Рапсодия Богемской - Елена Дорош

Щель расширилась, и вслед за лицом появилась круглая голова на крепеньком теле с внушительным пузцом.

— Позвольте представиться — Иванцов. Илья Денисович. Генерал от инфантерии.

— Богемская. Нонна Викентьевна. Циркачка в отставке.

— Польщен. Так что? Составите компанию двум временно дисквалифицированным со второго этажа?

— С удовольствием, генерал. Дверь придержите?

Откинув одеяло, Нонна ловко перепрыгнула в больничную инвалидную коляску. Мелькнули культяпки в беленьких носочках.

Генерал смущенно кашлянул.

— Не тушуйтесь, ваше превосходство. Это я во избежание недоразумений, — пояснила свой фортель Нонна.

— Прошу вас, мадам, — распахивая перед ней дверь, торжественно произнес Иванцов.

Расписывать пульку предполагалось в ВИП-палате генерала. Закатившись в нее, Нонна едва не открыла рот от удивления наподобие вороны Клары, настолько шикарно выглядела больничная палата. Но главный сюрприз был впереди.

— Ба! Как? Это вы, Нонна?

С кожаного дивана с трудом поднялся, одергивая замызганную больничную одежду, полковник Горелов.

— Сейчас точно раскрою клюв от удивления, — сообщила ему Нонна.

— Так вы знакомы? — обрадовался Иванцов. — Здорово!

И потер руки.

Нонна вопросительно посмотрела на Горелова, но тот отрицательно покачал головой. Значит, поговорить не удастся.

Преферанс с первой минуты пошел ходко, но через два часа генерал вдруг спохватился:

— Ребята, мне пора. Сейчас прикатит сестра с капельницей. У меня к тому же диабет, так что все по часам.

— Понято, товарищ генерал, — поднялся Горелов и поморщился, дотронувшись до бедра. — Ноет, собака.

— Не жалься, полковник, — перебил Иванцов. — И не такое, чай, бывало.

— Виноват, товарищ генерал.

— Благодарю за доставленное удовольствие, мадам, — повернулся Иванцов к Нонне и с чувством приложился к ее руке. — Восхищен. Право слово, восхищен. Разделать под орех в пульку двух кадровых офицеров — это дорогого стоит. Преклоняюсь.

— Вы меня перехваливаете, ваше превосходительство, — кокетливо потупилась Нонна, и Горелов недовольно крякнул.

— Полковник, проводите нашу гостью до палаты, — повернулся к нему Иванцов и принял начальственный вид.

— Слушаюсь.

В коридоре Нонна с нетерпением спросила:

— Камни нашли?

— Ищем, — осторожно потирая ногу, ответил полковник.

— Что там случилось?

— До сих пор не поняли. Из банка мы выбежали через три минуты после вас.

— И?

— Бормана вы вырубили. Больше никого рядом не было.

— Не понимаю, как это могло случиться. У меня из-под мышки вытащили конверт, а я ничего не почувствовала.

— Не мудрено. Приложились о стену неслабо.

Прозвучало это слишком нежно, и Нонна торопливо перевела разговор на другую тему:

— Расскажите про этого Бормана.

— Широко известный в узких кругах рецидивист.

— И какое отношение он имеет к алмазам?

— Старая история. Эту партию Вельский увел у Бормана. Того чуть свои не приговорили. Чудом уцелел и, оказывается, обиду не забыл. Хотел забрать камни и убить Вельского. Когда появилась Лариса, все пошло не по плану.

— Да, сюрприз так сюрприз. Вельская сломала всю игру. Особенно когда удивилась, что я на коляске. Она не догадывалась насчет инвалидности.

— Вельскую засекли на подходе, но не поняли ее намерений. Ситуацию спасла только ваша мгновенная реакция.

Нонна кашлянула. Томность в голосе Горелова начинала ее напрягать.

— Но кто начал стрелять?

— Борман дал команду, и его люди открыли огонь. Вельского убили сразу.

— А Лариса? Она жива?

— Вы сбили ее своей коляской и тем самым уберегли от пули.

— Да вы что? Ей-богу, не заметила. От страха, наверное.

— Иногда страх — лучший защитник.

— Ее допросили? Как она там оказалась?

— Я так понял, она решила, что муж ей изменяет. Устроила слежку. Но допросить пока не удалось. Она в больнице под охраной. От шока не отошла.

— А как этот Борман оказался в проулке?

— Тертый калач. Гораздо умнее Вельского. Вычислил пути отхода.

— Все равно не понимаю, куда исчезли алмазы.

Горелов кашлянул и потер раненую ногу.

— Когда задело, полковник?

— С Борманом было трое. Начали отстреливаться. Пришлось идти на абордаж.

— Да вы прямо Чапай! — восхитилась Нонна и вдруг залихватски присвистнула.

Проходившая мимо них, стоявших у окна, тетечка в застиранном больничном халате вздрогнула и чуть не выронила пакет с фруктами.

— Простите, — приложила руку к груди Нонна и дернула Горелова за рукав.

— Так что с камнями?

— Наш косяк. Наземные варианты отхода мы за сутки отработали неплохо, но есть другие пути.

— Подземные?

— Так точно. На территории банка пять канализационных люков. Они были под наблюдением, но, как оказалось, не все. Кто-то смог уйти через люк прямо в проулке. Под ним — тепловые сети и кабельные линии. Там сухо. Вода уходит по желобу вдоль противоположной стены. В него, кстати, провалилось колесо вашей коляски. Как знали, что ливень начнется, выбрали самый надежный вариант. Крышка была снята, а потом положена обратно. В запале не сразу заметили.

— Кто-то забрал алмазы, пока мы с Борманом были в отключке? Его люди?

— Исключено. Их мы взяли сразу. Обычные рядовые бойцы.

— Тогда люди Вельского?

— Никого из своих он не взял. И все говорят одно и то же: других людей в Питере у Вельского нет. Он доверял очень узкому кругу лиц. Борисов, самый близкий ему человек, кстати, работал на Бормана. Через него тот знал весь расклад. Наверное, Вельский о чем-то догадывался, поэтому обратился за помощью к кому-то другому.

— Я видела у него в ухе гарнитуру.

— Само собой, один он бы не сунулся. Но кто и где его страховал, пока не выяснили.

— Сквозь землю провалились, выходит?

— В буквальном смысле, — нахмурился Горелов.

И добавил:

— Сделали все-таки нас.

— Не перегибайте, полковник. Вы спасли Рогова и нашли Вику. Про Климова умолчу.

— Ну, вы же отказались заявлять на него, так что отделался легким испугом, можно сказать. Надеюсь, придурок получил неплохой урок.

— Кто? Климов? Я вас умоляю! Этот все трет к носу! Через месяц забудет, что чуть не сдох из-за своей жадности.

— Ну, значит, еще встретимся.

— Вполне допускаю.

— Ваша Вика молодец. Сама нас нашла. Представьте, звонит дежурный и сообщает, что меня ищет некая Вика Виноградова. Ушам не поверил, честно говоря.

— Ваш Рогов не хуже. За побег Вики его могли убить.

Горелов усмехнулся.

— Хвалим друг друга, как будто все уже закончилось. Ваша девочка пока у подруги?

— Да. У Светы. На редкость здравомыслящая особа, как выяснилось. Кормит и наряжает. Как раз то, что нужно.

— Рогов тоже при деле. То, за чем он охотился, играя роль садовника, уже у нас в руках. Схемы, связи. За тридцать лет преступной деятельности Вельский много наворотил. Я приставил Рогова разбираться с документами. Работа кропотливая, требует внимания, так что быстро придет в себя. Хотя у него небольшое сотрясение обнаружили. Ничего. Работа — лучший лекарь для чекиста.

— Психолог, — улыбнулась Нонна.

— А вы думали? Не лаптем единым щи хлебаем.

— Во дворе