Зарубежный детектив 2026-5 - Марк Эдвардс

живой пример превосходства характера над воспитанием, – отвечаю я, и тут как раз совершенно не вру. Мне пришлось долго прокладывать собственный путь, учиться получать удовольствие, строить свое будущее. И все это крутилось вокруг Джека. Он и есть моя вселенная. – Прикольно, да?

– Ты прикольная, Джилли, это уж точно. – Джек смеется. Какой чудесный у него смех. И что за прелесть эта ямочка! Он явно помнит, как нас тогда будоражило, и мы от души пошалим снова, но не стоит на него сейчас давить. Я прикусываю язык. Он и сам знает, что от него ничего не зависит.

– А как там насчет твоих многообещающих рабочих перспектив?

Почти год он сидит дома, только и делая, что играя в гольф и притворяясь, будто руководит юридической фирмой. В бытность его мэром фирма процветала. Людям нравится иметь дело с победителями, и Джек был загружен как никогда, исполняя обязанности мэра и обслуживая быстро расширяющуюся клиентскую базу. Ну, а когда разразился скандал, большинство новых сделок ушло вместе с клиентами. Еще бы: трудно доверять юристу, угодившему в такой переплет. Благодаря клиентам партнера Джека, Тони, оплачивалась аренда и двери фирмы оставались открытыми. С тех пор мы полагаемся только на сбережения. Моя скудная зарплата журналиста едва покрывает расходы на недельный запас продуктов. Но я усердно пишу, поскольку деваться некуда. Джек же отвечает за поддержание привычного образа жизни. Весьма приятного, хоть и расточительного, надо признать.

– Ну, вообще‑то меня рассматривают на место управляющего в загородном клубе «Комфорт-холл».

Ой, а вот это полная неожиданность.

– Серьезно? Как ты на них вышел?

– Благодаря прежним связям. – Джек разливает остатки вина по бокалам. – Думаю, я успешно справлюсь с такой ролью. Мне выпал отличный шанс.

– Для нас это очень хорошо, – соглашаюсь я. – В клубе масса возможностей.

– Рад, что ты одобряешь.

Я наблюдаю, как Джек вынимает из винного шкафа еще одну бутылку с красным кружком – на сей раз каберне, которое наверняка перебьет вкус еды, – и думаю об открывающихся умопомрачительных перспективах. «Комфорт-холл», в котором состоим и мы, – один из самых элитных и дорогущих клубов в Южной Калифорнии, а лист ожидания, насколько мне известно, расписан на пятнадцать лет вперед.

Однако, если Джек станет управляющим, не притушит ли его новая должность наш блеск в глазах окружающих, соседей например?

И что подумает Мишель? Вряд ли это имеет большое значение, но я на какое‑то время теряю дар речи. Значит, Джек вынашивает планы. Джек обсуждал свое будущее, но с кем? Уж точно не со мной.

– Ну а собеседование уже состоялось? – интересуюсь я, пока он переливает содержимое бутылки в графин. Сегодня он явно что‑то празднует.

– Там дело устроено по-другому. Я разговаривал с исполнительным директором, Стэнли Дунканом. Он связался со мной конфиденциально, – объясняет Джек, наполняя мой бокал.

– Значит, никто, кроме него, не в курсе?

– Нет, я пока не говорил ни Тони, ни другим ребятам. Хотелось услышать твою реакцию, утрясти этот вопрос с тобой. Ты ведь понимаешь, какой это открывает потенциал? – Джек садится и отхлебывает вина.

– Понимаю. – Должна признаться, новый поворот заставляет меня задуматься. Тем не менее у меня самой планы железобетонные. – Но мы все равно поедем в путешествие. У тебя ведь нет никаких обязательств?

– Я обещал Стэнли посоветоваться с тобой и дать ему ответ как можно скорее. – Джека воодушевляет новая перспектива. Это у него на лице написано. Как будто он уже согласился.

– Почему ты мне ничего не рассказал? Зачем держал приглашение в секрете? Мы ведь команда, разве ты забыл? – Я знаю, что Джек назвал бы мой голос угрожающим. Но это не угроза, а разочарование. Разочарованный голос.

– Хотел сделать тебе сюрприз, – пожимает он плечами. – Сюрпри-из!

Я отхлебываю вина, глядя на своего красавца-мужа.

– И больше никто не знает?

– Только Мэгги. Сегодня утром я ей рассказал, и она в восторге от этой идеи.

Я невольно качаю головой. Ну конечно, он сообщил новость нашей дочери раньше, чем мне. Она для Джека свет в окошке. И гарантия счастливого будущего – по крайней мере, он так думает.

– И что именно сказала Мэгги Великолепная?

Джек пожимает плечами.

– Что ты примешься меня отговаривать, поскольку в глазах общества должность будет выглядеть не фонтан. И поскольку ты захочешь пойти мне наперекор. Она просто заботится обо мне. – Я закатываю глаза, а он добавляет: – Не станешь же ты отрицать, что в ваших отношениях не все гладко.

И эти проблемы ты усиленно используешь, чтобы встать между нами.

– Ты воспитал папину дочку, Джек. Очень постарался. Ты рассказал ей о нашей поездке?

– Вообще‑то нет, но завтра позвоню Мэгги с дороги. Пожалуй, подожду до следующей недели, прежде чем двигаться дальше.

Интересный выбор слов.

– Двигаться дальше?

– Ну, в карьере.

– Ясно, – киваю я и осушаю бокал. Богатый, дерзкий вкус вина соответствует настроению Джека. – Плесни еще, пожалуйста.

Он, ни слова не говоря, наполняет мой бокал. Доволен, дурачок, что утаил от меня секрет. Когда уже он чему‑нибудь научится?

Теперь

Глава 7

Джилл

Я оставляю Джека мыть посуду и топаю наверх. Не люблю, когда они с дочерью сговариваются против меня. От жгучего гнева темнеет в глазах. Какого черта Джек рассказал Мэгги о предложении по работе раньше, чем мне? Как они смеют шушукаться у меня за спиной?

Мне давным-давно следовало вмешаться. Положить конец их тесной связи или хотя бы отрегулировать отношения между Мэгги и мной. Но я оплошала. По правде, даже не брала эту проблему в голову. Звучит, конечно, ужасно, но дело вот в чем: друзей ты выбираешь, а семью – нет. Почти с самого рождения дочь тянулась не ко мне, а к Джеку. И к концу грудного вскармливания уже только папочка мог утешить ее.

Может, ее что‑то во мне отталкивает? Кто знает. И все же я ее мать, и ей положено испытывать ко мне уважение и безусловную любовь, хотя, надо признать, своим родителям я такого почтения не выказывала. Так что, вероятно, Мэгги относится к своей матери так же, как я к своей: вопреки велению природы, она меня не любит. Любовь она приберегает для Джека и своих многочисленных друзей.

Мэгги – полная моя противоположность, это уж точно. Она идет по жизни в окружении толпы приятелей под аккомпанемент смеха. Не то что я. У меня одна-единственная подруга. Я выбрала Мишель, потому что мне требовался образец для подражания, добрая и любящая девушка, которая будет хорошей женой и матерью. Мишель же видит во мне собственное отражение. Она всегда считала меня