сама не знала этого точно.

– Грустно, – произнесла она. – Я думаю, что мне грустно. Не только за себя, но и за Пирса тоже. И за тех малышей, которых у нас никогда не будет. Это странное чувство. Как будто тебя убрали в коробку. – Она согнула пальцы рук, изображая коробочку, потом вскинула глаза и попыталась улыбнуться сквозь слезы. – Простите меня, пожалуйста. Это, наверное, все из-за вина. Это из-за него меня так развезло.

– Это мы виноваты, – сказал Джерри. – Мы оба страшно любим выпить. – Он покосился на Хьюго. – Я думаю, надо отвести вас в гостевую комнату и уложить в постель. Сколько можно отвечать на наши дурацкие вопросы.

Лизмей не стала протестовать. Все равно садиться за руль после такого количества выпитого не стоило. Как это она так опростоволосилась? Внезапно ей остро захотелось свернуться калачиком в постели. И через десять минут Лизмей уже лежала под одеялом в хозяйской пижаме в клетку, такой большой, что она в ней тонула, на мягчайшем постельном белье и пуховых подушках.

Надо же было так раскиснуть. Но это и вправду была первая представившаяся ей возможность рассказать кому-то вслух о своих чувствах. Покупка шато была такой скоропалительной, и всякий раз, когда она задумывалась о том, чтобы подступиться с этой темой к Пирсу, находилось что-нибудь более неотложное. А может, и не стоило об этом говорить, потому что, даже если бы они с Пирсом все обсудили, она все равно выбрала бы для себя эту жизнь: чудесный проект, который станет их наследием. Шато Виллет.

Она натянула одеяло повыше и стала задремывать, согретая душевным теплом двух этих уже не совсем незнакомцев, в то время как сами Хьюго с Джерри хлопотали внизу, прибираясь после ужина и вполголоса о чем-то переговариваясь под еле уловимое треньканье пианино.

* * *

Когда три недели спустя она ехала в аэропорт за Пирсом, ей не терпелось поскорее привезти его домой и показать все, что она успела сделать. За последнюю пару недель Хьюго помог ей определить первоочередные задачи, и они составили график работ и смету, которую постарались сделать как можно более четкой. Хьюго набросал все на бумаге остро отточенным простым карандашом и снабдил рисунки подписями, сделанными изящным почерком. Начали доставлять материалы: терракотовую плитку, дубовые балки и мраморные плиты.

– Дорогая, честно говоря, все, чего мне хочется, это поужинать, выпить бокал вина и завалиться в постель, – сказал Пирс, когда они поднимались по ступеням. – У меня был чертовски долгий день. Я выехал в аэропорт прямо с заседания совета директоров.

– Разумеется. Остальное может подождать. Просто мне не терпится все тебе рассказать и показать. У меня масса планов. Хьюго помог мне придать проекту подлинный смысл. Мы не просто наведем тут красоту. Мы вернем сюда историю.

– И каким же это образом?

Пирс уже держался за горлышко «Кот дю Рон».

– Используя натуральные материалы. И старинные технологии.

– Это наверняка будет недешево.

– Да, но это того стоит. И на самом деле обойдется не настолько уж и дороже, потому что все и так дорого. Так почему бы нам не сделать все по уму? Ты так не считаешь?

– Раз уж взялся что-то делать, делай сразу хорошо, – ответил он, но в голосе его прозвучали напряженные нотки. – Так, кажется, говорят?

– Именно! – Она подошла к нему и обвила его шею руками. – Ох, до чего же здорово, что ты приехал! Я по тебе скучала.

Пирс небрежно чмокнул ее в макушку и потянулся за штопором, вывернувшись из объятий жены.

– Я тоже скучал. На работе, кажется, были не слишком рады тому, что я сваливаю на неделю.

– Но они же на это согласились? Три недели в офисе, одна здесь.

– Да, в теории, но, когда до них дошло, что меня не будет целую неделю, они сразу запели по-другому. Ладно, ничего, привыкнут. – Он отхлебнул вина. – Все равно у них нет другого выхода. И кто-то же должен оплачивать все эти грандиозные планы.

Лизмей против воли почувствовала себя немножечко задетой реакцией Пирса, но сказала себе, что он, наверное, просто устал с дороги. Вот проснется завтра утром и увидит, как все мало-помалу начинает обретать очертания, тогда заговорит совсем по-другому.

Не мог же он приревновать ее к Хьюго, которому она как женщина совершенно неинтересна.

Неделя промелькнула в мгновение ока. Пирс большую часть времени проводил за телефонными разговорами или отправлял факсы, так что времени помогать ей у него практически не было. Она хотела приступить к очистке маленького озерца, но он отнесся к ее идее без особого энтузиазма.

– Послушай, это грязная работа, а сейчас холодно. Давай отложим до весны.

Желанием познакомиться с Хьюго и Джерри он, судя по всему, тоже особенно не горел. Она хотела пригласить их на ужин в его последний вечер в