Над темной водой - Алексей Викторович Макеев

— Нет, я хотел бы поговорить с вами совершенно на другую тему. Может, я к вам подъеду, и мы поговорим не по телефону? — не вдаваясь в подробности предстоящего разговора, спросил Лев Иванович.

— Хорошо, приезжайте. Я все равно собирался вставать, — после некоторого раздумья ответил Рябцев. — Адрес у вас есть?

— Есть, — ответил Гуров. — Но, возможно, он старый.

Он начал говорить Рябцеву адрес из книжки Штукатурова, но Вадим Рябцев прервал его.

— Нет, мы уже давно там не живем, — сказал он. — Это адрес Натальиных родителей. Записывайте или запоминайте…

Рябцев назвал совсем другой адрес и добавил:

— Мы сейчас в Красногорске живем.

Мысленно чертыхнувшись, что не созвонился с Рябцевыми сразу по выходе от Штукатурова и теперь ему придется возвращаться из Нахабино обратно в Красногорск, Гуров ответил:

— Я сейчас не в Красногорске. Смогу подъехать к вам только через полчаса. Вас устраивает?

— Да мне-то по барабану. Лишь бы вас устраивало, — не очень вежливо ответил Вадим Рябцев и, зевнув, добавил: — Приезжайте, когда сможете. Я весь вечер дома буду.

Пришлось Гурову ехать обратно в Красногорск. Заправившись по пути, он заехал еще и в какую-то придорожную забегаловку, заказал себе кофе и пирогов с картошкой «на вынос», решив перекусить по дороге. К его удивлению, и кофе, и пирожки оказались вполне даже приличными для такой небольшой придорожной кафешки, и Лев Иванович сделал себе мысленную заметку, что воспользуется этим кафе еще раз, если в том возникнет нужда.

Рябцевы, как оказалось, жили в одном из самых красивых районов Красногорска в собственном коттедже, а не в многоэтажке, как сначала представлял себе Гуров. Дом хотя и не был большим, но, по мнению Гурова, вполне удобным для проживания такой многодетной семьи, какой была семья Рябцевых. Как выяснилось чуть позже, Наталья за эти одиннадцать лет после убийства Щегловой успела родить троих ребятишек и теперь снова сидела в декретном отпуске в скором ожидании четвертого.

— Входите, — встретила молодая женщина Гурова на пороге дома. — Вадим в окно машину увидел, велел встретить. Сам он пошел переодеться. Неудобно, говорит, человека из уголовного розыска в одном трико и майке встречать, — улыбнулась Наталья и, заметив, что Гуров в нерешительности топчется на пороге, добавила: — Разувайтесь, разувайтесь. Я вам тапочки дам. Вы уж извините, но мне сейчас с уборкой тяжело, а помощница по хозяйству приходит только по понедельникам.

— Наталья, ты опять человека забалтываешь?! Приглашай войти.

В прихожую вышел мужчина в рубашке и брюках. Он был одет так, словно собирался куда-то уходить.

— Вадим Рябцев, — приветственно кивнул он Гурову. — Проходите в гостиную, — жестом пригласил он и добавил, обращаясь к жене: — Накрой на стол. Чай там и все такое…

— Спасибо. Не стоит беспокоиться, я пока к вам добирался, перекусил по дороге, — отказался от угощения Лев Иванович. — Мне бы просто поговорить с вами обоими.

Супруги переглянулись, и Вадим, пожав плечами, снова пригласил Гурова пройти в комнату.

— Даня, выключай свою шарманку и топай в свою комнату, — сказал Рябцев мальчику лет десяти, который играл в какую-то игру на симуляторе. — И Марка забери с собой и присмотри за ним. Нам с мамой надо поговорить с человеком.

Марк — светлоголовый кучерявый мальчик лет трех — с любопытством поглядел на Гурова, но, видимо, серьезный вид полковника если не напугал, то насторожил его, и он прижался к ноге старшего брата. Тот же послушно и безо всяких возражений выключил телевизор и, взяв малыша за руку, повел его к лестнице, что вела наверх.

— Скажи Дине, чтобы закруглялась с уроками. Поздно уже, — наставительно добавила Наталья, обращаясь к старшему сыну.

— Скажу, — ответил тот.

— Смотрю, какие у вас дети послушные, — заметил Гуров, когда мальчики скрылись в одной из комнат на втором этаже.

— Это они при чужих такие скромные, — усмехнулся Вадим. — А так — всякое бывает. Дерутся между собой, особенно старшие, — пыль по всему дому столбом.

— Что, девочка с мальчиком дерутся? — удивился Лев Иванович.

— Еще как! — рассмеялась Наталья. — Они у нас хотя и двойня, а все равно друг с другом соперничают. Иной раз думаю — лучше уж две девочки бы родились или два парня. Может, меньше бы конфликтовали.

— Ладно тебе. Снова разболталась, — строго посмотрел на жену Рябцев. — Есть у нее такая особенность — поговорить ни о чем, — усмехнулся он, обращаясь к Гурову. — Садитесь, рассказывайте, что за разговор такой у вас к нам появился. На какую тему?

Лев Иванович сел в предложенное ему и оказавшееся весьма удобным кресло и сказал:

— Старое дело меня к вам привело. Убийство в Желябино помните?

Рябцевы переглянулись. При этом Наталья потупилась, а Вадим нахмурился.

— Ну помним, и что с того? — буркнул Рябцев. — Еще бы не помнить, — покосился он на жену. — Натаха после того самого нашего свидания и залетела, как говорится. Вон ходят после того свидания двое драчунов по дому, — кивнул он в сторону лестницы и подразумевая двойняшек.

В комнате наступила тишина.

— Понимаю, не хотите об этом говорить, — кивнул Лев Иванович. — А придется. По крайней мере, такая у меня к вам будет просьба.

— А чего говорить-то о том, что было больше десяти лет назад? Смысла в этом я не вижу, — вздохнула Наталья и тоже посмотрела на мужа, как бы спрашивая у него позволения говорить.

Тот никак не отреагировал на ее взгляд и отвернулся, давая ей понять, что Наталье самой придется решать, говорить ли о том, что произошло в прошлом, или нет. Гуров понял это и решил подтолкнуть женщину к откровенности.

— Наталья, а если я скажу вам, что смысл есть, то вы бы могли изменить свое мнение?

Рябцева снова посмотрела на мужа, но промолчала. Зато в разговор вступил Вадим:

— Насколько я в курсе, в этом убийстве уже признался некто Скачков — сосед Щегловой. И даже отсидел срок за него. Или до сих пор сидит… Точно сказать не берусь. Не знаю, сколько лет назначил ему суд. Так о чем тут говорить?

— О справедливости, — ответил ему Гуров. — Если я вам скажу, что Василий Скачков был несправедливо осужден и отсидел свой срок за настоящего убийцу, то что вы мне на это скажете?

— Скажу, что я уже слышал когда-то эту версию от… Не помню фамилии этого полицейского, — заявил Рябцев. — Но вы-то эту фамилию наверняка знаете. Иначе откуда у вас есть мой номер телефона и адрес, по которому мы жили с Натальей семь лет назад?

— Да, я получил их именно от этого полицейского. И это просто чудо, что я успел их