Натрия Хлорид - Юсси Адлер-Ольсен

— Навязчивые идеи? — Карл посмотрел на Розу, которая стояла и кивала.

— Да, идеи. Иначе она бы не стала говорить про собственного отца, что он истязал её в детстве, верно? Что он засовывал в неё вешалку для одежды, когда она капризничала — не стала бы ведь? — Она повернулась прямо к Карлу и крикнула это еще раз, так что слюна брызнула ему на пиджак.

— Про собственного отца такого ведь не говорят, правда же?!

Сообщение передал им Асад, пока они ехали обратно к Тегльхольмену. — На стройплощадке в Скевинге нашли еще два трупа, Карл.

Значит, они с Маркусом были правы: там было больше одного тела. — Свежие или…?

— Нет. Оба тела пролежали там гораздо дольше года.

— И такие же изувеченные, как Рагнхильд Бенгтсен?

— Нет. В этом плане тела не повреждены, но из-за того, что они так долго находились в земле, отчет мы получим только через несколько дней. Их на самом деле уже отвезли в судмедэкспертизу.

— Ну вот! Значит, от этого дела мы так просто не отделаемся, — проворчала Роза на пассажирском сиденье. Она всё еще выглядела так, будто больше всего на свете хотела отколошматить ту мегеру, которая только что грубо её оскорбила.

— Может быть, а может и нет. Всё будет зависеть от того, есть ли красная нить, связывающая эти два тела с Рагнхильд Бенгтсен, — сказал Карл.

— Черт возьми, Карл, именно поэтому мы от этого дела и не отвязаться, — сдавленно произнесла Роза. — Потому что, конечно же, между этими убийствами есть какая-то связь, а значит, есть и красная нить, в которой нам теперь предстоит запутаться, а потом мучительно из неё выбираться, ясно? Может, попросишь Маркуса, чтобы он натравил на это дело кого-нибудь другого, а нам дал спокойно работать над своим? Наше и без того достаточно запутанное, уж поверьте. Разве мы не сидим в отделе нераскрытых старых дел? А тут у нас убийства, где последнее тело едва остыло. Это вообще не по части Отдела Q, так ведь?

— Роза, замолчи на секунду, я думаю.

Карл смотрел на дорогу. Где-то в этом сером, истерзанном зимой ландшафте среди полей и ферм наверняка нашёлся бы человек, выгуливавший собаку, который заметил машину, украдкой пробиравшуюся в сторону Скевинге, — не подозревая, что та везла труп, чтобы закопать его в темноте. Где-то в окрестностях Копенгагена наверняка был кто-то — а то и несколько человек, — кто удивлялся тому, как женщины вроде Табиты и другие женщины примерно того же возраста находили дорогу в свой клуб. Где-то…

— Пока мы не бросим все силы на установление личностей других трупов, мы вряд ли сможем решить, над чем нам стоит или не стоит работать в Отделе Q.

Он не слышал, как она вздохнула, но она наверняка это сделала.

— Я узнал кое-что про MAC Палле Расмуссена из NC3 всего час назад, и уже сейчас могу сказать, что у нас будут проблемы, — сказал Гордон, когда они вернулись.

— Почему?

— Потому что они по уши в работе, а еще потому, что диск стерт довольно основательно.

— Черт возьми, ты мог хотя бы спросить их, считают ли они вообще, что на диске могут быть доступные файлы?

Он выглядел виноватым.

— Можешь надавить на них еще раз, Гордон, причем прямо сейчас. Нам нужно восстановить удаленные файлы. Скажи, что мы прекрасно понимаем, как они загружены, но что здесь вопрос жизни и смерти.

Гордон замялся. — Карл, не перебор ли это? Мы ведь не можем…

Карл остановил его жестом руки и повернулся к Асаду.

— Ты сегодня подозрительно тихий, Асад. Что-то случилось?

— Карл, я думаю, мне скоро придется уйти из полиции.

В помещении стояла такая тишина, что слышно было бы даже упавшую иголку, если бы не приглушенный шелест, доносившийся с залитой дождем парковки.

Взгляд Карла встретился со взглядом Асада. В карих глазах не было искры, обычно пышущие здоровьем щеки под щетиной стали совсем серыми.

— Нет, черт возьми, Асад, ты этого не хочешь. — Карл сам почувствовал, что тон его стал слишком властным и решительным.

Зрачки Асада сузились — плохой знак. — Теперь PET (Служба разведки полиции) вызвала всю семью на собеседование перед Рождеством, потому что мы не заполнили анкету, Карл. И Рония пригрозила вернуться в Ирак, это полное безумие. Она и Марва спорят весь день и плачут. Нелла сидит в комнате Алфи, она не проронила ни слова, совсем как её брат. Вот почему я должен уйти из полиции, Карл. Я не могу рисковать тем, что моя семья распадётся, правда ведь? Разведка не должна нас сломать.

Они заметили, что Роза встала, только когда она захлопнула за собой дверь в коридор. Она вышла, не проронив ни слова, но не прошло и нескольких секунд, как они услышали её крик — она вопила там, словно обезьяна-ревун на раскаленных углях. Хотя здание на Тегльхольмене, куда они переехали, было новым и солидным, стены определенно могли бы иметь лучшую звукоизоляцию.

Прошло три минуты, и она вернулась.

— Маркус понял ситуацию, — сказала она, лицо её дрожало от разочарования и гнева. — Он немедленно едет в PET. Он это остановит, Асад.

Карл повернулся к Асаду, который стоял как вкопанный, глядя в пол.

— Давай попробуем двигаться дальше, а тем временем позволим Маркусу уладить дела за нас? — Карл положил руку ему на плечо. — Все будет хорошо, так что забудь об этом пока, Асад. — Карл попытался слегка подбодрить его пожатием плеча. — У тебя есть новости для нас? Хоть что-нибудь.

Кудряш из Отдела Q глубоко вздохнул и поднял взгляд — словно в замедленной съемке. Карл никогда не видел его таким.

— Я посмотрел те клипы, которые были в конце DVD Рагнхильд Бенгтсен, и не вижу между ними никакой связи, кроме того, что они крайне жестокие и происходят на улице. — Он провел кончиками пальцев по глазам, словно проверяя, не плакал ли он, но слез не было. — Когда изучаешь нападения из записной книжки Табиты, вырисовывается схема: они, как правило, совершались на улице, прямо как тогда, когда Рагнхильд Бенгтсен убила Табиту. Больше я из этого ничего не извлёк.

Карл кивнул. Конечно, это могло показаться пустой тратой времени Асада, но сейчас лучше было позволить