Мы сотрем ваше прошлое - Анита Гамильтон

— Я пока не снимаю кольцо, — сказала она наконец. — Но это не значит, что все нормально. И не значит, что я простила тебе Маттео. Я вообще понятия не имею, что теперь между нами.

Генри некоторое время смотрел на нее, а потом предложил пока никак это не называть. Никаких новых пунктов, приложений и определений. Люси подумала и решила, что впервые за последние недели предложение Сноу не требует консультации юриста.

— Ладно. Но можешь уже перестать стоять там как наказанный школьник. Это нервирует.

— Это разрешение приблизиться?

— Это разрешение не бесить меня с расстояния трех метров.

Генри подошел медленно, оставляя ей достаточно времени, чтобы передумать. Остановился рядом и все равно не прикоснулся. Люси посмотрела Генри в глаза, перевела взгляд на его открытую ладонь и сама сделала шаг, вкладывая пальцы в его руку. На секунду вернулось неприятное знание о том, на что способны эти пальцы, но следом пришло другое воспоминание — как вчера эта же рука оттолкнула ее за спину, закрывая от пистолета. Оба были правдой, и выбирать между ними Люси пока не собиралась.

Пальцы Генри осторожно сомкнулись вокруг ее ладони.

— У вас холодные руки.

— Четыре часа в воде.

— Я мог бы найти более квалифицированного подрядчика.

Люси подняла голову.

— Попробуйте.

— Даже не подумаю.

Они просто стояли посреди бывшей нарколаборатории, держась за руки в окружении бочек, химикатов и тухлой рыбы. Для первого почти настоящего разговора об отношениях место было настолько отвратительным, что даже подходило им идеально.

Люси уже собиралась сообщить Генри именно это, когда дверь ангара распахнулась и внутрь быстрым шагом вошел Блэйз. Телефон он держал в руке, а выражение его лица не обещало ничего хорошего. Люси хватило одного взгляда, чтобы понять: нормального завершения разговора им сегодня не выдадут.

— Шеф, у нас проблема.

Люси тяжело вздохнула, отпустила руку Генри и потянулась за респиратором.

— Конечно. А я уже испугалась, что у нас начался нормальный день.

Глава 28. Дело

Nothing But Trouble — Phantogram

Блэйз остановился в нескольких шагах и посмотрел сначала на Люси, потом на Генри. Этого короткого движения глаз хватило, чтобы она поняла: говорить при ней он не собирается.

— Нет. Даже не начинайте, — Люси сняла респиратор и ткнула в обоих пальцем. — Вот это ваше мужское «у нас проблема», после которого вы уходите в соседнюю комнату, закрываете дверь и возвращаетесь с новым трупом, портом или международным скандалом. Я уже знакома с процедурой.

— Люси…

— Особенно вы.

Генри промолчал. Блэйз протянул ему телефон, тот быстро пробежал глазами сообщение, и лицо осталось прежним, но челюсть заметно напряглась. Люси слишком долго за ним наблюдала, чтобы пропустить такую мелочь. Генри спросил, насколько срочно. Оказалось — сейчас, машина уже ждет снаружи. Он вернул телефон Блэйзу и повернулся к Люси, будто собирался что-то объяснить, но вместо этого спросил, сколько ей еще нужно времени на уборку.

— Часа два. Если эта рухлядь окончательно не сдохнет и инспекторы не решат приехать раньше.

— Я вернусь до шести.

— Необязательно.

— Я сказал, что вернусь.

— А я сказала, что не обязательно. Видите, как прекрасно работают наши новые отношения без контракта?

Уголок его рта дрогнул. Генри явно хотел подойти, но после их разговора все еще не был уверен, стоит ли, а Люси решила не облегчать ему жизнь второй раз подряд и натянула респиратор обратно. Пусть немного помучается. Для человека, способного купить половину европейской портовой инфраструктуры до завтрака, неопределенность была даже полезна.

— Идите спасать капитализм, мистер Сноу. Мне работать надо.

Генри кивнул и направился к выходу. Блэйз пошел следом, но возле двери задержался и обернулся.

— Не уходите одна, мэм.

Люси нахмурилась.

— Это еще почему?

— Просто не уходите.

— Обожаю ваши подробные инструкции.

Ответа она не получила. Дверь закрылась, оставив ее одну среди бочек, шлангов и химического запаха. Люси посмотрела вслед мужчинам, после чего сообщила пустому ангару, что фраза «не уходите одна» совершенно точно входит в первую десятку самых успокаивающих вещей, которые можно сказать женщине в бывшей нарколаборатории. Экстрактор загудел в ответ, и Люси вернулась к стене.

Следующие двадцать минут прошли почти хорошо. Она считала проходы щетки, меняла раствор, проверяла pH и старательно не думала ни о Маттео, ни о Генри, ни о загадочном сообщении, которое заставило Блэйза выдернуть его из ангара. Химия снова оказалась единственной частью ее жизни, которая вела себя по инструкции: неправильная концентрация давала осадок, правильная — растворяла грязь, и никто из реагентов не пытался одновременно жениться на ней и скрыть международное преступление. Когда телефон завибрировал в кармане комбинезона, Люси проигнорировала его. Через несколько секунд он завибрировал снова.

— Если это поставщик перчаток, я его убью.

Она выключила экстрактор, стащила одну перчатку зубами и достала телефон. На экране высветилось имя Макларена. Конечно. Для полного комплекта ей сегодня не хватало только детектива Стьюарта Макларена с очередной лекцией о незаконной парковке, сомнительных знакомствах и британцах, которых приличным людям следовало обходить стороной.

— Если вы звоните узнать, не обнаружила ли я случайно еще один труп, то нет. У меня обеденный перерыв.

— Люси, где ты?

Она перестала улыбаться. Макларен никогда не начинал разговор так. Обычно сначала шла лекция, потом раздражение, еще одна лекция, и только после этого он вспоминал, зачем вообще позвонил.

— На работе.

— Где именно?

— В Роттердаме. Стью, что случилось?

— Сноу рядом?

Люси посмотрела на закрытую дверь ангара.

— Нет. Уехал несколько минут назад. Теперь ты мне скажешь, что происходит?

В трубке шумно выдохнули.

— Ты одна?

— Если не считать нескольких литров токсичных отходов — совершенно.

Тишина.

Люси нахмурилась. Обычно на этом месте Стью хотя бы фыркнул.

— Макларен.

— Проверь, что тебя никто не слышит.

Она медленно оглядела пустой склад.

— Дверь закрыта. Генри нет. Людей нет. Камер, направленных мне прямо в рот, тоже не наблюдаю. Достаточно?

— Люси, я серьезно.

Вот теперь она окончательно насторожилась.

— Я тоже уже перестала шутить. Что случилось? — Люси сняла вторую перчатку и прислонилась бедром к какому-то столу. — Говори.

— Помнишь, я говорил, что пытаюсь выяснить, кто такой Сноу? Сегодня утром мне открыли доступ к его делу.

— Какому еще делу?

— Федеральному.

Люси нахмурилась. Она почему-то ожидала чего угодно — нового расследования по Роттердаму, проблем с таможней, очередного запроса по «Криминальному блеску», — только не этого.

— У Генри есть федеральное дело?

— Его ведут уже несколько лет. Несколько расследований закрывали, объединяли, передавали между отделами. Финансовые преступления, подставные компании, отмывание денег, контрабанда, порты, международные переводы. Есть люди, которые работали с