Операция «Лиссабон» - Валерий Георгиевич Шарапов

ты знаешь, я играю на кортах в теннисном клубе. Так вот, там в последнее время я стал замечать, что военный атташе посольства США Джон Нортон стал часто брать в партнеры вашего помощника военного атташе Сметанина. В перерывах они активно общаются. Я не слышал их разговор, но со стороны кажется, что Нортон явно доминирует, не встречая сопротивления. Обрати на это внимание.

Глава 10

К чтению книг Гена Сметанин не был приучен. В семье, где было восемь вечно голодных ртов, деньги на книги не тратили. В суворовском училище с жестким распорядком времени на чтение не хватало, да и особого интереса к тому не было. Лучше лишние полчаса подремать, чем портить глаза над мелким шрифтом. Другое дело учеба в Киевском высшем военном училище. Киев столичный город, много вузов, театров. Приходилось соответствовать, приобщаться к культуре. Вот тогда-то его и поразила одна книга, которую он перечел несколько раз. «Золотой теленок» Ильфа и Петрова. Похождения великого комбинатора, знавшего тысячи способов честного отъема денег, не воспринимались Геной как комедия. Наоборот, как учебник выживания. Чтобы добиться в жизни главного, надо уметь крутиться без устали, не переставая, порой нарушая правила. Сами эти способы не подходили Сметанину, не тот характер, но в книге был сформулирован смысл жизни, то, к чему надо было стремиться. Он помнил эту фразу наизусть: «Там внутри есть все: пальмы, девушки, голубые экспрессы, синее море, белый пароход, малопоношенный смокинг, лакей-японец, собственный бильярд, платиновые зубы, целые носки, обеды на чистом животном масле и, главное, мои маленькие друзья, слава и власть, которую дают деньги». Вот тогда-то в голову Гены засела мысль «мне нужен миллион». Теперь этим он мог оправдать любой поступок.

Служа в порученцах у начальника политотдела всего ГРУ при Генеральном штабе, он имел чуть больше информации об офицерах, ставших предателями. Его ошеломляли деньги, которые могли предложить западные разведки за секреты, содержащиеся в бумагах, к которым он, младший офицер при всесильном партийном генерале, также имел доступ. Шеф в узком кругу матерно ругал перебежчиков, ведь некоторых он лично знал. Только в этом потоке оскорблений Гена никак не мог уловить — он их кроет за предательство или за глупость, что попались. Суммы долларов настолько впечатлили Сметанина, что он завел тайный красный блокнот. В него он записывал секретные данные, до которых смог дотянуться, и рядом обязательно ставил цену, за которую он хотел бы их продать. Сначала это было как игра «Как скоро я смогу набрать материалов на миллион», потом он втянулся. Красный блокнот он тщательно прятал, понимая, что это его приговор, но в глубине души жила робкая надежда — вдруг найдется человек, который купит у него этот блокнот.

Офицерского оклада на жизнь хватало, но никак не приближало к заветной мечте. Больше получать можно было, если выехать в служебную командировку за границу. Память у Сметанина была отменная, поэтому французский язык, изучаемый в училище, ему дался довольно легко. Как-то он затеял разговор с генералом о своем будущем. Начальник был не против выдвижения Геннадия и готов поспособствовать его карьере, но есть серьезное препятствие — в их ведомстве в заграничные командировки отправляют только семейных офицеров. И когда начался процесс выдвижения его кандидатуры для заграничной командировки, Сметанин скоренько женился на молодой особе — вчерашней десятикласснице. Повезло, что Светлана оказалась понимающей девушкой, похожей на него. Они сразу по-деловому договорились, что она постарается уложить в постель куратора от контрразведки в Париже, чтобы можно было прикрыть ее махинации. Это не измена, а необходимость. Чтобы еще больше укрепить связь, получить большие послабления, она согласилась под контролем КГБ пойти на контакт с диссидентами. Ничего особенного, только дала себя уговорить перевезти в Союз несколько экземпляров эмигрантского журнала. Обо всем агент Зоя подробно докладывала куратору. И только мужу рассказала, что на нее вышел представитель французской контрразведки. У него Светлана приобрела задешево несколько бриллиантов, которые успешно перепродала в Москве, когда Сметанины ездили в очередной отпуск.

Получив деньги, сопоставимые с годовым окладом мужа, Светлана уже не могла остановиться. Она всерьез взялась за Геннадия. До конца командировки оставался год. Резидент ГРУ в Париже не допускал Сметанина до серьезных дел, а самому найти интересный источник информации не удавалось. Для успешной карьеры ситуацию надо было исправлять. Французскую контрразведку данные из красного блокнота не заинтересовали. Они оказались люди меркантильные и очень прижимистые. Их не волновали внутренние тайны советской военной разведки, им нужны были данные по активности КГБ и ГРУ исключительно во Франции и ее колониях. С источником информации для укрепления позиции перед начальством они помогли, а вот денег выделили совсем мало. Скряги, одним словом. Большую часть полученных от них денег Светлана потратила на бриллианты.

Вернувшись из Парижа, Сметанины, нагруженные подарками, навестили генерала Долинина.

— Геннадий Александрович! Ну зачем вы тратитесь? Мне совестно принимать от вас такие вещи, — притворно ворчал начальник, но от подношений не отказывался. Магнитофон японский последней модели, набор фарфоровой столовой посуды, несколько бутылок французского коньяка, швейцарские наручные часы, кое-что из одежды. Генеральша с замиранием сердца разбирала две тяжелые сумки заморских презентов. Будущее офицера теперь оказалось в надежных руках. Вскоре Геннадий получил очередное звание и стал слушателем Военно-дипломатической академии. Правда, попасть удалось только в группу, занимавшуюся португальским языком.

Светлана расчетливо поштучно реализовывала привезенное. Бриллианты буквально околдовали женщину. Она захотела, чтобы ей один крупный камень оправили в золотое кольцо. Нашелся по знакомым и ювелир. Мастер работал на заказ. Клиент по зарубежным каталогам ведущих ювелирных фирм выбирал модель, и умелец за очень хорошие деньги делал копии. Золото и серебро было в избытке, камни ему привозили с Урала, вот с бриллиантами была проблема. Так что Светлана в его лице нашла хорошего оптового покупателя. Это безопаснее, чем иметь дело с отдельными московскими барыгами.

После окончания академии подполковник Сметанин получил назначение помощником военного атташе в Лиссабон. Красный блокнот понемногу пополнялся записями. Пока впрок.

Освоившись на новом месте службы, подполковник Сметанин решил не доводить ситуацию до крайности, как это получилось во Франции. Правда, в Португалии не было официальной службы контрразведки, заинтересованной в выявлении шпионской сети советской разведки в стране. Оставалось идти торговаться с американцами. Выявить коллег — немногочисленных сотрудников внешней разведки — не представляло особого труда. Помещения резидентур КГБ и ГРУ находились неподалеку, формальные и неформальные контакты были налажены. Уже через несколько месяцев Геннадий знал поименно коллег из КГБ и даже составил на них краткие характеристики. План выхода на ЦРУ