Лютоморье - Владимир Алексеевич Ильин

Изменит ли это что-то?.. Да уж немало — ибо кровь пока между нами. А ныне могут сказать — колдовство злое тот А-Нори применил. Многим такое не по нраву придется. А уважаемый Рэм — выдать с головой обязан будет.

Хотя, ежели письмо читать, он и без того А-Ларри да А-Руве помогать взялся. Но делал это пока так, что я выскользнуть успел, а те с пустыми руками остались. Мыслю — будет так и дальше.

Вот, кстати, пока один я тут — Лала да возница обратно не торопятся воротиться — и вопросы колдуну позадавать можно.

— Отвечай да кратко, мыслью не разливаясь. Кто таков этот Рэм с Острова, чем владеет, да что знаешь про него? — Стукнул я ногой по сундуку.

— Человека, рекомого Рэмом, давно на Острове знают, — угодливо отвечали мне. — Да не всяким известно, откуда он такой взялся. Я, верный слуга твой, хоть и голоден день второй, с готовностью все скажу!

— Или будешь голоден и день третий.

— Значит, сегодня покормишь, княжич? — Возрадовался он.

— Пока слышу, что толку от тебя немного. Все о желудке только и думаешь.

— Рэм тот из дружинников вышел! — Заторопился колдун. — Большой смекалки и ума человек, не даром его сотником поставили, когда и третьего десятка лет не разменял! А княжичам Островным — то верен был, куда той собаке! Да не нынешним, а отцам их. И решили князья тогда, что нужен Острову такой человек, чтобы не только людей хватал почем зря, но и уважаемым людям под ногами мешаться мог! Одарить его решили, госпоже Тьме представить. Ведь все шесть князей Островных — они под ее рукой в леса ходили да ее благословением с удачей из темени чащоб возвращались. И представили, и каждый князь частичку своей Тьмы ему отдал — ибо не бывает, чтобы из пустоты силе взяться. От шести да помалу — а вышло полное ведро. Да так, что Рэм этот стал иным полезным людям головы скручивать, что курям. Большой от него вред, княжич. Да обходить его лучше. Но ты, княжич, все одно сильнее будешь! — Льстиво закончил колдун.

— Еще мне скажи, бывает ли так, что в голову человеку влезть да картину подсмотреть?

— Вина бы мне, княжич…

— Еще и на кашу не заработал. А ну говори.

— Про колдовство такое я слышал. Но, княжич, и ты ведь владеешь?.. — Осторожно спросил он.

— Владею. Я про тех спрашиваю, кто не должен владеть — а может.

— Значит, в амулет запечатано умение. Но тогда смертью человека оно закончится — ибо амулет тоже есть хочет. Не я один, княжич…

— Будет тебе похлебка. — Буркнул я да задумался.

Значит, А-Ларри тоже со смертью заигрывают — и амулеты злые имеют. Да что с того знания?..

Письмо — оно даже без княжеской печатки. Да и кому показать его — Рэму?.. Будет ему интересно, как меня А-Ларри зовут и кем считают…

Впрочем, и без того он знает все — уверен. А что молчал да знание это утаивал?.. Скоро сам спрошу — если решу, что спрашивать мне выгодно.

У города купец Сав и мгновения лишнего задерживаться не захотел — оттого спешно подводы с места сдвинулись, да на путь прежний легли.

Мне же купеческое напоминание о скорой границе головной боли прибавило — ежели завтра переходить станем, что-то с колдуном да сундуком его делать надобно. Действительно, что ли, на оборотней загрузить?.. Да потом сказки слушать, как волки у князя казну отняли да на себе унесли?..

Но даже если не заметят моих волков — все одно просто так сундук никак на дорогу не скинуть, не в обозе сани мои плетутся. Да и возьмись сундук из ниоткуда посредь дороги уже после границы — все одно вопросы пойдут. А странностей у нашего пути и без того столько, что можно шепотком пересказывать несколько ночей — и новые, пожалуй что, излишними будут.

— Лала, поройся там в вещах — не видела ли подорожной какой? И при тебе бумага есть ли? — Забеспокоился и за нее.

— Должна быть подорожная, княжич, — забубнил сундук. — Да все одно — по ним я из княжества А-Малла не уходил никуда. Не примут ее.

— Ой. — Ответила в свою очередь Лала.

И лишних слов не надо тут — и без того ясно, что раз даже без узла с одеждой за караваном ушла, то и подорожной не озаботилась.

«Значит, волки казну украли да княжну молодую…»

Нет, никак не пойдет — встряхнул головой да пошел к Саву за советом. А тот и не удивился ничуть:

— Ты взятку дай, княжич. На то и граничная служба, чтобы свой карман пополнить да начальнику своему подарком поклониться.

— А сколько дать-то? — Заерзал я.

— А как договоришься. То ведь как с девой красивой — можно и малым подарком обойтись, а можно обидеть так, что и за дюжину золотых с тобой не пойдет. Или мне две золотые монеты дай — все решу да обмануть тебя не позволю.

Чужому — не позволит. Вот сам…

— Спасибо за науку купец. Про вино не забудь. — Выпрыгнул я из саней его да к себе пошел.

А тот снова весь разохался да застонал за спиной — как отец родной, коего подросший сын не чтит да шпыняет почем зря.

Кстати… Отец…

— Нашли подорожную? — Протиснулся я за возницу.

— Нашли, княжич, — ответствовала Лала. — Помята та, да наступил кто-то, но цела да не порвана.

Я пригляделся к свитку, нашел отпечаток сапога на нем схожим со своим и неопрятный вид подорожной простил.

— Нормально проедем, — развернул я свиток да увидел, что колдун Зер как в княжестве А-Малла проживал, так и не езжал никуда. — Только чтобы молчали да соглашались со всем, поняли?

Ясно дело, никто поперек и слова не сказал.

— А с чем мы согласны, княжич? — Робко спросила Лала.

— С тем, что в сундуке папаша твой едет, — буркнул я. — А тебе по малолетству документ не положен.

— Как не положен? Уже год как есть…

— А ты поговори мне еще, — ласково начал я. — Виду молодого — так и радуйся, не скоро старухой, значит, быть.

— Дочка, еды бы мне… —