Люди и звери - Александр Трусов

и, обступив со всех сторон, интересовались, сколько им осталось до «дембельского» приказа. Если он не знал или ошибался хотя бы на день, его переворачивали вверх ногами и строго вертикально опускали несколько раз вниз головой, так, чтобы он коснулся макушкой пола. Иногда опускали на подушку. Это было не больно, скорее смешно. Но очень позорно. Весть о том, что тебя «поставили на уши» моментально разносилась по всей части. А после приказа о демобилизации уже «молодые» имели право «ставить на уши» своих «стариков». Вот тогда-то и начиналось настоящее веселье.

– Терпеть не могу, когда мужчина начинает предаваться своим армейским воспоминаниям, – Татьяна взглянула на меня с укором. – Армейские будни не интересны женщине, впрочем как и мужчины, которые не понимают, что же на самом деле ей интересно.

– Не разочаровывай меня. Ты ведь не такая как все.

– Брось! – она снова повернулась к компьютеру. – У женщин все одинаковое. Как будто ты за свои сорок лет так этого и не выяснил.

– Не могу понять, – я демонстративно уселся в дальнем углу дивана. – Фамилия «Жданович» вроде бы как еврейская, хотя имя и отчество у нашего помощника вице-губернатора самые что ни на есть немецкие.

– «Волович», «Жданович»! Какая разница! Это белорусские фамилии. Или ты считаешь, что я тоже еврейка?

– Не записывай меня в антисемиты.

– А кто ты есть? – она повернулась ко мне. – Или ты думаешь, что я не вижу, как ты озабочен вниманием иудеев к своей персоне?

– Если ты называешь вниманием попытку убийства…

– Почему ты решил, что они сделали это на национальной почве? И с чего ты взял, что это были евреи? Только потому, что они назвали тебя гоем? Я могу тебя назвать тысячу раз гоем или десять тысяч раз геем, но на мою национальность это никак не повлияет.

– В наше время уже не знаешь, от кого ждать большего зла. От тех, кого раньше обвиняли в расизме и угнетении национальных меньшинств, или от самих угнетенных. В вашем всепрощенчестве в угоду канонам православия и сложившимся политическим реалиям вы идете на любую крайность, чтобы вас, не дай бог, не заподозрили в национальном шовинизме. Иначе расценят это как повод для войны против очередной Чечни, Грузии или, не дай бог, Украины или Китая. Вот уж действительно, «вот Бог ваш».

– Что ты сказал? – она замерла над столом. – Повтори.

– «Вот Бог ваш».

– Где ты это слышал?

– Там же, в лесу. От твоих «неевреев». Это что-то значит?

– Значит. По крайней мере, для меня. Несколько лет назад я сделала пару сюжетов о попытке провести в Санкт-Петербурге акцию секты «Евреи за Иисуса». Хочешь верь, хочешь нет, но свою кампанию они проводили именно под лозунгом «Вот Бог ваш». Так вот, чтобы ты знал. Эти сектанты никакого отношения к евреям не имеют. По крайней мере, к настоящим евреям. Все еврейские организации города тогда выступили против того, чтобы этой секте разрешили свою агитацию в Санкт-Петербурге. А до этого они проводили акции в Москве, Минске и на Украине. «Евреи за Иисуса» придерживаются основных постулатов христианства и занимаются прежде всего тем, что привлекают истинных евреев в члены своей общины. Одно из главных положений их религиозной доктрины заключается в том, что Иисус Христос действительно Сын Божий, а человек может спастись только лишь благодаря вере в него.

– Ну и что в этом плохого? Человек за свою короткую жизнь успевает сделать так много гадостей, так какая разница, где искать спасения его душе?

– Ты не понимаешь, насколько для верующих евреев свято истинное отношение к иудаизму. Ты когда-нибудь слышал о движении «Мусульмане за Иисуса»? Или чтобы моджахедов или исламистов приобщали к христианству? Нет? Так почему люди, исповедующие другую религию, должны добровольно отказываться от своей веры? Другое дело, что «Евреи за Иисуса» мастерски используют отдельные положения иудаизма, скрывая за ними истинную свою сущность. К твоему сведению, синагога не признает евреями тех, кто поддался на пропаганду сектантов. Хотя с точки зрения принадлежности к той или иной национальности эти люди по-прежнему остаются евреями.

– По-моему, тебе излишне близка эта тема. Может, фамилия «Волович» не такая уж и белорусская?

– Послушай, Мальцев, – она поморщилась. – Оставь, пожалуйста, свои ментовские замашки. Профессия журналиста не менее грязная и продажная чем твоя, так что не заставляй меня в очередной раз это доказывать.

– Прости, я просто неудачно пошутил, – я вынужденно извинился, снова раздражаясь из-за отсутствия у нее чувства юмора. Впрочем, может она и права, и мой так называемый юмор не более чем болезненное следствие злого цинизма. – Я действительно не понимаю, в чем разница.

– Христианство предполагает триединство Бога. Оно основывается на вере в Иисуса, как сына Божьего, а это противоречит иудаизму. К тому же, как бы глупо это не звучало, еще одно отличие заключается в том, что «Евреи за Иисуса» признают евреем каждого, кто таким является по происхождению, тогда как иудаизм предполагает, что еврейство зависит исключительно от религиозных убеждений еврея.

– Значит и еврей может быть гоем? – думая о своем, я гладил по голове забравшуюся ко мне на колени таксу.

В это время зазвонил телефон. Татьяна подняла трубку, что-то ответила и недоуменно повернулась ко мне.

– Это тебя.

Я согнал собаку, нехотя поднялся с дивана и подошел к телефону.

– Слушаю.

– Александр Викторович?

Голос в трубке заметно картавил.

– Да.

– У вас есть одна вещь, которая вам не принадлежит. Верните ее.

– Кто это? Откуда у вас этот номер?

– Ответ на первый вопрос вам знать ни к чему. А на второй попробуйте ответить сами. Только потом. А сейчас слушайте меня внимательно. Через полчаса вы должны выйти из дома, в котором сейчас находитесь, взять такси и доехать до спуска к Неве, расположенного за Зимним дворцом. Там вы отпустите машину и останетесь ждать у лестницы. В 20 часов возле вас остановится автомобиль, после чего вы передадите вещь тому, кто будет сидеть за рулем. Надеюсь, вам все ясно.

– Я не собирался выходить сегодня вечером. Прогулки в такую погоду вредны для моего здоровья.

– Если вы не выполните то, что от вас требуют, вашему здоровью может