Другой Холмс. Часть 3. Ройлотт против Армитеджа - Евгений Бочковский

Сэр Уилфред Таккерс, судья: Мистер Файнд, потрудитесь объяснить ваши слова!

Мистер Файнд, адвокат: Милорд, приношу свои извинения! Я неправильно выразился. Среди предметов, собранных нашей стороной для процесса, в герметичном ящике находится совершенно безобидный экземпляр подобного пресмыкающегося. Естественно, не ядовитого. Я сказал «где-то», потому что не вижу своего помощника… Мистер Норрис, отзовитесь!

В глубине зала со своего места приподнялся какой-то человек. Приподнялся, а не спустился, потому что был одним из тех немногих, кто продолжал сидеть. Придерживая одной рукой что-то вроде ящика или коробки, другую руку он поднял вверх и отозвался: «Я здесь!»

Сэр Уилфред Таккерс, судья (Холмсу): Мистер Холмс, предложенный эксперимент хоть и неожиданность для всех нас, но, думаю, может оказаться весьма полезным. Избавьте уже скептиков от их сомнений. (Адвокату истца) Приступайте к вашему испытанию.

Невозможно описать охватившее весь зал волнение. Многие, едва усевшись, вновь повставали со своих мест, чтобы лучше рассмотреть приготовление к трюку. Как только мистер Норрис открыл свой ящик, послышались фразы «А она не сбежит?», «Вам же сказали, не ядовитая» и т. п. Мистер Холмс взирал на все это с трибуны свидетеля с лицом оскорбленного артиста, обнаружившего в своем контракте обязательные благотворительные выступления.

Мистер Файнд, адвокат: Мистер Холмс, для чистоты эксперимента и приближения его условий к реальным, то есть описанным вами, мой помощник усядется на этот стул и посадит змею себе на голову.

Сэр Уилфред Таккерс, судья: Думаю, было бы вполне достаточно разместить ее на стуле, но, впрочем, если мистер Холмс не возражает…

Мистер Холмс, тем временем, не только не возражал, но и, пребывая в некоторой растерянности, не заметил, как вездесущий мистер Файнд всучил ему плеть в руки.

Мистер Файнд, адвокат: Действуйте, мистер Холмс! Вот вам все карты в руки. Подойдите на любое удобное вам расстояние.

Мистер Норрис уже уселся на плетеный стул, возможно, тот самый, из комнаты доктора Ройлотта, хотя об этом ничего не говорилось. На голове у него происходило что-то непонятное, похожее на непослушную прическу, и мистер Норрис пытался навести там порядок. Во всяком случае, руки его постоянно были заняты макушкой, что-то подправляли и приглаживали. Мистер Холмс сделал замах, но замер.

Мистер Файнд, адвокат: Что-то не так?

МистерХолмс: Всё не так! Там был покойник, которому уже нельзя было повредить. Тут же передо мною живой человек. Вы предлагаете мне хлестать его плетью по физиономии?

Мистер Файнд, адвокат: Напрасно вы так переживаете, мистеру Норрису хорошо заплачено. Но, если вас это так смущает… мистер Норрис, прикройте лицо руками!

Мистер Норрис (растроганно хихикая на манер любителей котят и попугайчиков): Не могу! Наша подружка неугомонна и пытается удрать, приходится ее придерживать! Валяйте, мистер Холмс, не бойтесь меня задеть. Здесь не нужен сильный удар. Надо легонечко и аккуратненько…

МистерХолмс (негромко в сердцах): И в этом балагане я вынужден участвовать!

После чего снова сделал замах и снова опустил руку.

Мистер Норрис: Мистер Холмс! Нужно как бы незаметно… чтобы не спугнуть!

Мистер Холмс: Вы соображаете, что говорите?! Если эта тварь смотрит на меня, как это сделать незаметно?!

Сэр Уилфред Таккерс, судья (роняя изо рта карандаш): Я понял! Мистер Холмс, отвлекайте ее одной рукой, а другой набрасывайте плеть! Вот так! (Показывает со своего места)

Мистер Холмс (в сердцах): Милорд! Хоть вы-то…

Сэр УилфредТаккерс, судья: Отвлекающую руку сожмите в кулак и разгибайте пальцы по очереди. Один, два, три… пока она считает пальцы, она не опасна! Вы как бы гипнотизируете ее! Смелее!

Слышен возглас из зала «Кто так ловит змей! Слушайте цветовода Таккерса!»

Мистер Норрис: Движение должно быть как бы сбоку, чтобы оно не попало в поле ее зрения!

Мистер Холмс: А она и впрямь не опасна?

Мистер Норрис: Мистер Холмс, уверяю вас, это уж.

Мистер Холмс: Это уж что? Договаривайте, не стесняйтесь!

Мистер Норрис: Нет. Это такой вид змей. Называется «Уж». Он безобиден.

Мистер Холмс: По настроению?

Мистер Норрис: Вообще.

Мистер Холмс: Допустим. Сколько у меня попыток?

Сэр Уилфред Таккерс, судья: Сколько хотите. Только прошу вас, приступайте уже. Не затягивайте процесс.

Наконец, мистер Холмс решился. Это стало ясно из его позиции. Он подошел еще ближе, широко расставил ноги, чуть согнул их в коленях, позой напоминая седока на лошади. Свободную руку он, презрев совет его светлости, отвел за спину словно фехтовальщик. Воцарилась полнейшая тишина.

Лицо у мистера Норриса сделалось сморщенно-зажмуренное и немножко плаксивое. Было видно, что этот мужественный человек хоть и не испуган, но все же практически не сомневается, что получит неизбежный удар по лицу, а может, и не один. Его решимость принять на себя самые неудобные издержки эксперимента ради установления истины не могла не восхищать. Мистер Холмс сделал зверское лицо и совершил бросок. Уже по начальной фазе траектории было видно, что он неверно рассчитал расстояние. Плеть перелетела через голову мистера Норриса и опустилась на его спину, словно розга или учительская линейка в наказание шкодливому ученику. Раздался всеобщий вздох разочарования, а кое-где и смех. Мистер Холмс, повернувшись к судье, решительно поднял руку.

Мистер Холмс: Тренировочный выстрел! Мне необходимо было размяться.

Сэр Уилфред Таккерс, судья: Конечно, конечно.

Мистер Холмс: Если помните, в Сток-Моране перед тем, как я ворвался в комнату к доктору Ройлотту, мне пришлось в качестве разминки целую минуту хлестать эту тварь тростью на шнуре. Сейчас у меня нет такой возможности.

Сэр УилфредТаккерс, судья: Никто и не спорит с вами, мистер Холмс. Попробуйте еще.

Следующая попытка произвела на собравшихся куда более яркое впечатление. Петля на конце плети обвила правое ухо мистера Норриса. Потянув плеть на себя, мистер Холмс затянул петлю и развернул голову мистера Норриса на четверть оборота лицом к публике. Встретившись на мгновенье с изумленным взглядом мистера Норриса, зрители начали было смеяться, но с первых рядов послышался дикий визг, так как оттуда хорошо разглядели, что змея с головы мистера Норриса шлепнулась на пол и быстро поползла в их сторону.

Мистер Норрис попытался вскочить, вероятно, для поимки своей питомицы, но тут же снова хлопнулся на стул, так как мистер Холмс, (скорее все же машинально) продолжал сжимать в руках плеть и удерживать, таким образом, мистера Норриса за ухо подле себя. В итоге змею поймал мистер Файнд. Рукой за хвост.

Сэр Уилфред Таккерс, судья (громко): Требую тишины! Прошу всех вернуться на свои места.

Шум понемногу стих. Пока все рассаживались, мистер Норрис сумел договориться с мистером Холмсом, и они сообща освободили мистера Норриса из плена.

Сэр Уилфред Таккерс, судья: Думаю, с этой затеей можно заканчивать.

Мистер Диффендер, адвокат (в сильнейшем раздражении): Милорд, наша сторона, как вы заметили, все это время не вмешивалась в это безобразие, позволив коллеге развенчать самого себя собственной глупейшей причудой… Однако, вы правы, нет смысла затягивать этот фарс. Хотя бы потому, что актриса, выбранная на роль змеи доктора Ройлотта, не соответствует качествам своего прообраза в силу своей безграмотности.

Сэр Уилфред Таккерс, судья: Это как?

Мистер Диффендер, адвокат: Я хочу сказать, что животное, которое предоставила суду для своих игрищ сторона мистера Ройлотта, не получило соответствующего образования, проще говоря, оно не дрессировано. Тогда как гадюка покойного доктора была образцово вышколена.

Мистер Файнд, адвокат: Что еще за фантазии?!

Мистер Диффендер, адвокат: Наличие петли на плети никак иначе не объяснить. Для чего она, если не для этого? Змея была выдрессирована до такой степени, что, едва к ней подносили плеть, сама просовывала голову в петлю.

Мистер Файнд, адвокат (ехидно): Очевидно, она и шипела на мистера Холмса от нетерпения, желая, чтобы ее поскорее засунули в ящик.

Сэр УилфредТаккерс, судья: Вы допускаете такой довод, мистер Холмс? В смысле,