Роковая реликвия - Злата Иволга

Ада отпустила стену, и она с мягким стуком закрылась.

— Полагаю, здесь он на третьем этаже, — сказала она.

— Теперь можно спросить у Гюнтера, если интересно. Ведь ясно, что он и баронесса ничего не прятали в тайнике, — заявила Изольда, протягивая бокал Йозефу. — У нас еще остался коктейль?

Пасынок посмотрел на почти пустой графин и кивнул.

— Как раз на одну порцию.

Луиджи Каппони сел за стол и принялся собирать карты.

— Я никогда не думал, что Гюнтер и баронесса имеют отношение ко всему этому, — сказал он. — Хотя слышал, что в убийстве принято обвинять родственников.

— Мне больше интересно, откуда на самом деле пришел этот жандарм, — ушел от неприятной темы Йозеф, протягивая стакан Изольде, за что удостоился внимательного взгляда Каппони. — Ведь не мог он так вспотеть, прогулявшись с третьего этажа на первый?

— Возможно, он проверял не один тайник, — задумчиво сказала Ада, вспоминая, что развалины замка прежних владельцев земли находятся не так далеко.

— Скорее измерял, насколько быстро можно добежать от березовой рощи до замка, — не менее задумчиво предположил Каппони.

— То есть мы снова вернулись к родственникам, — иронично приподняла брови Изольда.

Ада представила бегущих изо всех сил Гюнтера или баронессу. Ночью, напрямик, минуя дороги, пряча арбалет и венец под полой широкого темного плаща. Чтобы следующим утром встретить гостей с охоты и жандармов и изобразить перед ними ужас и скорбь.

— Тетя Ада? — позвал ее Йозеф. — Почему у тебя такое лицо?

— Слишком живое воображение, — отозвалась она.

— Понимаю, — пробормотал Каппони, постукивая пачкой карт по столу. Неужели тоже представил?

Йозеф с размаху сел на стул и закинул ногу на ногу.

— Занятная штука, ― заявил он, смотря на этажерку. ― С какой целью выход из тайника сделали именно в бильярдной?

― Что здесь такого? ― пожала плечами Изольда. ― У нас один из выходов в бальной зале.

― А то, ― живо повернулся к ней Йозеф, ― что тут наверняка играют или играли на большие ставки. В случае, если кто-то отказывается платить, очень удобно спрятать в тайнике пару громил с дубинками, чтобы они показались в нужный момент.

― Йозеф, ― укоризненно сказала Ада.

Изольда сначала замерла, затем прыснула и рассмеялась. Каппони цокнул языком и демонстративно возвел глаза к потолку.

Глава 8

Инспектор фон Апфельгартен смотрел на поникшего человека в рабочей робе, мнущего фуражку в руках. Бедняга морщил лоб и ерзал, словно под ним был не стул, а адская сковородка. Да, стулья в допросной жандармерии, конечно, не те, что в замке Шенхаузен, однако сейчас вряд ли в них дело.

— Итак, герр Шефер, вы утверждаете, что двенадцатого июля сего года к вам обратился барон Лютер фон Шенхаузен и нанял для временной работы? — зашелестел листами протокола Курт.

— Выходит, что так, — вздохнул герр Шефер.

— Вас не удивило, что барон не прислал кого-нибудь из замка, а пришел лично? Как он вас нашел?

— Так меня и ребят в деревне все знают, — ответил герр Шефер. — Кому погреб или ледник вырыть, крышу перекрыть, сено в сезон перекинуть — мы тут как тут. Нас трое всего, работаем на совесть. А что господин барон лично пожаловал... Ну, так его ж дело. Что ж я, спрашивать буду? Денег-то много пообещал. Деревенские столько не платят.

Понятно, почему Лютер фон Шенхаузен не стал вызывать работников из города, которых обычно нанимают для починок в замке. Для его целей они не годились.

— Вас удивила работа, которую вам поручили? — задал следующий вопрос Курт и явно поставил собеседника в тупик. Тот заморгал маленькими глазками и приоткрыл рот.

— Дык эта... — наконец, сказал он, почесывая нос. — Я человек простой — мне платят, я делаю. Да и земля там рыхлая, пусть и корней много. За неделю управились. Люк приладили. И подчистили все вокруг. Чтобы следов не осталось. Господин барон приказал.

— Понятно. — У деревенского работника своя правда. Меньше знаешь — крепче спишь. — Итак, барон Лютер фон Шенхаузен поручил вам выкопать дополнительный выход на поверхность из уже существующего подземного хода. Заплатил аванс. А остаток вы так и не получили.

— А как же, — оживился герр Шефер, оперся на жесткую спинку стула и положил фуражку на колени. — Господин барон сказал, мол, оставлю деньги в кустах в коробке. Я сунулся поутру — а там куча народу и ваши. Ну, я ждал. Потом раз — а денег-то нет. Ну, я подумал и в замок. А там тоже ваши. Ждал опять, пока поутихнет все. Решил узнать, что там. А барон-то помер, мир его праху. Сталбыть, не видать денег. А ребята так их ждали. Да и мне долги отдавать надо.

Герр Шефер замолчал и снова принялся мять в руках фуражку.

— Вы бродили вокруг дома, убежали от меня, а потом решили проникнуть через вход для слуг. Зачем?

— Дык вдруг господин барон распоряжение какое оставил. Но меня погнали.

И снова повисла пауза.

— Продолжайте, герр Шефер, я вас внимательно слушаю.

— Вы ж сами знаете, — снова вздохнул он, — заплатили мне. Молодой господин, седой весь. Сталбыть, слуги-то доложили. Заметил, видно, кто, что я у зарослей верчусь. Господин спросил, что мне надобно. Я сказал. Он дал денег и приказал молчать. Вот и все.

Денег, надо думать, гораздо больше, чем обещал покойный барон. Вряд ли Гюнтер хотел, чтобы поползи сплетни, что его отец занимается странными делами. Он тогда не знал, что и инспектор фон Апфельгартен, и магистр уже осведомлены о роли Лютера в пропаже венца Луки. Герр Шефер, на радостях, тут же побежал в деревенский паб, где принялся ссорить деньгами. А, выпив, подзабыл об обещании молчать, как рыба, и принялся хвастаться, что в чести у хозяев замка. Ему сильно не повезло, что рядом оказались жандармы и слишком внимательно его выслушали. Причем среди них тот самый, которому Курт поручил проверить оба тайных хода: и в нынешнем замке, и в развалинах.

— Что ж, герр Шефер, — сказал Курт, откладывая бумагу в стопку на краю стола. — Пока можете быть свободны. Но не покидайте деревню.

Он с грохотом вскочил на ноги, благодаря