Между пулей и любовью - Владимир Григорьевич Колычев

— Ну как не мое? Жениться на вдове — плохая примета.

— Не будет она вдовой!

— Потому что не замужем?

— Потому что ты меня не убьешь!

Викентий жалко смотрел на Каменева. Артамона ему простили, Никонова тоже, а на третий раз точно убьют. Хотя Викентий ни в чем не виноват. Ну почти…

В кабинет вошли двое, один с каким-то прибором, в котором Викентий узнал электронный сканер. У Горбылева примерно такой, и он почти каждый день осматривал кабинет. И люди Каменева ничего не нашли, залезли сканером куда только можно — нет «жучков».

— Слышал, в меня вчера стреляли? — отпустив своих «быков», спросил Каменев.

— Допустим.

Викентий подошел к шкафу, в котором у него находился холодильник, достал бутылку «Боржоми». Каменев стоял рядом, наблюдал за ним — вдруг в руке у него окажется пистолет.

— Будешь? — на всякий случай спросил Викентий.

Каменев молча забрал у него бутылку, зубами отковырнул пробку, сделал несколько глотков. Викентий вздохнул, достал вторую бутылку, но Каменев отдал ему первую.

— Пей!

— Да у меня есть.

— Вдруг отравленная.

— Я тебя не ждал!

— Но кого-то же ждал? Наверняка у тебя есть враги среди своих.

— Представь себе, у меня нет врагов!

— Ты большой счастливчик, если у тебя только один враг, — усмехнулся Каменев. — Но тебе хватит и одного меня, чтобы умереть счастливым… Знаешь, чьи пальчики обнаружили на винтовке?

Каменев опустился в директорское кресло, Викентию небрежно указал на приставной стол.

— Нет.

— Артамона пальчики, знаешь такого?

— Этого не может быть! — похолодел Викентий. — Я уже давно не имею дел с этим придурком.

— А кто имеет? — Рэм достал из кармана пачку сигарет, щелкнул зажигалкой.

— Не знаю!.. Знаю, что это не я!

— А кто моих пацанов слил? Которые якобы убили Никонова.

— Не я!

— А кто?

— Я не знаю, — качнул головой Викентий.

— Я мог бы спросить с тебя за этого, кого ты не знаешь. Но мне нужна правда, хочу знать, кто стравливает нас, — Каменев крепко держал его взглядом, нервы натянуты как веревочки, за которые дергает кукловод.

— А нас кто-то стравливает?

— Вот смотри, в меня вчера стреляли, но промахнулись. Допустим, это ошибка, слишком большое расстояние… А почему слишком большое расстояние? Может, меня и не собирались убивать? Просто припугнуть, хотели, а?

— Не знаю.

— А пальчики на винтовке? Зачем киллер оставил на ней свои пальчики? Может, это вовсе и не Артамон стрелял? Может, ему всего лишь дали подержаться за винтовку… Где сейчас Артамон? Почему мы не можем его найти?

— Сам не знаю. Ушел, сказал его больше не искать. Деньги у него были, сейчас как живет, я не знаю. Я не поддерживаю с ним связь…

— Кто слил моих пацанов?

— А это как-то связано с покушением на тебя?

— Умный. Может, еще поживешь немного, — усмехнулся Каменев. — Кто пацанов слил?

— Не я!

— Я когда тебя в прокуратуре увидел, подумал, что кто-то нас стравливает. Тот, кто знает о наших с тобой отношениях. Тот, кто знает, что на этот раз я тебя точно убью. Кто?

Викентий кивнул. А ведь Улиткин мог поднять дело Никонова, сначала вывел его и Каменева из колеи, а потом нагло стравил их. И про Ульяну он знал, и кто Никонова убил. Возможно, и Артамона нашел, к своему хитрому плану пристроил. И ведь, считай, добился своего, разозленный Каменев у него в кабинете, Викентий целиком в его власти. Действительно, прошло столько времени, а Горбылева не слышно и не видно.

— Ну есть один тип.

— Кто?

— Тебе лучше не знать.

— Почему?

— Потому что это очень большой человек. У него не просто связи на самом верху, он сам связь! С самим президентом!

— Ты тоже в Кремле свой человек, — усмехнулся Каменев. — На финансы конкретные выходы, на нефть. Ты тоже очень большой человек. И что?

— Просто я не брался за тебя всерьез!

— А-а! — оскорбительно засмеялся бандит.

От обиды Викентий закусил губу. Про него действительно говорили в уважительном ключе: Верлинскому стоит только пальцем пошевелить… А ведь он действительно мог превратить жизнь Каменева в ад, все возможности для этого есть. Но страх перед неуязвимостью этого монстра мешает врубить полный ход, а полумерами с ним не справиться.

— И людей твоих не сдавал… Стравливают нас!

— Кто?

— Ну я, конечно, могу назвать имя этого человека.

— Улиткин? — спросил Каменев с заметным напряжением в голосе.

И Викентию в глаза он смотрел вдумчиво, внимательно, искал ответ на свой вопрос в его мимике. Не уверен он в своей версии, но в то же время фамилия Улиткина прозвучала первой. Значит, Каменев что-то знал. Значит, обмануть его не выйдет.

— Ты знаешь?

— Знаю, что он бывает у тебя. Этот очень большой человек, — презрительно скривился Каменев.

— Он действительно очень большой человек.

— Мне уже страшно. Думаю, мне нужно подчиниться его воле, — совершенно серьезно сказал бандит.

— Это ты о чем?

— Он хочет, чтобы я тебя убил. Почему бы не подчиниться?

— Ты сядешь, если убьешь меня! Ты точно сядешь!

— Да не колотись ты! Шучу я! Мы с тобой сейчас в одной лодке! И лодку эту нужно направить на Улиткина. Где он сейчас?

— В своем банке. Наверное.

— «Бонус-банк»?

— Да. Тут недалеко.

— Недалекий человек из недалекого банка, — усмехнулся Рэм.

— Я бы не назвал его недалеким.

— Сейчас позвонишь ему, скажешь, что нужно встретиться. Назначишь встречу через час.

— Я не могу!

— Тогда мы прямо сейчас поедем к нему в банк. И поставим там всех на уши. Поверь, это нетрудно. И бояться… Бояться нужно только нас! Ты же боишься? — одной половиной лица улыбнулся Каменев.

— Ну, поезжайте, я здесь при чем?

— Ты едешь с нами. Не хочешь, заставим… В армии служил?

— Кафедра у нас военная была…

— Ну так что, звонишь или едешь с нами?.. Вдруг Улиткина завалим, ты крайним останешься, можешь в этом не сомневаться.

— Хорошо, я позвоню, — сдался Викентий.

В конце концов, Улиткин действительно собирался убить его чужими руками, разве он не должен ответить за это?

Глава 9

Все правильно, не ментов нужно бояться. Нужно, чтобы боялись менты. Именно поэтому Рэм бросил на Викентия всю толпу, полсотни бойцов волной прошлись по зданию «Одиссей-банка», закрепились в нужных точках, полностью блокировав его работу. К счастью для ментов, никто не оповестил их о крутом наезде на банк.

И на Улиткина он бросил всех. К ресторану на Новом Арбате банкир подъехал вместе со свитой, но его «шкафы» сели на задницу, когда вокруг них выросла целая толпа упакованных в кожу ребят. Улиткина схватили, засунули в машину