Веронская насмешница - Кристина Додд

– Куда вы, госпожа моя?

– «Если я могу позволить себе дерзость поинтересоваться», – добавила я, хотя времени учить его манерам больше не было. – Я намерена разобраться с дворцовым поваром и с кухней в целом, а вы – именно тот, кто мне для этого нужен. Идемте со мной. – Я нарочно развернулась так резко, чтобы хлестнуть его юбками по ногам, и продолжила путь по лестнице. Выслушивать ответ Марцелла смысла не имело, я и так знала, что он не отпустит меня туда одну. На самом деле, на это и был расчет.

Как и во всех изысканных домах Вероны, дворцовая кухня располагалась на верхнем этаже, чтобы жар и запахи не достигали жилых помещений. К тому же так проще избежать пожаров. Лучше, чтобы пламя, на котором готовят пищу, пылало наверху, а не внизу.

В нормальном доме следовало бы ожидать, что слухи о моем грядущем появлении полетят впереди меня, но дворцовая прислуга питалась той же отвратительной бурдой, изготовленной тем же отвратительным поваром, поэтому я обнаружила кухню в ее обычном состоянии. Грязь, вонь гниющих продуктов и отбросов и многочисленные праздные помощники повара. Сам же повар торговался с трактирщиком, стараясь выручить побольше за две громадные корзины с мясом, овощами, фруктами, хлебом и сыром.

Единственная худощавая судомойка оттирала с песком длинный деревянный стол. Ее глаза расширились, когда, подняв взгляд, она увидела нас и попятилась в угол. Узнав девушку – именно она пряталась за портьерами в парадной галерее, – я кивнула на нее Марцеллу:

– Она может остаться.

– Да, госпожа моя, – сказал Марцелл, а потом уставился на повара и сжал кулаки.

Трактирщик выронил корзины с продуктами и метнулся к выходу, но мой спутник схватил его за горло и приподнял над полом. Пока трактирщик задыхался и багровел, Марцелл смотрел прямо ему в лицо.

– Я тебя знаю. Ты – Ролло с постоялого двора «Деревенский трактир». Когда князь с тобой разберется, пожалеешь, что не присоединился к флагеллантам. – Он отпустил пройдоху. Тот на четвереньках дополз до лестницы, вскочил на ноги и через три ступеньки помчался вниз.

Повар, такой же большой, мерзкий и вонючий, как его кухня, сверлил меня взглядом и делал ручищами такие движения, будто хотел размазать меня по стене. Я не шевелилась, не по глупости, а искренне не веря, что он настолько потерял самообладание, чтобы ударить женщину благородного происхождения, тем более невесту подесты. Нельзя давать ему повод хвастаться, что он заставил меня вздрогнуть.

Однако, когда повар, кривясь в гнусной ухмылке, подошел ближе, я поняла, что в испуге широко раскрыла глаза, ведь Марцелл даже не шевельнулся. А в тот миг, когда я испугалась, что переоценила здравомыслие здоровенного неряхи и преданность своего спутника, повар замахнулся – и на его физиономию обрушился зубодробительный кулак Марцелла.

Я быстро пригнулась, и хорошо сделала, потому что кровь брызнула во все стороны. Можно было подумать, будто кто-то не в меру ретиво толчет в миске землянику. Все присутствующие хором ахнули, а потом мне пришлось посторониться, чтобы меня не затолкали помощники бывшего повара (многие сильно походили на него самого).

Ах, кумовство! Замечательная традиция, благодаря которой целые семьи могут порой одновременно остаться без работы.

Повар отшатнулся, прижимая руку к носу и вытаращившись на Марцелла.

– Вы же ее ненавидите!

Марцелл схватил его за сальный фартук и подтащил поближе к себе.

– Она – нареченная моего подесты и, следовательно, под моей защитой.

Когда осела пыль, повар валялся без чувств у подножия лестницы, Марцелл стоял возле меня, судомойка перестала взвизгивать, а я осмотрела весьма неприглядное поле выигранной мной битвы.

– Что теперь? – спросил Марцелл.

– Помойте руки, которые вам пришлось замарать об этого типа. Будем готовить еду.

Подойдя к корзинам, которые чуть было не покинули кухню, я почувствовала удовлетворение – по крайней мере, эти продукты годились в пищу. Я жестом подозвала судомойку.

– Ты – Орса? Да? Орса, тут есть чистые фартуки?

Орса открыла засаленный деревянный шкафчик у стены и извлекла оттуда чистый белый фартук.

– Еще один – ему, и один для тебя. – Я завязала фартук на шее и на талии. – Ты хорошо отчистила стол. А с железным котлом для супа справишься?

Она кивнула.

– Пусть твои руки будут сильными и быстрыми. – У меня не было ни малейшего желания отравить стражу князя. – Я спросила Марцелла: – Сумеете нарезать продукты?

– Я – солдат и умею стряпать.

– Хорошо. – Я вручила ему одну из корзин. – Порежьте мясо, не знаю уж, какое оно там. – Потом порылась во второй корзине и выложила на стол овощи: черемшу, лук, чеснок, капусту, репу, стручковую фасоль и какие-то диковинные сушеные грибы. Я подняла глаза к Марцеллу: – Есть там копченая грудинка?

– Да. Еще ощипанный потрошеный голубь и курица, тоже ощипанная и потрошеная. И вроде бы олений окорок.

Я бросила взгляд за его плечо.

– Займемся делом. Покрошите как следует грудинку. На самом деле, все мясо следует нарезать мелко. У нас мало времени. – Я имела в виду, что людей нужно поскорее накормить.

Марцелл, наверное, мог бы и не подчиниться моему приказу, но явно понимал, что идущим в бой солдатам нужна пища, а потому без возражений взялся за мясо. Я повернулась к судомойке:

– Орса, когда дочистишь котел, повесь его на крюк над очагом. Потом вымой и порежь овощи.

– Мне не разрешено пользоваться ножом, – дрожащим голосом произнесла она, завершив манипуляции с котлом и водой.

– Но ты умеешь это делать? – Девушка кивнула. – Я, Розалина Монтекки, невеста князя Эскала-младшего, даю тебе разрешение пользоваться ножом. – Я вытащила из рукава свой кинжальчик и протянула ей. – Вот, держи. Он острый.

Орса взяла стилет, провела лезвием по подушечке большого пальца, улыбнулась, отчего ее простое тонкое лицо преобразилось, став необыкновенным, и принялась за сушеные грибы, морковь и фасоль. Отлично, ей понятно, что начинать надо с жестких продуктов. Я достаточно долго наблюдала за ней, чтобы убедиться в ее компетентности, а потом подошла к двери, из-за которой встревоженно выглядывал тощенький, отважный и очень юный прислужник, которого, судя по всему, отрядили в разведку более старшие собратья по ремеслу.

– Ты – Петро, да?

– Петро, госпожа моя. – Он поклонился, и стало казаться, будто все его тело состоит сплошь из торчащих коленок и локтей.

– Петро, пошли в Каса Монтекки паланкин за Прежней Кухаркой. Скажи, что она нужна синьорине Розалине во дворце. Пусть подберет достаточно помощников, чтобы начать тут готовку.

– Будет исполнено, госпожа. – И парнишка бросился вниз по лестнице.

– Петро!

Он притормозил.