Признание в убийстве - Лия Миддлтон

Каждый из них мельком осматривает ее сверху донизу, прежде чем пройти. Она ждет, нетерпеливо постукивая носком туфли по земле и обхватив себя руками. Но последний в группе, молодой парень, который выглядит здесь неуместно, – останавливается, показывает жестом, что пропускает ее внутрь.

– После вас, – говорит он, придерживая дверь открытой.

– Спасибо, – отвечает Эмилия с улыбкой.

Но как только она встречает взгляд его светло-голубых глаз, мертвое лицо Райана всплывает в памяти.

Она проскальзывает в теплое помещение бара, в котором теснятся тела посетителей.

– На здоровье, – говорит парень, оборачиваясь на нее. Но она не осмеливается еще раз взглянуть ему в лицо. На нее посмотрит Райан.

Эмилия сканирует бар, изучая расположение туалетов, пожарного выхода, лестницы в другой зал на втором этаже. Сознание автоматически выстраивает план побега. Что, если они здесь? Смотрят на нее прямо сейчас? Она в опасности?

Пространство заполняется, каждый столик занят, люди стоят во всех свободных местах между ними. Она проверяет каждое лицо, проходя сквозь толпу, проталкиваясь или проскальзывая между телами: какие-то из них ждут напитка, другие просто стоят там, где смогли найти себе место. Атмосфера напоминает электрический заряд. Год назад Эмилии бы понравилось такое. Она бы питалась этим ощущением в воздухе, окружала себя друзьями, смеющимися и поющими в ночи. А теперь? Та же атмосфера пульсирует угрозой, плотной и тяжелой, давящей.

Она добирается до бара и поворачивается, облокотившись на стойку, чтобы осматривать пространство. Ближайший к ней мужчина поворачивает голову и оценивающе глядит на нее, его глаза горят, скользя по ее телу к ногам и обратно вверх. Она бросает кроткую обезоруживающую улыбку. Он тут же отворачивается, зовет бармена и ведет себя так, как будто никогда и не смотрел в ее сторону.

Эмилия прикусывает губу, разочарованно опустив голову. Зачем она ему улыбнулась? Зачем ей это делать? Чтобы угодить? Чтобы отказать? Чтобы убедиться, что она его не разозлила? Так пыталась делать Софи? Она молчаливо потакала Райану, когда нужно было ответить возмущением? Жестоко дать отпор?

«Нет. Не думай о Софи».

«Не думай о Райане».

– Могу я вас угостить чем-нибудь? – спрашивает мужчина, наклоняясь к ней.

– Нет, спасибо, – говорит она, даже не глядя в его сторону. Вместо этого Эмилия разворачивается и наклоняется к бармену: – Можно джин с тоником, пожалуйста?

– Скоро будет! – отвечает он.

Она ждет, демонстративно не обращая внимания на мужчину. Ноги дрожат, энергия пульсирует внутри нее.

– Держите, – бармен ставит напиток прямо перед ней. Эмилия открывает свою сумочку и шлепает десятифунтовую купюру на барную стойку.

– Спасибо, – говорит она, быстро отворачиваясь, чтобы осмотреть толпу в последний раз, прежде чем направиться к выходу. Внутри его нет. А сидеть в баре – это то же самое, что напрашиваться на неприятности. Вызывать вопросы.

Холодный воздух ударяет ее, когда Эмилия выходит наружу. Она резко вдыхает, неуклюже натягивает свое пальто, держа напиток то в одной, то в другой руке.

Она неторопливо двигается от дверей через столпотворение людей на улице и направляется вправо к скамейкам, выстроенным вдоль одной стены паба. Здесь собралось больше посетителей, поэтому она проходит мимо них, методично просматривая лица. А когда доходит до последней скамейки, ее медленно угасающее воодушевление просыпается: это он?

Да.

Там, за скамейками, где несколько людей стоят отдельно от толпы – кто-то пялится в свой телефон, другие согнулись над сигаретами, – находится мужчина с фотографии. Харрис Китон. Следующая жертва.

Кто он? Почему они выбрали его? Он омерзительный, жестокий человек? Опасный? Он выглядит так же, как и любой другой мужчина, проводящий этот вечер четверга за напитком и весельем с друзьями. Но они – мужчина и женщина – поспорили бы, что именно это и делает его опасным. Вот что помогает мужчинам вроде и него, и Райана, и Грегори, и всех остальных быть незаметными у всех на виду.

Эмилия делает успокаивающий вдох, выпрямляет спину, опускает плечи.

Она может сделать это.

Ей придется сделать это.

Быстро выдохнув, она направляется к нему, затем замедляется, как будто бы естественно останавливаясь всего в нескольких шагах от него.

Она украдкой посматривает на Харриса боковым взглядом. Но он не глядит в ее сторону. Он что-то читает – пролистывает какой-то сайт.

Эмилия открывает сумочку и достает из нее сигареты, которые заранее купила в магазине на углу. Она вытаскивает одну из пачки. Та странно ощущается между пальцев, напоминая ей университетские вечера, вкус табака во рту, спешку, запах на одежде и волосах на следующее утро.

Эмилия легонько кашляет, приготовившись. Но паника начинает брать верх над ее голосом. Слова, которые были уже наготове, сформулированные, застревают в горле.

– Извините? – выдавливает она сквозь сжатые зубы.

Он поднимает голову, на мгновение встречается с ней взглядом, прежде чем оглянуться и убедиться, что она не обращается к кому-то еще.

– Да? – отвечает он, его брови вопросительно изгибаются.

– Можно одолжить зажигалку? – спрашивает Эмилия, пытаясь звучать мягко. Она поднимает свою незажженную сигарету.

– Конечно.

Но он не двигается ей навстречу. Он прочно стоит там, где и был, наклонив вперед подбородок.

Она приближается к нему в два коротких шага и ждет, пока он вытащит зажигалку из внутреннего кармана своего темно-синего костюма, сшитого на заказ. Та вспыхивает, и он машет, призывая наклониться ближе. Эмилии уже хочется сбежать, что-то в нем и его выжидающем взгляде вызывает у нее мурашки отвращения. Но она не может убраться отсюда. Она должна уйти с этим мужчиной – отвести его к себе домой. Все внутри скручивает, Эмилия встречается с ним взглядом и берет сигарету между сжатыми губами. Она медленно наклоняется к нему с легкой улыбкой, не отрывая взгляда. Сигарета загорается, и она глубоко вдыхает, сдерживая кашель, который так и рвется из нее после стольких лет, проведенных без курения. Вместо вздоха она выдыхает дым с таким видом, будто это величайшее удовольствие.

– Спасибо, – ласково говорит она, глядя на него краем глаз. – Мне это было необходимо.

– Угощайтесь, – говорит он.

Они стоят рядом друг с другом в тишине, оба рассматривают покрытое облаками ночное небо.

– Там внутри было так людно, – говорит Эмилия, прерывая молчание, пока оно не стало слишком неловким и не вызвало у него желание найти причину и уйти. – Я искала глоток свежего воздуха.

Она бросает взгляд на сигарету и изображает ироничную улыбку.

– Забавно, да, – произносит он с тихим смешком. – Хотя… И я. Нужно было сбежать от кучи дел на минутку.

– Они вам не нравятся?

Он замирает, смотрит в противоположную от нее сторону, а потом вниз, на свою ногу, которой ковыряет дорожку.

– Нет, мне нравятся… Просто… Проводишь