Зарубежный детектив 2026-5 - Марк Эдвардс

всех отношениях, от буколического пейзажа до еды домашнего приготовления и льющегося рекой шампанского. Мне никак не верилось, что я выхожу замуж за Джека Тингли. Можно сказать, схватила удачу за хвост.

Я смотрю на своего мужа. Непохоже, что он погружен в те же счастливые воспоминания.

– Правда, у нас была чудесная свадьба, Джек? – спрашиваю я, стараясь его растормошить, а то он, будто в трансе, уставился на мерцающий огонек свечи. – Прошлую годовщину надо было отметить поторжественнее.

– Угу, – бросает Джек, не выходя из задумчивости.

Да уж, праздник получился ничем не примечательным. Мы лишь для галочки поужинали в сетевом ресторане и обменялись небольшими подарками – латунь и никель, как полагается на двадцать первую годовщину. Я вручила мужу пресс-папье, а он мне нож для вскрытия писем. Однако в нашу защиту надо сказать, что из интерната приехала Мэгги, а уж когда дочь в доме, годовщина или нет, наша вселенная вращается вокруг нее. И это, разумеется, нормально.

– О чем ты думаешь? – спрашиваю я, направляясь в кухню, чтобы закончить с приготовлением ужина.

– О том, как мне не хочется ехать в Юту, – признается Джек и, обнаружив что‑то интересное на полу, таращится туда. Потом снова поднимает глаза. – Извини, но мне поездка совсем не в тему. Ты тут ни при чем, это мои заморочки.

Я отворачиваюсь и продолжаю сдабривать салат самодельной заправкой: перец, соль, оливковое масло, свежевыжатый лимонный сок. Не люблю, когда Джек хнычет. Терпеть не могу. Согласна, Джек: это твои заморочки.

Бросаю салатные щипцы на мраморную столешницу, и, наверно, даже с грохотом, потому что Джек вздрагивает.

– Путешествие спланировано. Ты согласился на него заранее. Так что пошалим. Наладим отношения. Нам это необходимо. – Я снова отворачиваюсь и перемешиваю салат.

Джек выдвигает стул и садится, ставя локти на стол и пристально глядя на меня.

– А если я не хочу налаживать отношения?

Я качаю головой.

– Это не обсуждается, дорогой. Нас ждет романтический поход по диким местам. Я даже собираюсь тиснуть статейку в журнал о нашем маленьком приключении. Ты же знаешь, как я люблю хвастаться перед читателями подробностями нашей совместной жизни. Тебе известно, что такого звездного неба, как в национальных парках Юты, нет нигде в мире?

Я наблюдаю, как Джек проглатывает то, что хотел сказать. Потом заменяет опрометчивые слова другими:

– Нет, мне это неизвестно. Ну ладно, звучит многообещающе. Несмотря ни на что, мне нравится быть с тобой.

– Другое дело. Не сомневайся, будет здорово. Ужин почти готов. Хочешь выбрать вино? У нас лосось в корочке из лимона и трав. Чувствуешь, как вкусно пахнет?

Я слышу, как стул шкрябает по деревянному полу: Джек встает из-за стола, – но не смотрю ему вслед, когда он идет к винному шкафу. В этом нет необходимости.

Он вернулся в колею.

Теперь

Глава 6

Джилл

Я раскладываю по тарелкам рыбу, украшая блюдо свежим тимьяном со своей гидропонной башни. Выходит форменное произведение искусства: розовая рыба на белой тарелке, веточка тимьяна, ломтик лимона.

Джек обвивает мою талию рукой, и я вздрагиваю.

– Напугал.

– Ты же любишь сюрпризы, – говорит Джек, покусывая мне шею. – Надеюсь, красное подойдет? Хотя на столе у нас рыба. – Он показывает мне бутылку вина.

– Это из винного погреба твоих родителей, да? – К бутылке приклеен красный кружок.

Его родители завели в своей винной коллекции систему цветовых обозначений. Зеленый кружок означает столовое вино на каждый день, желтый – чуть подороже. Красным помечаются самые лучшие сорта в погребе. К счастью для нас, коллекция находилась не в доме, а на специальном складе с большим винным подвалом, где Тингли арендовали помещение. Хорошо, что у нас есть ключ. Мы можем наслаждаться вином с красным кружком, когда пожелаем, и частенько пользуемся этой возможностью.

Я рассчитывала, что после смерти его состоятельных родителей нам достанется намного больше, чем винная коллекция, но не тут‑то было. Подавляю гнев, всегда возникающий при мысли о богатстве, которого мы не получили, хотя имели на это право, и вымучиваю улыбку.

– О, к особому блюду особое вино. Замечательно.

Джек отпускает меня. Какие же у него сильные руки. В колледже он занимался спортивными играми и с тех пор усердно поддерживает форму. От его физической мощи сердце у меня до сих пор замирает.

– Перелью в графин, чтобы вино подышало, – говорит он, отходя. – И кстати, Джилл…

– Что?

– Салата сегодня не надо. После вчерашнего ужина мне что‑то нехорошо. Ну и вообще, отныне я буду обходиться айсбергом. – Джек похлопывает себя по накачанному прессу и тянется за графином.

Ладно. Я соскребаю его салат себе и вытираю остатки заправки с его тарелки. Вид уже не тот, но пока придется с этим смириться. Несу тарелки к столу и сажусь.

– Уверена, что мой домашний латук не виноват в расстройстве твоего желудка, – говорю я, наблюдая, как он наливает вино в мой бокал. – Тут что‑то другое.

– Лучше перестраховаться. – Джек наливает вина себе и садится напротив. – О, ты сегодня надела ожерелье. Прелестно.

Я прикасаюсь к камню, угнездившемуся в яремной ямке. Безупречный бриллиант изумрудной огранки в окружении маленьких сапфиров. Это украшение я надеваю по особым случаям. Джек неизменно торопеет, увидев его, и я наслаждаюсь такими моментами.

– Спасибо. Решила сегодня принарядиться, чтобы напомнить нам обоим, чего мы достигли. Вместе. Выпьем!

Мы чокаемся бокалами, и Джек, кажется, искренне улыбается, хотя несколько лет назад учинил по поводу ожерелья скандал. Подозреваю, что со временем оно начало ему нравиться. Не отводя глаз от мужа, я делаю глоток дорогого вина.

– Что ты на меня так смотришь? – спрашивает Джек, пережевывая пищу. – Все очень вкусно.

– Я просто подумала, не изменилось ли у тебя настроение. Вдруг тебе уже не терпится увидеть земляные пирамиды и скальные арки.

– Раз ты так тщательно разработала план поездки, я решил попытаться получить от нее удовольствие. – Он принужденно улыбается. А вот и ямочка. – Ты рада?

– По пути можем пошалить.

Его лицо мрачнеет.

– Нет, не можем. Дорога есть дорога, и ничего больше.

Что ж такое, он уже давно не хочет никаких шалостей. Я снова прикасаюсь к ожерелью, привлекая внимание мужа к украшению.

– Пожалуйста, только не говори, что тебе это не в кайф. Ты же наверняка помнишь наш первый раз.

– Перестань, Джилл, – отнекивается он, однако глаза поблескивают. Разве можно забыть тот восторг, когда он опустил руку в карман пиджака и нащупал там ожерелье. – Этот твой навык – ты переняла его у родителей или он у тебя от природы?

– О нет, точно не от родителей. Я