Зарубежный детектив 2026-15 - Салли Эндрю

сторону парадного фасада дома. В большинстве особняков лестницы для слуг представляли собой темные, мрачные, практически голые деревянные шахты, но здесь, в Маллоуэн-холле, хоть и немногочисленные, но все же окошки освещали крутые ступени, и через них можно было увидеть элегантно изгибавшуюся подъездную дорожку и красивое крыльцо. Очень полезная вещь (что наверняка учитывалось при постройке дома) для слуг, дворецкого и экономки, которым необходимо первыми узнавать о прибытии и отъезде гостей.

Филлида с удовлетворением отметила, что мистеру Добблу, похоже, удалось избавиться от надоедливой, жадной до сенсаций прессы. Правда, она не сомневалась, что его успех недолговечен и что в скором времени…

Филлида замерла перед окном второго этажа. Нет, глаза ей не изменяют: на южной стороне лужайки, оканчивавшейся кирпичной стеной, за кустами гортензий она ясно заметила какое-то движение. А это что еще такое? На солнце на секунду блеснул металлический объектив фотоаппарата. Снова фотографы, черт их побери!

Возмущенная таким вопиющим нарушением частных границ, Филлида продолжала подниматься на третий этаж. Закрыла за собой дверь, отделявшую простую деревянную лестницу для слуг от хозяйской половины, и пошла по устилавшему коридор мягкому ковру вдоль гостевых спален. Она непременно сообщит мистеру Добблу о репортере, засевшем в кусте гортензии, но позже… Все равно негодяй притаился довольно далеко от дома, и хороших снимков у него не получится.

Итак, за дело! Пора провести инспекцию гостей благородного семейства Маллоуэнов.

Девайнов, Хартфордов и мистера Гримсона, как и бедного мистера Уоринга, разместили на третьем этаже. Филлида не боялась, что ее могут обнаружить в чужих спальнях: проверка работы горничных входила в ее прямые обязанности. Первой по коридору оказалась комната мистера Девайна. Филлида обнаружила, что темноволосый красавчик довольно аккуратен: уже приготовил для себя вечернюю перемену одежды и развесил костюм на стойке у стены. Внизу стояла пара новых на вид туфель: Филлида попробовала пройтись в них по комнате, чтобы определить, скрипят ли они, но потерпела неудачу: ее маленькие ножки при ходьбе попросту выпадали из мужской обуви.

На комоде в беспорядке лежали запонки, булавки для галстука и два узких кольца, которые Девайн, скорее всего, носил на мизинце. Рядом стояли баночка с помадой для волос, небольшой несессер и крем для бритья. На три дня Девайн взял с собой девять белоснежных рубашек. Филлида быстро просмотрела остальную одежду, сложенную в его чемодане, но не нашла ничего интересного. Под одеждой она также не обнаружила тайников.

Постель была разобрана: горничные сюда еще явно не заходили. Филлида заглянула в мусорное ведро, где не нашла ничего, кроме скомканного листка чистой бумаги.

На прикроватном столике лежали носовой платок и маленькая записная книжка. Филлида пролистала ее, но ее внимание ничто не привлекло. Множество встреч в Лондоне, на прошлой неделе – поход к зубному врачу, видимо, с целью поддержать сияющий блеск белоснежных зубов. Филлида сочувственно поморщилась, выходя.

Следующая комната принадлежала мистеру Гримсону. Она оказалась необыкновенно чистой: Филлида никогда не видела, чтобы гость содержал свою спальню в таком идеальном порядке – словно здесь обитает не человек, а бесплотный дух. Если бы не заполненное мусорное ведро, Филлида бы подумала, что в этой комнате уже побывала горничная. Постель аккуратно застелена, а подушка взбита… Похоже, мистер Гримсон принадлежит к той редкой породе людей, которые каждую вещь кладут на место; он даже аккуратно сложил ручное полотенце.

На комоде его туалетные принадлежности стояли стройным рядом, как солдаты на плацу: помада, щетка и ножницы для ухода за усами, маленькая баночка с воском, расческа, крем для бритья. На серебряном подносе, который он, должно быть, привез с собой, были разложены кольца и запонки.

Кто-то сложил его одежду аккуратными стопками и повесил на вешалку вечерний костюм. Филлида подумала, что такой педантичный человек, как мистер Гримсон, вряд ли будет носить скрипящие туфли, но проверить это снова не смогла.

На тумбочке у кровати стояла фотография красивой молодой женщины, рядом лежали книга и очки для чтения. Тут же валялся коробок спичек с надписью «Красный бар», скорее всего, паб где-нибудь в Йоркшире.

Зато в комнате миссис Девайн царил девичий беспорядок: множество баночек с румянами, кремами и лосьонами для улучшения цвета лица, помады и лаки для ногтей, и другие предметы, назначение которых Филлида определить даже не смогла.

На столике трюмо лежали щипчики, маникюрные ножницы, круглое зеркальце, увеличивающее изображение, и элегантная пудреница, инкрустированная жемчугом и опалами, которую Филлида рассматривала чуть дольше необходимого. Бижутерия миссис Девайн, хоть и не так аккуратно разложенная, как у мистера Гримсона, все же не была свалена в кучу – Филлиде особенно понравились сверкающие серебряные шпильки, которые, должно быть, выглядели бесподобно в черных как вороново крыло волосах своей владелицы. Она также внимательно рассмотрела металлическую плойку для укладки волос легкими волнами, – а в отдельном маленьком футляре обнаружила еще около ста простых черных заколок.

Одежда миссис Девайн поражала воображение. Выдержанные в ярких тонах (Филлида одобрила такой выбор, учитывая экзотическую внешность ее обладательницы), переливающиеся шелковые платья сапфирового, гранатового и изумрудного оттенков заполняли платяной шкаф. Белый китайский халат, расшитый красными и золотыми драконами, небрежно свешивался со спинки стула.

Филлида хотела бы получше изучить фасоны роскошных платьев, но времени было в обрез, ведь, по понятным причинам, ей следовало обратить особое внимание на комнаты, занимаемые гостями-мужчинами.

Однако она не преминула заглянуть в мусорное ведро, где обнаружила несколько грязных салфеток и ватных дисков, и хорошенько осмотрела чемодан миссис Девайн и платяной шкаф.

У кровати примостилась пара белых домашних шлепанцев, украшенных перьями, – самого модного фасона, хоть и явно не предназначенные для того, чтобы держать ноги в тепле. На столе лежала изящная записная книжка с какими-то списками – то ли рецептами блюд, то ли масками для лица, – а рядом стояла чашка с остатками чая.

Далее Филлида заглянула в комнату миссис Хартфорд и обнаружила, что здесь уже побывали Лиззи или Бесс.

Однако за запахом лимонного состава для полировки мебели еще слышался аромат духов миссис Хартфорд – что-то неуловимо цветочное с примесью сосновой хвои. Приятный, ненавязчивый запах как нельзя лучше подходил хладнокровной светской львице Амелии Хартфорд. Поверхность ее туалетного столика заполнял аналогичный набор женских аксессуаров: кремы, баночки с румянами, подводка для глаз и тушь для ресниц, помады, пудра и множество других необходимых предметов женского туалета. В отделениях небольшого несессера были разложены украшения: сверкающие ожерелья и серьги, украшенные драгоценными камнями заколки для ее русых волос, золотые браслеты. В шкафу теснились платья: дневные, вечерние, она прихватила даже костюм для тенниса. Миссис Хартфорд предпочитала приглушенные тона: светло-бирюзовый, темно-синий, пыльной розы и